Гранитная гавань - Питер Николс

– Это Шейн Картер.

Софи знала Шейна.

– Сын Дорин Визнер, – продолжал Марк. – Он учится в одиннадцатом классе с моими ребятами, Джеком и Дэвидом. Их знает Джуди из участка.

– Его фамилия – Картер, а его материи – Визнер?

– Картер – фамилия его отца. Дорин второй раз вышла замуж, за Денниса Визнера.

Марк говорил с сильным акцентом: «Кауртер. Заумуж…»

Осторожно ставя ноги, Алекс обошел висевшего мальчика. С этой стороны лучше было видно лицо. Он мог оказаться любым мальчиком из Гранитной гавани, мальчиком, которого Алекс видел всю его жизнь, который сливался с грудой расстегнутых курток, незаправленных рубашек и развязанных шнурков, с остальными такими же ребятами, заходившими в школу и выходившими из нее, снующими по библиотеке и даже по дому Алекса. Веки мальчика были полуоткрыты, и казалось, будто он мирно дремлет.

На листьях у основания рамы не было никаких следов крови, никаких следов ног, никаких следов происшествия. Это было не место убийства. Мальчика привезли сюда уже мертвым. Возможно, судмедэксперты могли обнаружить…

– О, господи! – вдруг воскликнул Марк.

Алекс поднял глаза. Мужчины в шоке наблюдали, как из раны чуть выше пупка высунулись конечности… Края раны раздвинулись… Кто-то проталкивался изнутри…

– О… черт…

Появилась маленькая, широкая, измазанная запекшейся кровью голова. Выпуклый золотой глаз закрылся и медленно открылся.

– Что за…

– Это лягушка, – сказал Алекс.

– Какого черта она там делает?

– Хороший вопрос.

Лапка лягушки потянулась вдоль разреза, выпуклые пальцы схватились за край. Голова чуть дернулась. Появилась задняя лапка…

Лягушка прыгнула и плюхнулась на листья между мужчинами.

– Нам нужно ее поймать, Марк!

Лягушка поскакала прочь, за раму, к деревьям. Испугавшись тяжелых шагов Марка, отпрыгнула в сторону и оказалась у ног Алекса. Он упал на колени, выставил локти вперед, крепко сжал лягушку обеими руками.

– Тащи пакет! И перчатки!

– Ладно.

Марк побежал за всем этим, тяжело дыша и звякая ремнем.

Лягушка извивалась. Алекс крепко держал ее, ощущая влажную густую кровь на холодной коже рептилии.

5

При виде полицейской машины Изабель замедлила ход. Марк Бельц, один из патрульных Гранитной гавани, стоял возле желтой ленты и разговаривал с детективом Алексом Брангвеном. Оба повернулись и посмотрели в сторону Изабель, когда она остановилась посреди парковки. Следом за ней подъехала вторая патрульная машина. Мерцающий свет крыши ударил ей в глаза. В голове заметались безумные мысли:

«Они приехали за мной? Что я натворила? Вдруг что-то случилось с Итаном? Нет, он дома, в постели… наверное».

Марк Бельц отошел в сторону, давая ей припарковаться. Патрульная машина обогнула ее автомобиль и остановилась возле ленты.

– Доброе утро, миссис Дорр, – сказал Марк, когда она вышла. – Мы вас очень просим пока подождать в сувенирном магазине.

– Что случилось? Почему вы здесь?

– Возникла чрезвычайная ситуация. Пожалуйста, подождите пока в сувенирном магазине. – Он указал на этот магазин, будто направляя движения Изабель.

Она перевела взгляд на детектива. Он разговаривал с Бекки Уотрус, молодой коренастой патрульной в слишком тесной униформе. Бекки приехала на второй полицейской машине.

– Миссис Дорр, пожалуйста…

– Да. Простите.

Когда она вошла в сувенирный магазин, крошечная старушка метнулась к ней и сжала ее руку.

– О боже, Изабель! Сегодня твой первый день!

Нэнси Килер взглянула на нее сквозь кривые очки в проволочной оправе.

Изабель едва узнала свою подругу. Высохшее лицо в обрамлении льняного чепчика казалось брошкой в сравнении с объемистым нарядом почтенной жены. Нэнси и ее муж Грэм владели небольшой гостиницей «Бельведер Инн» на Бэйвью-стрит с видом на воду. После того как Грэм в шестьдесят восемь лет умер от рака, Нэнси продала гостиницу. Но год спустя, устав сидеть в маленьком домике на Си-стрит, она решила попробовать себя в актерском мастерстве. Нэнси досталась роль почтенной Хоу. Когда ее привычный стиль – седая стрижка, большие круглые черепаховые очки, черный пиджак, узкие модные джинсы – сменился нарядом семнадцатого века, узнать ее стало можно лишь благодаря росту в метр пятьдесят. Изабель обвела глазами других собравшихся.

– Вот и Изабель, – сказал Честер Коффи, стоявший рядом с Нэнси.

Честер – или почтенный кузнец Денхэм – больше походил на лесное существо, чем на отца-пилигрима. Пышная борода начиналась от самых его румяных щек и доходила до горла, редкие волосы прикрывала бесформенная фетровая шляпа с фазаньим пером. Крепкую, как бочка, грудь подчеркивала темная кожаная куртка со множеством карманов, а ноги прикрывали мешковатые шерстяные штаны до колен.

– Почтенная Суэйн, – торжественно приветствовал ее Монте Гловер – почтенный судья Клюс – глубоким баритоном, украшавшим и спасавшим небольшой, но преданный своему делу хор Гранитной гавани. – Роджер сварил кофе.

Роджер Пристли, он же почтенный аптекарь Боулз – стройный, лет сорока, с коротко подстриженными седыми бакенбардами, – вынул из-под прилавка кофейник. Это Роджер раздал им подходящие роли и рассказал подробности из жизни их персонажей, которыми они должны были делиться с посетителями. Четвертый мужчина, Джефф Блок – почтенный Суэйн, строитель лодок и муж Ханны, – сидел в кресле. Все они смотрели на Изабель.

– Почему здесь полиция? – спросила она. – Что происходит?

– Я нашел тело возле огорода, – сказал Монте Гловер.

Его глубокий голос прозвучал торжественно, как в театре.

– О господи! – Изабель быстро взглянула на Джеффа и тут же перевела взгляд на остальных. – Чье?

– Мальчика, – сказал Роджер, – по всей видимости, старшеклассника. Какого-то такого возраста.

– О господи! Кого?

– Нам не сказали.

«Итан дома в кровати, спит», – вновь сказала она себе. Он всегда в это время еще спал. Но со вчерашнего вечера она его не видела.

Она отошла в сторону, выудила телефон из кармана, свисавшего из-под многочисленных слоев, набрала номер сына. Ответом стало голосовое сообщение. Она отправила СМС: «Итан, позвони мне, как только проснешься. Это ОЧЕНЬ ВАЖНО. Позвони сразу же. Я серьезно. Позвони».

– Совсем ребенок, – покачал Джефф головой.

– Ох, Джефф… – Нэнси медленно подошла к нему, опустилась на колени и сжала ту его руку, в которой не была зажата кружка с кофе. – Ты как?

Джефф пожал плечами.

– Да нормально… спасибо.

Они услышали, как колеса зашуршали по гравию.

– Еще полицейские машины, – сказал Честер, стоявший у окна.

Подойдя к нему, Изабель увидела, как на стоянку въезжают два белых фургона без окон и опознавательных знаков. Из фургонов вышли мужчины и женщины в защитных костюмах, резиновых ботинках и перчатках. Марк Бельц начал что-то им говорить. Изабель увидела, как к сувенирному магазину идет детектив Алекс Брангвен, и отошла от окна.

Дверь, заскрежетав, открылась, и Алекс вошел.

– Доброе утро всем. – Присмотревшись, он узнал Нэнси. –