Современный российский детектив - Анна Майская

люди — а проститутка также безусловно считалась одной из его людей — могут использовать помещения, причем и этого ресторана тоже, для любой, пусть даже и не совсем законной, деятельности, необходимой для продвижения обще-криминального дела. По этой причине, и без каких-либо затруднений, путана получила необходимое ей одобрение. Она сразу же решила уточнить предстоящую ей работу:

— Вы все сразу, скопом, завалите или будете заходить по очереди?

— А что, разве есть какая-то разница? — ухмыльнулся молодой человек, одновременно кивая сидящим неподалеку товарищам, что согласие им достигнуто. — И где, кстати, мы «этим» займемся?

— Во-первых, отличие есть, — ответила девушка, наконец найдя то, что якобы так увлеченно искала, доставая из сумочки губную помаду и подкрашивая ею и без того яркие губы, — если все сразу, то это будет намного дороже, а один за другим, соответственно, подешевле; мне без разницы, как предстоит работать, а вот располагаете ли вы необходимыми для таких дел финансами — это решать только вам; возвращаясь ко второй части твоего вопроса, красавчик, скажу, что я предпочитаю доставить вам удовольствие здесь — прямо в местной уборной. Если ни у кого нет возражений, то прошу — как принято говорить в детективных фильмах — вас следовать за собой. Кстати… я хожу под Боссом, и в случае каких затруднений вам придется иметь дело именно с ним — так как, мы договоримся?

Несмотря на то, что Вацек был организатором преступного синдиката и не пользовался в городе общественной популярностью, его давно укоренившийся псевдоним, при одном только своем упоминании, наводил на людей непередаваемый ужас, поэтому так называемый клиент, явно желавший «попользовать» шалаву вместе с товарищами бесплатно, вмиг погрустнел и едва ли не поперхнулся.

— Извиняюсь, — вдруг проговорил он корявым, озабоченным голосом, в одно мгновение изменив лицо с предвзято уверенного на очень испуганное, — а какая будет цена, — и после небольшой паузы, — по очереди?

— Семьдесят долларов с человека, — Поцелуева считалась проституткой элитной и вполне могла позволить себе называть подобную цену, потому-то, принимая во внимание вышеозначенные условия, она и заявила такую, в принципе, для Иванова баснословную сумму.

— Мне надо посоветоваться с парнями, — заежился на месте враз погрустневший молодой человек, недоверчиво поглядывая на сидящих в сторонке товарищей, — и уточнить: располагаем ли мы такими финансами?

— Я не возражаю, — согласилась опытная путана, не удержавшись от пренебрежительной мимики, — только, глядите, времени не затягивайте, а то мне надо отправляться к постоянным клиентам.

Марго бессовестно врала: никаких встреч на этот вечер у нее не планировалось, но ей ужасно не хотелось упускать в этот вечер подобное, обещающее стать очень прибыльным, дело, поэтому она и старалась еще больше подогреть к себе интерес этих, и без того уже томившихся ожиданием, молодых посетителей. Тем в свою очередь так же не хотелось упускать такой лакомый «кусочек», с которым каждому не терпелось этим вечером позабавиться, однако финансов, очевидно, на всех все-таки не хватило, и через пять минут настойчивых споров, где парни поочередно поглядывали на симпатичную проститутку, для большего подогрева общего сексуального аппетита устроившуюся на круглом стуле в очень развратной и вызывающей позе, от группы отделились три человека и направились прямиком в сторону Поцелуевой.

Взявший на себя ранее роль парламентера молодой человек переда́л девушке деньги. Та, имитируя огромную неохоту, пересчитала переданные ей двадцатки и насчитала ровно двести двадцать долларов.

— Я так понимаю — десять баксов мне останется в качестве чаевых, — сказала она фразу, больше содержавшую в себе утверждение, нежели постановку вопроса, — тогда прошу пройти всех в «опочивальню».

Самопроизвольно применив к служебному туалету эту иронию, она, созерцая, каким похотливым взглядом ее поедают собравшие нужную сумму счастливчики и с какой завистью на них смотрят их менее удачливые товарищи, невероятно выразительной походкой, словно то двигался грациозный лебедь, «поплыла» к назначенному для интимных утех помещению. Трое голодных до секса ребят последовали за ней и в дальнейшем получили все, что им причитается за уплаченные ими американские деньги; Марго профессионально обслужила поочередно всех, оплативших ее внимание, оставив в их памяти незабываемые впечатления, полученные от предоставленной сексуальной услуги. Под самый конец, когда от нее, застегивая ширинку, выходил последний клиент, в уборную забежал еще один запыхавшийся юноша, где-то раздобывший нужную сумму и никак не желавший упустить такую великолепную возможность — удостоить себя развратной лаской этой элитной ивановской шлюхи; и этот парень получил все, что ему причитается за переданные им в качестве «благодарности» доллары.

Поправляясь и подводя смазанный макияж, Маргарита, когда осталась совершенно одна, с удовольствием отмечала, что и в такой, вроде вначале неудачно начинавшийся, день, судьба ее не оставила и подкинула прибыльной работенки. Через пять минут она придала себе свой обычный вид, сделав это настолько профессионально, что создавалось невольное впечатление, что она попросту сходила попудрить носик, а не ублажала в течении целого часа четырех юных и невероятно похотливых самцов, подходя к этому вопросу всеми известными и доступными способами. Беззастенчиво вернувшись на свое место, девушка пренебрежительно, будто она какая-то светская дама, а не пускай и привилегированная, но все-таки проститутка, расплатилась с барменом и напоследок заказала себе еще одну, созвучную имени, текильную «Маргариту».

Бокал с алкогольным напитком Поцелуева опорожнила за десять минут и, поскольку время уже приближалось к полуночи, удовлетворенная сегодняшним заработком, засобиралась домой. Как уже говорилось, юная путана жила недалеко от площади Пушкина и, возвращаясь домой, избрала свой обычный путь, шедший через переулки, связывающие улицу Кузнецова и улицу Зверева. В обычные дни такой путь не вызывал у нее затруднений: она отлично знала, что, в случае какой напасти, она всегда может сослаться на Босса, псевдоним которого наводил ужас на всех ивановских жителей. Поэтому она и шла, нисколько не беспокоясь и предаваясь своим радостным размышлениям, пока вдруг у нее ни с того ни сего не засосало под ложечкой от предчувствия какой-то неведомой и жуткой опасности, подстерегающей ее где-то поблизости. Она застыла на месте, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, что же стало причиной такого ее необычного состояния; однако вокруг все было тихо, весело щебетали уже прилетевшие из теплых краев перелетные птицы, а с автомобильной трассы, располагавшейся от этого места в доступной для распространения звука близости, слышался равномерный шум проезжавшего транспорта.

«Что это со мной? — рассуждала Марго про себя, начиная трястись от охватившего ее ужаса. — Со мной такое впервые. Наверное, перенервничала из-за отсутствия денег, либо же у меня вот-вот должны приблизиться месячные? Какая такая напасть может произойти со мной в этом городе, где меня знает практически весь криминал, и, так или иначе,