Волчий ток - Кевин Уэйн Джеттер

Энн пробилась сквозь мешанину обломков, и рука ее наконец коснулась выложенного плиткой бортика. Она приподнялась на локтях, чувствуя животом край бассейна. Но, не успев взбрыкнуть ногами, чтобы выбраться окончательно, она почувствовала, как клешни твари сомкнулись у нее на голенях. Груди шаркнули по краю бассейна: мерзкая скелетная нежить утягивала ее обратно в воду. Пальцы цеплялись за бортик, но не находили опоры.

Какой-то металлический круг со спицами вблизи – Энн ухватилась за него, обжав пальцами нижний изгиб. Держась более-менее прочно, она стискивала железо кулаками. Лягнув что-то позади себя, другой рукой она вцепилась в колесо.

Та тварь не унималась. Глянув через плечо, Энн увидела оскал черепа с оторванной нижней половиной; тварь упорно тянулась к ней. Задыхаясь от страха и изнеможения, Энн одной рукой держала колесо, а другой ухватилась за спицу, вытаскивая себя еще на дюйм из воды.

Колесо натужно заскрипело, металл подавался сквозь ржавчину. Вес Энн и сила того, что ее удерживало, повернули колесо на несколько градусов; та спица ощутимо продвинулась вниз. Энн ахнула, чувствуя, как металл выскальзывает, а ржавый налет отслаивается в ладони. Ее талия снова соскользнула с бортика бассейна. Она перехватилась за следующую спицу, теперь обеими руками; края изъеденного металла больно впивались в ладони.

С еще более пронзительным скрежетом колесо провернулось на четверть. Энн ухватилась за его низ, подтянувшись так, что смогла просунуть руку и прижаться лицом к ступице колеса. Но ноги по-прежнему оставались в воде. Волна страха и отвращения сотрясла ее, и поток слез вымыл из глаз темную воду. Нежить в бассейне подтянулась к ее ногам, костяные кончики пальцев царапнули по пояснице.

Где-то – слышно, но непонятно, что это означает, – раздавался звук хлещущей воды, сердито бьющейся о сухую землю и камни. Энн вцепилась в железное колесо; последние силы покидали ее.

* * *

Улыбка Майка придвинулась к нему.

– Теперь ты попробовал это на вкус – ну ведь так, Дут? – Тлеющий неподвижный взгляд был уставлен в него. – Там, в бассейне. Ты выпил это. И знаешь, о чем я говорю. Ты можешь это чувствовать.

Он действительно чувствовал это. Теперь он знал. Он закрыл глаза, прислонясь затылком к стене. Мышцы рук и груди горели, жар опьянял. Во рту был привкус чего-то живительного. Сладостного, придающего силы.

Его руки сжались в кулаки. Он смотрел на них так, словно прежде никогда не видел. И не только это – замысловатая сеть вен внутри раскрывалась, натягивая струны связок. На сгибах локтей расплывались пятна от темной воды.

Майк склонился над ним, наслаждаясь маслянистостью его кожи.

– Это хорошо – разве не правда, Дут?

Он сжал челюсти; дрожь змеисто пробежала от паха к мышцам шеи.

– Да… – шепотом сорвалось с его губ.

От вида этого преображения улыбка Майка сделалась шире.

– Мы можем сделать это… Все, что захотим… – Его голос обвивался вокруг уха, проникал в мозг. – Только мы вдвоем, Дут… Мы и вода…

Он отступил на пару шагов, указывая на что-то в глубине комнаты.

– А все это, остальное… – Палец Майка дрожал. – Это для нас больше ничего не значит. Все они… Они ничто… Они не имеют значения, Дут… И только мы – да.

Дут заставил себя подняться с пола. Он шагнул к смотровому столу.

На нем возлежало что-то прекрасное.

Существо из крови и ткани, которое истекало кровью. Покрытие из кожи было снято – оно лежало на ней так, словно это была алая простыня, ниспадающая к полу, – и обнажались мягкие, радующие узоры. Мощные мышцы бедер, гнезда внутренностей, кулак сердца, что сладко сжимался и разжимался…

И лицо, во всей своей истинности – красная тайна, наконец-то раскрытая…

Золотистые волосы, испачканные и застывшие от крови, ниспадали с верхнего края стола.

Дут не мигая созерцал это творение, переполняясь восторгом и безудержной уверенностью. Она уже хлынула через край, словно пределов его черепа больше не существовало, а в его руках зиждился новый мир.

Тут одна из влажных рук творения вцепилась в кожаный ремешок, потянувшись к нему. Схватила его за предплечье, красные пальцы слабо напряглись.

Он опустил взгляд на эту руку, и мир ужался до нее, исключив все прочие пределы.

Где-то там, за пределами, шевельнулись обглоданные губы.

Творение выдохнуло его имя.

Мир взорвался, внутренности сжались от внезапного приступа тошноты и гнева. Он выдернул свою руку из чужой хватки.

– Не-ет!

Рука рубящей дугой ударила Майка наотмашь в грудь, отбросив его назад.

27

Тварь наконец отцепилась. Энн внезапно почувствовала, как ее ноги освободились от тяжести, и услышала всплеск, с которым нежить ухнула обратно в воду.

По-прежнему держась за железное колесо, Энн оглянулась на бассейн. Уровень воды у бортика понизился почти на треть метра; сместился и слой горелой древесины с прочим мусором, в более стесненном пространстве он стал кучней.

Существо из костей и разорванной плоти отплыло назад, в центр открытого пространства бассейна. Его лишенный челюсти череп ворочался из стороны в сторону, пустые глазницы смотрели на происходящее. Из открытого отверстия горла вырывалось шипение, а костлявые руки в ярости ударяли по черной поверхности. Теперь из бассейна можно было вылезти полностью. Энн с трудом поднялась на ноги. Чтобы не упасть, она придерживалась за колесо и металлический кожух позади него. Рубашка прилипла к телу, ночной воздух холодил кожу. Вода стекала с ее одежды, лужей растекаясь возле ног.

Бульканье и плеск становились все настойчивей и громче. «Сток». Энн повернулась и провела руками по изгибу железного колеса. А затем схватила его и стала крутить за спицы до тех пор, пока колесо не провернулось окончательно, до самого упора. Шум льющейся где-то поблизости на землю воды превратился в настоящий поток. Обломки в бассейне дали крен и стали снижаться. Шипение твари поднялось до пронзительного воя.

* * *

Майк грянулся спиной о столешницу для инструментов. Рука махнула по древним хирургическим причиндалам, и они со звоном попадали на пол. Он обеими руками ухватился за край, а когда поднял голову и посмотрел на Дута, лицо его было искажено лютой яростью.

Он наклонился к полу и поднялся, сжимая в руке скальпель с заржавленным лезвием. Когда Майк бросился через комнату, острие было направлено прямо на горло Дута.

Он схватил Майка за руку обеими руками. На мгновение они оказались прижаты друг к другу, и их лица сблизились. Глаза Майка увлажнились и покраснели, из уголков сочились кровавые слезы.

Они упали на смотровой стол, и тот опрокинулся. Распяленное на нем существо