Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

– Вы не могли бы подождать, пока я не закончу?.. Рана под правой ключицей нанесена каким-то острым серповидным предметом, а кровь, свернувшаяся на поверхности раны, является не только человеческой.

Глаза Фэн Гоцзиня расширились:

– Что вы имеете в виду?

Судмедэксперт, помолчав, добавила:

– А еще и свиной.

Все присутствующие, за исключением судмедэкспертов, остолбенело подняли головы. Фэн Гоцзинь трижды чиркнул зажигалкой, прежде чем сумел зажечь сигарету в руке, и произнес:

– Пожалуйста, продолжайте!

Судмедэксперт сообщила, что человеческая кровь принадлежала двум людям, одна из которых – кровь покойной. Кровь второго человека, судя по ДНК, принадлежала мужчине; с высокой долей вероятности это, скорее всего, кровь убийцы. Кроме того, по рисунку на брюшной полости можно судить о том, что рана образовалась в результате разрезания плоским лезвием (ножом). Наконец на спине трупа были обнаружены обширные кровоподтеки, все в одном направлении, а поверхность раны и волосы на затылке были перемешаны с красным порошкообразным инородным веществом. Анализ показал, что это строительные кирпичи. На этом доклад был завершен.

Прежде чем судмедэксперт села, она выразительно посмотрела на Сяо Дэна и сказала, что это только предварительный отчет, потому что команда торопилась, а более точный отчет будет составлен через два дня.

Фэн Гоцзинь взглянул на подпись в заключении судебно-медицинской экспертизы: женщину-судмедэксперта звали Ши Юань. Ее, должно быть, перевели к ним совсем недавно, раньше ее не видел.

Сяо Дэн наконец проявил интерес и подмигнул Фэн Гоцзиню, едва сдерживаясь. Фэн Гоцзин понял, что он имел в виду. На спине и затылке жертвы были обнаружены синяки и кирпичная крошка, что указывает на то, что первоначальные выводы Фэн Гоцзиня были правильными по крайней мере в одном пункте: тело действительно волочили по поверхности, покрытой битыми кирпичами. Характерные ранения указывали на направление волочения, но не демонстрировали следов борьбы; значит, жертва уже была мертва, когда ее тащили. Итак, глубокая яма – это действительно место, где труп бросили, а не место изнасилования и убийства. Фэн Гоцзинь был прав, но он не знал, стоит ли радоваться этому по примеру Сяо Дэна.

Фотографии вновь вернулись в руки Фэн Гоцзиня. Сяо Дэн сидел рядом с ним; ему не терпелось указать на странный узор на животе. Он задал вопрос и сам же на него ответил:

– Командир Фэн, как вы думаете, на что похож этот узор? Мне кажется, что он похож на рисунок десерта «Сандэй» из «Кей-эф-си».

Фэн Гоцзинь не обратил внимания на его слова; он смотрел на другую фотографию – крупный план лица жертвы. Теперь сыщик наконец был уверен: девушка – Хуан Шу.

Совещание закончилось.

Фэн Гоцзинь стоял у окна своего кабинета, разглядывая сотрудников дорожной службы, которые убирали неподалеку снег на дороге к мэрии. Они были в ярко-оранжевых спецовках, а светоотражающие полосы на их спинах, казалось, были последней гарантией их хрупкой жизни. Не так давно пьяный водитель сбил насмерть сотрудницу дорожной службы, которая ночью убирала снег. Расстояние от неба до земли занимает меньше половины секунды – быстрее, чем у пролетающего метеорита. Мешки со снегом стояли на обочине улицы, похожие на белые надгробия. Фэн Гоцзинь мысленно прикидывал, какой из них принадлежит сбитой женщине, а какой – Хуан Шу. Северное полуденное солнце, отражаясь от подтаявшего снега, слепило глаза.

У Фэн Гоцзиня слегка кружилась голова. В этот момент он наконец-то осмелился поверить в то, что это именно то дело, которого он ждал пятнадцать лет. Его сердце заледенело от холода…

3

Когда Фэн Сюэцзяо была маленькой, она выглядела не слишком привлекательной и переносица у нее была низковата. В последние шесть лет учебы правила школы «Юйин» обязывают девочек коротко стричься. За торчащие за ушами пряди у классного руководителя вычитали штраф из зарплаты. Фэн Сюэцзяо в итоге докатилась до того, что стала выглядеть как пацанка, еще хуже, чем в детстве. Не прошло и трех лет с окончания университета, когда мы встретились. Ее переносица не выглядела низкой. Фэн Сюэцзяо настаивала на том, что та сама выросла, но я в это не верю. Она, конечно, не знает, что я короткое время был тайно влюблен в нее в детстве из-за ее маленького носика, который создавал особое ощущение близости. На правой стороне носа, около щеки, у нее была маленькая черная родинка – отметинка, которую я когда-то нежно любил, но, к сожалению, она исчезла много лет спустя. Возможно, Фэн Сюэцзяо, повзрослев, стала суеверной и тайком удалила ее. Пожилые люди называют такую родинку «родинкой слез» и говорят, что девушка с такой родинкой много плачет. Двадцатилетняя Фэн Сюэцзяо отпустила длинные волосы, изгибы ее фигуры стали еще грациознее. Короче говоря, она превратилась в белого лебедя – в том смысле, в каком этот образ выступает в массовом сознании. Но для меня она по-прежнему выглядела гадким утенком.

В подростковом возрасте я сделал важное открытие, которое казалось мне волшебным: каждая девушка, если она не совсем дурнушка, общаясь с красавицей, постепенно и сама становится красавицей. Похоже, что красота – это своего рода живые дрожжи, которые могут стимулировать генетическую эволюцию. Данное открытие было сделано мною на примере Фэн Сюэцзяо. Но, если она и подверглась ферментации, то дрожжами стала Хуан Шу. После того как они подружились, я начал замечать в глазах Фэн Сюэцзяо периодические проявления комплекса неполноценности. Затем произошло еще одно важное открытие: если однажды поселить в сердце человека низкую самооценку, она будет преследовать его всю жизнь. И уверенность в себе, и низкая самооценка, присущие Фэн Сюэцзяо, были заложены Хуан Шу.

Осенью 1999 года Хуан Шу перевелась в школу района Хэпин и стала новенькой в нашем классе. Это был уже шестой класс. Если мне не изменяет память, занятия в школе только начались, стояла ранняя осень, и во время дневного сна еще разрешалось приоткрывать окно, чтобы впустить ветерок. В то время у нас только что сменился директор по прозвищу Арбузик Таро. Раньше он был учителем физкультуры, в преподавании был не силен, но зато строго контролировал наше физическое развитие. Вступив в должность директора школы, он объявил первым пунктом новой политики послеобеденный сон. После обеда все должны были сесть за парты, положить голову на сложенные руки и не двигаться. Директор лично возглавил группу учителей физкультуры, проводившую патрулирование и проверки. Хуан Шу вошла в класс в тот момент, когда по радио зазвучала трансляция фортепианного концерта, чтобы разбудить нас. Я очнулся от тягостного сна и был как в тумане, но вскоре понял, что попал в другой сон, который был явно намного