Эдди Флинн - Стив Кавана

– Вряд ли, – ответила Блок, после чего опять уставилась на окна квартиры, пытаясь прикинуть, насколько далеко находилась тогда от этих людей миссис Бродер. Сосредоточиться было трудно. Хотелось запрыгнуть в машину и нажать на газ. Отправиться на поиски. Или просто ездить по улицам, высматривая Кейт. Это было бы совершенно бессмысленно, но, по крайней мере, она бы двигалась.

Блок воспользовалась случаем, чтобы немного перевести дух. Ей нужно было подумать. Где бы ни прятался Песочный человек, именно там и должна была находиться Кейт. Сейчас требовались ясный ум и умение сосредоточиться, а не движение. Блок осмотрелась, отыскала ближайший уличный фонарь, а затем сделала на камеру телефона несколько снимков, которые отправила Эдди по электронной почте – просто на всякий случай. Он был способен наворотить горы из самой малости, и было бы лучше, если б у него имелось хотя бы несколько снимков улицы.

– Давай-ка заглянем в дом, – предложил Лейк, выуживая из кармана цепочку со здоровенной связкой ключей на кольце.

– Откуда у тебя ключи Нильсенов? – спросила Блок.

– Это мои ключи, – коротко ответил он.

Прежде чем предпринять что-либо еще, Лейк внимательно осмотрел замочную скважину. Вокруг нее виднелся такой же круглый след, который они совсем недавно видели.

– Опять виброотмычка, – констатировал Лейк, после чего выбрал один из ключей и попытался вставить его в замок. Пришлось немного повозиться, но в конце концов ключ вошел в скважину и без особых усилий повернулся, отпирая дверь. Использование электроинструмента не разрушило механизм, но сделало замок настолько разболтанным, что в скважину можно было вставить пилочку для ногтей, и он все равно бы открылся.

– После вас, – галантно произнес Лейк.

Блок вошла в прихожую семейного дома, узрев такого рода картину, какую можно увидеть на заглавной странице сайта какого-нибудь элитного риелтора. Белые стены, пастельные тона, настоящий паркетный пол… Отделано все было с большим вкусом. Слева от двери на журнальном столике в гостиной стояла семейная фотография. Блок внимательно изучила ее.

Симпатичные маленькие дети – мальчик и девочка. Вроде довольно близкие по возрасту. Оба улыбаются во весь рот, и в этих улыбках ни намека на смущение или неловкость – лишь веселье, счастье и любовь. Так способны улыбаться только дети, полностью поглощенные моментом. Роберту было пять лет, Элли восемь. Эта фотография была сделана совсем незадолго до того, как в их жизнь ворвался Песочный человек.

А за ними – их родители. Тобиас Нильсен чисто выбрит, с улыбкой на миллион долларов – прямо хоть сейчас на придорожный щит с рекламой зубной пасты. Глаза у него были ясными и сияющими, и даже в сорок пять лет без единой морщинки.

Он владел несколькими ресторанами в городе, а также покупал и продавал недвижимость на стороне. Каждый год устраивал грандиозный прием для друзей и знакомых. Он и его жена Стейси были настоящими представителями нью-йоркского высшего света. Стейси была еще красивей. Длинные каштановые волосы касались щеки, словно сообщая коралловое свечение ее коже. Казалось, даже недостатки лишь подчеркивали ее красоту. Правую бровь пересекал небольшой шрамик, нарушая симметрию лица, но это никоим образом не умаляло ее привлекательности. Каким-то образом это лишь добавляло ей очарования и подчеркивало безупречное совершенство других черт ее лица. Была она моложе Тобиаса. Когда Песочный человек оборвал ее жизнь, Стейси было тридцать четыре года.

Пройдя через гостиную, Блок обнаружила большую кухню и обратила внимание на заднюю дверь. Сделанная из цельного дуба, она запиралась на два тяжелых засова. Один из них располагался наверху, задвигаясь в потолок, а другой – внизу, с отверстием для ригеля в каменном полу. Даже если б Песочному человеку и удалось отпереть врезной замок виброотмычкой, эти засовы стали бы совершенно непреодолимым препятствием.

Открыв заднюю дверь, Блок вышла в узкий крытый переулочек. Навес из оргстекла, прикрепленный к задней части здания, прикрывал мусорные баки. Продвигаясь вдоль кирпичной стены, она свернула налево по переулку, который огибал дом и выходил обратно на улицу. На врезном замке задней двери не было следов от какого-либо инструмента. Песочный человек проник в дом с парадного входа. На оставшейся части первого этажа больше ничего интересного не нашлось, и Блок последовала за Лейком наверх.

На втором этаже располагались игровая комната, ванная и большая студия. Стейси была архитектором и работала в основном дома. На третьем этаже – еще одна ванная комната и две детские напротив друг друга. Блок с Лейком направились в хозяйскую спальню, расположенную дальше по коридору.

Широченная двуспальная кровать по-прежнему стояла там. В центре матраса виднелось огромное пятно овальной формы, словно брюшко гигантского черного паука.

Блок подошла к окну и выглянула наружу. Маленькая квартирка миссис Бродер была видна отсюда как на ладони. Достав из своего рюкзака планшет, она включила его и просмотрела фотографии с места убийства Нильсенов – в поисках снимков жертв в том виде, в каком их обнаружила полиция.

Смотреть на лица мертвых людей всегда тяжело. А тем более изучать лица тех, кто умер насильственной смертью. Однако для Блок в этом не было ничего нового. Ее учили не обращать внимания на всякие ужасы, чтобы она могла увидеть за ними улики. Каждое убийство – это отдельная история, нужно лишь уметь ее прочесть.

Усыпив детей каким-то транквилизатором, Песочный человек натянул им одеяла до самого подбородка. Они были найдены с закрытыми глазами, и поначалу копы подумали, что дети мертвы. По крайней мере, так решил первый прибывший на место преступления полицейский, который впоследствии покончил с собой. Девочка очнулась первой и, спотыкаясь, вышла из своей комнаты – только чтобы обнаружить в своем доме полицейского, который смотрел на ее родителей, убитых в своей собственной постели. Шок травмировал обоих.

У Тобиаса было пулевое ранение в левой части носа. Выходное отверстие располагалось на макушке, что говорило о том, что он лежал, когда был произведен выстрел, а стрелок располагался прямо над ним. У Стейси были множественные ножевые ранения. По словам судмедэксперта, любое из них могло привести к смерти за считаные секунды. Оба были найдены на кровати, мертвые тела были укрыты одеялом, глаза отсутствовали, глазницы и раны засыпаны песком.

– Почему целая семья? – спросил Лейк.

Аналитики ФБР, в том числе Дилейни, думали, что у них есть ответ.

Он повышал ставки.

Пойдя на больший риск, демонстрировал миру свое могущество.

Блок видела в этом определенную логику, но что-то тут все-таки не складывалось.

– Детей он оставил в живых. Просто проследил, чтобы они ничем не помешали. Отцу выстрелил в голову, однако жену зарезал ножом. У меня сложилось впечатление, что основной целью была