Современный российский детектив - Анна Майская

несмотря на боль в его правой ноге, перевернулся на другой бок, подставив будившей его возлюбленной свою широкую спину; однако, не так-то просто разубедить представительниц прекрасного пола прекратить делать то, что они наметили себе непреодолимым желанием; разумеется, и в этом случае такое необъяснимое поведение спящего возле нее мужчины раззадорило зеленоглазую красавицу едва ли еще не больше, придало настойчивости, и какой-то даже решимости; воспользовавшись восхитительным маникюром, она стала водить острыми коготками по гладкой коже любимого человека, причиняя ему довольно чувствительные страдания.

От такого неожиданного подхода О’Доннелл проснулся внезапно и, встрепенувшись, сел на кровати, непонимающе уставившись на лежащую рядом очаровательную красавицу и ожидая, чтобы та поведала ему свои объяснения; она же приложила палец к губам, словно бы они были в комнате не одни, и сама полушепотом попыталась выведать:

— Ты чего-нибудь слышишь?

— Нет, — выражая безграничное удивление, Майкл вскинул кверху брови, выпучил и без того большие глаза, но тем не менее стал напрягать свой слух, пытаясь различить то, что же так напугало эту неугомонную и любознательную блондинку, — а что, разве что-то случилось?

— Нет, — неуверенно промолвила прекрасная девушка, — между тем меня не оставляет чувство, что должно произойти нечто очень страшное, и довольно жуткое.

Она еще не успела договорить свою фразу, как откуда-то снизу донесся звук падающего на пол и одновременно разбивающегося предмета. Домашних животных у них не было, поэтому и мужчина, и девушка озадаченно окинули друг друга непонимающим взглядом, ожидая от другого, что именно он даст необходимые разъяснения.

Глава VII

Очередная вылазка маньяка-убийцы

Поцелуева Маргарита Павловна только недавно достигла девятнадцатилетнего возраста. С пятнадцати лет ей приходилось зарабатывать на жизнь, продавая свое бесподобно красивое тело, и к этому возрасту она уже перешла в разряд проституток-индивидуалок, работающих без сутенера, или, иными словами, исключительно на себя. Правда, сказать на себя — это будет несколько громко, потому что все равно ей приходилось отдавать определенный процент от своих доходов непосредственно Вацеку, обеспечивающему ее дорогими клиентами и надежной защитой. Касаясь ее внешности, следует обратить внимание, что сложена она была просто прекрасно: четвертый размер груди плавно переходил в тонкую талию; стройные длинные ноги, сочетаясь с ее невысоким ростом, выглядели очень эффектно; небольшое, вместе с тем несколько продолговатое, личико украшалось голубыми глазами, пуговкой-носиком и пухлыми, словно надутыми от обиды, губками; вьющиеся и окрашенные в черный цвет волосы восхитительными локонами спускались на прекрасные плечи; девушка всегда отличалась не в меру вызывающим макияжем, а одежда ее состояла из модной кожаной куртки ярко-зеленого цвета, короткой джинсовой юбки, а невероятно красивые ножки совсем не скрывались за черными сетчатыми колготками и помещались в такого же оттенка высокие, удобные туфельки; через плечо была неизменно перекинута кожаная сумка самой темной расцветки.

Заказов по телефону в этот день принято не было и, облачившись в такие вызывающие одежды, Марго (именно этим прозвищем ее называли в обыденной жизни) направилась искать очередного клиента на улицу. Ее съемная квартира располагалась почти в самом центре Иваново, и десяти минут пешего хода было вполне достаточно, чтобы добраться до площади Пушкина, где в вечернее время всегда тусуется много народу. Маргарита зашла в полюбившийся ей ресторанчик и, как она обычно делала в таких случаях, заняла место за стойкой бара, с печалью оглядывая полупустой зал, где находились только две семейный пары да несколько молодых людей, пришедших отдыхать вместе со своими возлюбленными.

Время клонилось к двадцати двум часам, а за этот вечер ей так и не удалось никого обслужить и, соответственно, ничего заработать. Такие дни в ее долгой практике хотя и случались, но бывали довольно редкими. Где-то в глубине души девушка отчетливо это осознавала, и даже мирилась, но то обстоятельство, что ей пришлось в этот раз сильно поиздержаться, а ее финансы давно уже подошли к концу и, как она поговаривала, «пели романсы», гнало ее на давно оставленный ею и уже начинавший забываться «уличный съем». Поцелуева в этот раз была озабочена еще и тем обстоятельством — она совершенно не представляла, чем будет оплачивать свой алкогольный коктейль, однако надеялась в крайнем случае на бармена, давно ее знавшего и испытывающего к посетительнице определенную дружескую симпатию, что он не станет устраивать скандала, а оставит на ее счету незакрытый кредит; так она поступала уже несколько раз, и эта часть вопроса ее заботила гораздо меньше, а вот то положение, где она сможет раздобыть наличных денег — это стояло перед опытной проституткой первостепенной задачей.

Внезапно в ресторан, больше напоминающий дорогой кафетерий, ввалилась ватага подвыпивших молодых людей, которые сразу же стали кидать похотливые взгляды на разодетую и очень привлекательную путану, ведь о том, за каким она здесь находится делом, на этот счет ни у кого из них сомнений, конечно, не возникало. Парни устроились на небольшом удалении и, сделав заказ, видимо на что-то решились, потому что выслали к девушке одного своего представителя. Так называемый парламентер оказался выше путаны на целую голову, но высокие каблуки отлично сгладили бы такое, в данном случае совсем несущественное, различие, если бы им вдруг пришло в голову помериться ростом. Высокий параметр молодцеватого юноши вполне гармонировал с коренастым телосложением, симпатичным лицом, сверкавшим наполненными непреодолимым желанием серо-голубыми глазами, коротко остриженной головой, выделявшейся плотно прижатыми ушками, а дальше хотя и стильной, но вместе с тем неброской одеждой.

— О чем красотка скучает? — сразу же решил он перейти к интересующему всех делу, и расплылся в добродушной улыбке. — Может, я с моими друзьями как-нибудь сможем скрасить ее вечернее одиночество.

— Групповой секс будет немного дороже, — без обиняков ответила проститутка, элегантным заученным движением открывая свою дамскую сумочку и делая вид, что она там настойчиво что-то ищет.

— Мы все понимаем, — констатировал парень свои знания в подобных вопросах, — и готовы оплатить любое вознаграждение; мечта любого уважающего себя мужчины — побыть наедине с подобной «красоткой-очаровницей».

Маргарита перевела взгляд на бармена — тридцатилетнего парня, отличавшегося худощавым телосложением, высоким ростом и выразительным мужественным лицом, ловко управлявшимся в этот момент с различными емкостями, приготовляя коктейль для очередного клиента, — и одарила его вопросительным взглядом. Тот сразу понял, что она имела ввиду, и утвердительно кивнул головой, разрешая ей использовать служебный туалет заведения по своему усмотрению — и, как водится, на неопределенное время; с кем-то другим такой номер бы не прошел, но молодому мужчине был хорошо знаком Вацек, «крышевавший» в том числе и все подобные заведения, притом что именно он и завел эти правила, что все его