Тайна дома на холсте - Юлия Владиславовна Евдокимова

Ведь открывает он свое истинное лицо лишь в тот миг, когда сливаются воедино стальное небо, серая вода и серые фасады. Он строг, благороден, а если и позволяет себе легкую вольность в каменном кружеве его окон и решеток, то не часто, да и разве это кружево…

Таисия Грайлих надеялась, что давно перестала быть случайным человеком для Петербурга и он согласится открыть давние секреты. Она приехала с надеждой, ей обязательно нужно узнать, что же было дальше, это несправедливо, что дневник Клеопатры оборвался вот так…

В здравом размышлении понимаешь, что на самом деле все точки расставлены, да и не стоит знать, что произошло, когда на сцене опустился занавес… Не нужно портить финал!

И все же недосказанность так и стучала в ее сердце и Грайлих ничего не могла с собой поделать.

Как же переплелись две истории! Два убийцы, которых поймала рука художника и фотографа, два человека, которым предстояло начать новую жизнь… Снова оказался прав Шекспир: как ночь ни длится, день опять придёт.

Она бросила вещи в номере и наскоро привела себя в порядок. Актриса никогда не позволяла себе небрежности, образ звезды обязывал. Но недавно оказалось, что есть множество вещей, более важных, чем имидж. Вот и сейчас ожидавшее впереди было важнее, чем то, как она выглядела.

Ох, лукавство, чистой воды лукавство! Несмотря на возраст, она всегда выглядела достойно, и, как говорил небезызвестный сэр Уильям, сомнение в своем достоинстве — это малодушное самоуничтожение. А мы знаем, что Шекспир всегда прав!

Петербургский историк обосновался в холодном, продуваемом помещении на Галерной. За окнами кричали чайки и спешили по своим туристическим делам метеоры, множество книг и бумаг пылилось в высоких шкафах.

- Помнится, приплыла однажды Елизавета Вторая, ныне покойная, на своей яхте, так меня из дома не выпустили, представляете? Даже к окнам подходить запретили.

Он прочел во взгляде Грайлих, что ей абсолютно неинтересны ни его давние неудобства, ни английская королева, замялся и торопливо выдвинул кресло для гостьи.

- Я разыскал то, что вы просили, голубушка.

Высокий, статный историк с густой шевелюрой был совершенно не похож на маленького и толстенького болтужевского краеведа. Но при этом они казались братьями-близнецами: манера двигаться, разговаривать. Подумать только- голубушка! Таисия сразу расслабилась и даже чуть не потребовала чаю.

- Александра Павловна Ивашкевич-Горецкая, вдова действительного статского советника Егора или, по другим документам, Георгия Дмитриевича Ивашкевич-Горецкого - первая владелица интересующего вас участка. Смотрите, вот архивный документ, подтверждающий, что в 1887 году участок и дом уже принадлежали ей.

Оформление земельных участков в собственность в Финляндии было очень длительной бюрократической процедурой, длилось годами. В большинстве случаев на участках уже были возведены постройки, в них жили, а оформление еще не было закончено. Так что вдова Ивашкевич-Горецкая фактически владела им на несколько лет раньше, как минимум с 1880 года. У нее было два участка, вот здесь и здесь, - историк ткнул пальцем в карту.- По двум сторонам дороги.

- Погодите, а вот здесь, соседний участок…не разберу.

- Участок 13 и 15 принадлежал интересующей вас даме, а участки 12-17 - Агриппе Вересаевой, жене известного художника Василия Петровича Вересаева.

Сердце подпрыгнуло. Грайлих ощутила себя персонажем арт-детектива, именно так все и происходило в сериалах и она никогда бы не подумала, что такое возможно в реальной жизни. Сейчас перед ее глазами разворачивалось документальное подтверждение истории из дневника.

- Вдова к 1887 году владела участками вместе с детьми: Августом, Феоронией, Клавдией, и Клеопатрой. Согласно адресному справочнику им же принадлежал дом по Измайловскому проспекту, затем адрес меняется на Рождественскую и далее Ямскую улицу. Но затем Август, Феорония и Клавдия пропадают из списка собственников.

- А что могло случиться?

- Ничего не случилось, видимо, сын переехал к месту службы, а две дочери вышли замуж и переехали к мужьям. После смерти матери владелицей интересующего вас участка осталась третья дочь, Клеопатра Егоровна Ивашкевич-Горецкая, в первом замужестве Полонская, во втором Оленевская.

- Простите, что вы сказали? – Вздрогнула актриса. – Во втором замужестве?

- Да, полагаю, она осталась вдовой после первого брака, - Грайлих кивнула, все так и было, она точно знает, ей же… сама Клеопатра рассказала. – И второй раз вышла замуж за присяжного поверенного Владислава Ксаверьевича Оленевского.

«Ах, ты, чертовка! Окрутила адвоката! Собственно, кто бы сомневался… Оленевская, значит…».

- Я правильно понял из сообщений, что вас больше всего интересует именно Клеопатра? Я проследил ее историю. Клеопатра Егоровна осталась жить в Койволе, прикупила еще участки и выстроила красивые дачи…Вот здесь на старых фото, конечно, это лишь копии,- вы можете их увидеть.

«Так ты еще и бизнес-леди, владелица недвижимости! Ну, с таким характером нечему удивляться…»

- Она и после 1917 года осталась в Койволе. Клеопатра Егоровна скончалась в 1933 году от грудной жабы и похоронена на койвольском кладбище. На восемьдесят втором году жизни.

«С ума сойти, я читала дневник молодой женщины, а ты оказалась старше меня! Интересно, ты прожила счастливую жизнь?»

- Клеопатра Георгиевна, она не любила отчество Егоровна.

- Простите?

- Э… не важно. А дом? Тот первый дом на холме?

- Дома давно не существует. В советское время на его месте был пионерский лагерь, сейчас какие-то хозяйственные постройки.

* * *

- Он же сказал тебе, что дом не сохранился!- Солнце играло в буйных рыжих кудрях искусствоведши Ангелины, от чего они вспыхивали пламенем и прохожие останавливались, завороженные этим невероятным пожаром.

- Линочка, я все равно хочу его увидеть. В смысле не его, а то место. Помнишь, ты показывала мне карту, где стоял художник, когда писал картину? Я хочу туда попасть.

- Я не обновила права. И в любом случае у меня нет машины. А на такси мы разоримся.

- В Койволу, то есть теперь в Ясенево, ходит электричка.

- А ты уверена, что мы поймаем там такси? Охолонись, давай погуляем, в Мариинку сходим. И в корпусе Бенуа новая выставка. Кстати, я нашла для тебя один эскиз, знакомые в Русском музее подсуетились. Правда, его не атрибутировали, как работу твоего Вересаева, но смотри – напоминает же! Сейчас отправлю тебе.

Таисия схватила телефон и увеличила набросок. Ну, конечно, это набросок «ее» картины. Она увеличила еще сильнее, отчего картинка стала нечеткой, но все равно было понятно, что на мосту те же фигуры, что и на картине. Но это другой набросок… или убийца на мосту был безжалостно стерт?

- Тем более. Я должна… это