Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

слезы, опасаясь, что Урка узнает, за что я ее отругал, потому что тот только что причислил меня к борцам за правое дело. Одноклассники перешептывались. Только я было обрадовался, как Урка быстро спустился с трибуны. В эту минуту я заметил, что у двери все это время стоял мужчина – тот самый, который привел сюда Хуан Шу полмесяца назад. Он перекинулся несколькими словами с Уркой у двери, и тот снова вернулся в класс. На этот раз опустил голову и сказал, не поднимая глаз:

– Хуан Шу, выйди.

В классе снова воцарился хаос. Мимо меня проплыл знакомый аромат, и я смутно слышал, как всхлипывает его обладательница. Даже ее всхлипывания были такими приятными…

Вскоре весь класс узнал, что этот человек был не отцом Хуан Шу, а полицейским. На сей раз это был не слух, но скорость распространения новости говорила о том, что справедливая и резкая критика Урки не привела к каким-либо положительным изменениям в человеческой природе – по крайней мере, в человеческой природе несовершеннолетних. На этот раз пришла моя очередь умолять Фэн Сюэцзяо. Я спросил ее:

– Твой отец – полицейский, так что ты должна знать, что происходит, верно?

– Ты еще посмеешь ругать меня?

– Я не буду больше ругаться. Что случилось с Хуан Шу, почему к ней пришла полиция?

Фэн Сюэцзяо сказала, что ее мать действительно психически больна. Она не ходит на работу и тайно практикует «Фагун»[20].

– Разве ты не видел новости? Мой дед говорил, что последователи этой секты психически больны и их нужно переловить.

Я видел новости и что-то такое слышал, но думал, что это не имеет никакого отношения к моей жизни. Эта девочка должна была быть чем-то самым прекрасным, что есть в моем детстве. Но сама ее красота проистекала из непростительного, недостойного поведения, с которым я не мог смириться. На мгновение мне показалось, что даже моя симпатия к Хуан Шу была чрезвычайно тяжким преступлением.

То, что позже рассказала Фэн Сюэцзяо, меня немного удивило. Мать Хуан Шу раньше была преподавателем вокала в музыкальной школе. Несколько лет назад она развелась и забрала Хуан Шу с собой. Потом попала под дурное влияние секты и утратила связь с реальностью. Вскоре за ней пришла полиция, но она успела сбежать с плохими парнями, оставив Хуан Шу одну. Та теперь живет в доме своего дяди. Полиция регулярно приезжает к Хуан Шу, надеясь задержать ее мать. Как только та свяжется с ней, она должна немедленно сообщить в полицию. Фэн Сюэцзяо сказала, что полиция также попросила Урку внимательно следить за Хуан Шу. Однако Урка решил, что это нехорошо, и в результате полиция подвергла его критике. Закончив рассказ, Фэн Сюэцзяо, видя, что я никак не реагирую, стукнула меня по руке, вытаращила глаза и спросила:

– Ван Ди, разве тебе не нравится Хуан Шу?

Я пришел в себя и выругался:

– Дура конченая!

Фэн Сюэцзяо, даже не слишком рассердившись, сказала:

– Ты постоянно ругаешься, ты нехороший человек. Если еще раз посмеешь на меня ругаться, я расскажу другим, что тебе нравится Хуан Шу.

Я быстро сменил тему:

– Это тебе рассказал твой отец?

– Нет, мой папа никогда не слушает то, что я ему рассказываю о школе, и мне не нравится с ним разговаривать. Мама занята еще сильнее, чем он. Я узнала это от дедушки; он сейчас на пенсии, но тоже был полицейским.

«О, так у вас вся семья – полицейские… Мне нравится Хуан Шу. Приходите, поймайте меня и посадите в Пекинский централ». Я спросил Фэн Сюэцзяо:

– А что еще сказал твой дедушка?

– Взрослые есть взрослые, дети есть дети. Дети не виноваты. Велел мне не обижать ее.

Я подумал про себя, что в их семье есть здравомыслящий человек.

Когда я вернулся домой тем вечером, в новостях по телевизору как раз рассказывали про мать Хуан Шу и плохих парней. Среди них был профессор университета, интеллигент, который сошел с ума после практик секты. После ареста он раскаялся и захотел исправить ошибку – планировал написать книгу в тюрьме, чтобы убедить других тоже раскаяться. Другой сошел с ума довольно рано и поджег себя до того, как его успели поймать. У него обгорело все лицо, остались только глаза и рот. Он лежал на кровати и выглядел довольно страшно. К счастью, он смог выдавить из себя несколько слов и раскаялся перед камерой. В тот вечер весь двадцатипятиминутный выпуск новостей был посвящен этой теме. Я ел тушеную капусту с тофу, приготовленную мамой, и размышлял над двумя вопросами: раньше в этом блюде была свиная грудинка, почему сегодня ее нет? Сможет ли мама Хуан Шу искренне раскаяться до того, как ее поймают? Хуан Шу такая красивая, и ее мать, должно быть, тоже красивая… Сжечь такое красивое лицо, как показывают по телевизору, тоже преступление.

Мама ответила на мой первый вопрос, только когда закончился прогноз погоды:

– Сынок, возможно, в будущем наша семья не сможет часто есть мясо. Твой дедушка в больнице, денег уходит много. Твой отец недавно открыл торговую точку, и дела у него идут не очень хорошо. Пока придется немного поэкономить, но это ненадолго. Мама найдет новую работу как можно скорее, твой рост ведь не отложишь… Разве я не обещала сводить тебя в «Кей-эф-си» в эти выходные?

– Мне не хочется, мама, – быстро ответил я.

Лежа в постели ночью и не в силах уснуть, я прятался под одеялом и тайком слушал радио. В той передаче мужчина рассказывал истории о привидениях с жутким звуковым сопровождением. Она выходила один раз в неделю в десять вечера по средам. Потом стала бешено популярной, и записи с историями о привидениях продавались по всему проспекту, по десять историй на одном диске. Но у меня не было карманных денег на покупку дисков, не было даже плеера, так что я мог только продолжать слушать радио в кровати каждую среду вечером. Раньше мама не разрешала мне слушать – боялась, что мне будут сниться кошмары и я буду мочиться в постель по ночам. Она не знала, что я не мочился в постель с тех пор, как окончил детский сад. Следы, которые появились на кровати после шестого класса, были остатками чая, который я намеренно разлил, когда встал, чтобы замазать кое-что другое. Но поскольку в моей тарелке мясо появлялось все реже, мама больше не переживала на эту тему и по средам даже сама ставила радиоприемник у моей кровати вечером, наказывая после прослушивания быстро ложиться спать. В те