Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

Семьсот тысяч франков исчезли. Их не нашли ни в бумагах Гонорин, ни в ее вещах. Их нет в ее кабинете, их нет и в квартире. Но маловероятно, чтобы она не знала о том, что он взял их из банка. Она умерла. Ее нашли мертвой в спокойном и пустом отеле, куда она приехала под фальшивым именем. И предмет, которым она дорожила и который носила на шее… вероятно, обручальное кольцо, которое она прятала, было сорвано с нее силой.

— Да? Вы считаете, что это не она сорвала его с себя, шеф?

— Может быть, и она. А может быть, этот предмет ничего общего не имеет с любовью… но его больше нет. Судя по свидетельским показаниям, эта женщина не выходила из своей комнаты после приезда в отель, в котором она провела только одну ночь и утро, без сомнения дожидаясь кого-то. Итак… где же этот предмет? Васшет со своими людьми обшарил буквально все.

— Черт возьми! Кто знает, что тип, которого она ожидала, не пришел? У нее были деньги, и она мечтала разделить их с ним. Он же смотрел на вещи по-другому… и убил ее.

Комиссар кивнул головой.

— А потом он сорвал у нее с шеи маленькую драгоценность, которую сам подарил ей и которая могла выдать его. Соблазнительная гипотеза. Но, может быть, нет никакой связи между смертью Гонорин Лорд и тем фактом, что ее патрон исчез с крупной суммой денег. Когда я ее допрашивал, у меня создалось впечатление, что она говорит не всю правду. Но всегда в таких случаях люди стараются скрыть свою частную жизнь. Это дело кажется мне весьма сложным, Жорж, некоторые пункты выходят за рамки обычного. И Видмеры общаются со многими видными людьми.

Жорж Адлер подмигнул.

— Вот тут самое главное! — сказал он. — И тем не менее исчезновение Видмера, может быть, ничего общего не имеет со смертью девы. Как вы сказали, патрон, мы часто встречаемся с совпадениями. У Видмера была прекрасная коллекция марок и его вполне могли убить из-за одного или двух редких экземпляров.

— Черт возьми! Это мысль! Норман считает ее глупой, но она весьма возможна. Мы не будем отбрасывать ее. Редкие вещи всегда высоко ценятся. Но коллекция Видмера цела и находится у него дома. Мы выяснили у продавцов марок, что Видмер ничего редкого за последнее время не купил…

Комиссар встал и пошел, чтобы по своему обыкновению встать у холодной печки, машинально теребя усы.

— Нам еще нужно навести справки в банках, которые сдают сейфы, — сказал он. — Видмер мог спрятать где-нибудь эти деньги под чужим именем.

— Он мог иметь при себе и большую сумму, чем та, которая нам известна. Может быть, он переменил местожительство и женщину? Это то, что нам сказали в Паддок-клубе, и разве мадам Видмер не придерживается такого же мнения?

— Да, я в этом уверен. Я прочитал об этом на ее лице. Но мнение банкира иное. Его секретарша сказала, что она ни во что не верит, и коллекционеры марок, которые его знают, уверяют, что это невозможно.

Жорж Адлер пожал плечами.

— Это лишь разговоры. Жена ревнует его, даже если и не влюблена в него. Женщины всегда воображают, что у их мужей есть тайные интрижки, и, в основном, они правы. Коллекционеры говорят, что это невозможно потому, что они предпочитают женщинам марки. С другой стороны, для спортсменов Паддок-клуба нормально, что Видмер сбежал с другой. И если есть сходство между лошадьми и женщинами, то нет никакого между банком и марками.

— По-видимому, мы судим о вкусах другого по своим собственным. Их невозможно полностью примирить. Кто знает, не прав ли каждый по-своему?

Адлер нахмурил брови.

— Я не совсем вас понял?

— Я поясню. Члены клуба и мадам Видмер верят, что исчезнувший имел любовницу. Старая дева, более консервативная, не хочет даже и слушать об этом, основываясь на знании характера Видмера. Обе стороны безусловно правы. У Видмера есть друг. Это она время от времени звонила в Паддок-клуб. Но это только друг. Ничего от сирены или фатальной женщины, которых видим в фильмах. Маленькая, спокойная, порядочная женщина. Товарищ. Это человек одинокий, разочарованный, который чувствует себя больным и старым, идет к ней, чтобы поведать ей свои горести, когда он не в состоянии выносить своего дома и пасынка.

Да, такая теория вполне допустима. Совершенно верно, что Видмер никогда не был Казановой. Его образ действий скорее платонический. Он может испытывать сильное чувство, быть очень нежным к женщине, даже обожать ее. Он отлично ладил с мадам Видмер, у которой анемичный и усталый вид и которая на двадцать лет моложе его. Но совершенно нельзя исключать эту заразу Поля… Итак, Видмер познакомился с приятной особой, и они стали тайком встречаться, чтобы рассматривать марки и слушать музыку. Нельзя назвать ее его любовницей, но тем не менее связь эта остается тайной, таинственной и чем-то преступной, и он даже испытывает страх.

Адлер медленно кивнул головой и сказал:

— Видмер был способен убежать с женщиной подобного рода, оставив большую часть своего состояния. Возможно, что ни тот, ни другая не держатся за деньги. Во всяком случае он взял в банке довольно значительную сумму. И кто знает, может быть, факт оставления почти всего своего состояния успокоил его совесть?

— Возможно… С другой стороны, Жорж, мы также можем предположить, что женщина, о которой говорим, спокойна и респектабельна. Некоторые деловые люди не знают оборотной стороны жизни, и он вполне мог стать легкой добычей негодяев. В таком случае его исчезновение нужно объяснить по-другому.

— Да… маленькая спокойная женщина играет роль утешителя и не заинтересована в замужестве. Но когда речь заходит о крупной сумме денег, она совсем другая. Видмер мог взять эти деньги для нее… Но тогда она не убила бы его.

Жорж Адлер закурил сигару.

— А этот итальянский шофер? — сказал он. — Мы считаем, что он последним видел своего патрона. Может быть, он был в сговоре с маленькой спокойной женщиной… тем или иным образом.

— Ну да, Жорж. Вам надо будет последить за Колла. Он может дать нам возможность обнаружить интересные вещи. Он довольно глуп и может сделать небольшие глупости, но он не способен на похищение или убийство. И это не он выбросил Гонорин из окна, так как он находился в Париже. Вместе с тем, всегда можно ошибаться в людях, например, это милое письмо. Оно дает нам указание, а нам остается лишь определить, серьезно ли оно.

Комиссар бросил Адлеру анонимное письмо, которое тот с интересом прочитал,