Там, где тишина - Эллиот Харпер

Дэн внимательно посмотрел на нее и усмехнулся:

– А ты все так же не сдаешься, да?

– Ты меня знаешь, – улыбнулась Билли. – Дэн, я…

– Только не говори, что опять убегаешь.

– Дэн…

– Билли, это несерьезно. Я не прокаженный, хватит избегать меня.

– Это не… ты, – она вздохнула. Так непривычно слышать от него свое имя без искажения до Биллз. – А…

– Если тебе неловко, что ты отказала мне и разорвала помолвку, то… знаешь, я большой мальчик. Как-нибудь справлюсь. – Розенберг выдал одну из своих коронных улыбок, но от Билли все равно не укрылось, как он взволнованно прячет руки в карманы и переминается с ноги на ногу. Дэн Розенберг мог изображать непоколебимую уверенность перед целым миром, но ему не спрятать себя настоящего от Билли.

– Сейчас правда не лучший момент, – тактично ответила она.

– А лучший никогда не наступит, – усмехнулся Дэн и посмотрел на нее с такой грустью, которую Билли никогда прежде не видела в его глазах. – Неужели теперь все будет вот так?

Она замерла и спустя пару секунд покачала головой.

– Извини. Черт, извини, ты… прав. Это все измотало даже меня. Если честно, я… не хочу больше бегать.

Дэн посмотрел в пол и кивнул. Но прежде, чем Билли нашла очередной повод скрыться из виду, заметил:

– Знаешь, губернатор еще не приехал.

Билли взглянула на него с непониманием.

– Потанцуем? – он протянул ей руку. – Один танец. Потом я отпущу тебя и не буду преследовать. Слово скаута, – которым Дэн был в далеком детстве, но почему-то до сих пор гордился этим опытом.

«Надеюсь, он не планирует говорить о… – подумала Билли и еле сдержала тяжелый вздох. – Господи. Ну вот что я скажу ему? Вернее, что еще я могу сказать?»

– Хорошо, – наконец сдалась она и, отставив бокал на поднос официанта, приняла руку Дэна. – Один танец. Но не забывай, я танцую на каблуках не очень хорошо. Поэтому береги свои «бриони» от моих «стиви».

– Этим ты меня не напугаешь, – хохотнул Дэн, приобняв ее привычным движением за талию. Уверенно, но не слишком крепко. Чтобы она знала, как и раньше, что он рядом, что он ведет, но по-прежнему предоставляет ей свободу, если потребуется. – Мои «бриони» с тобой и не через такое проходили.

Например, однажды ему пришлось убегать от питбуля, когда Билли перепутала дом и они прибыли на день рождения по неправильному адресу. Или когда, защищая ее от уличного хама, Дэн вышел из битвы победителем, но с ботинками, облитыми пивом.

Но все это было ерундой. Ведь каждый раз Билли обнимала его, целовала и заливалась звонким смехом. Со временем рядом с ней он перестал бояться показаться глупым или не таким совершенным, каким хотел, чтобы его видел остальной мир. Жаль, что продлилась эта эйфория не так долго.

Дэн невольно улыбнулся.

Раньше они танцевали только в одном месте: в не самом приметном, но не испытывающем недостатка в посетителях ресторане, спрятанном на одной из улиц в центре Чикаго, где Дэну всегда бронировали столик в любое время и без очереди. В этом заведении с высокой оценкой Мишлена могли приготовить абсолютно все, что подходило для такого поклонника здорового образа жизни, как Дэн. Здесь они ужинали довольно часто, и Билли даже успела познакомиться со всеми сотрудниками ресторана, которые оказались весьма славными людьми и каждый раз пытались отдать ей с собой какой-нибудь из десертов, не включенных в общую стоимость. Но вряд ли она в ближайшее время заглянет в это место – слишком много воспоминаний, с которыми Билли пока не научилась примиряться.

– Как ты? – спросил Дэн, глядя на нее с катастрофически маленькой дистанции. – Мы не говорили… с тех самых пор.

Но Билли так и не смогла подобрать подходящие слова, поэтому призналась:

– Не знаю. Слишком… много всего навалилось.

– Точно. Эта твоя новая роль так называемого консультанта. И с каких пор ты сотрудничаешь с ФБР?

– Не могу сказать, – осторожно ответила Билли. – Но это не то, из-за чего стоит переживать.

– И твоя работа никак не связана с Робертом Андерсоном?

Мысленно поблагодарив новый слой пудры на лице, Билли кивнула:

– Абсолютно.

Дэн постарался спрятать обиду за усмешкой:

– Хотел бы поверить тебе, но не могу.

Билли собиралась было поспорить, но неудачно шагнула в сторону и пошатнулась. Розенберг вовремя подхватил ее, прижав ее к себе.

– Спасибо, – покраснела она и приобняла его за шею.

В прошлом Дэн уже был свидетелем падения Билли с каблуков, на которые сам же и уговорил ее, заметив в магазине пару красивых туфель на сомнительно устойчивой колодке. Они прекрасно смотрелись, но, когда Билли полетела в них прямо на входе в ресторан, вся их прелесть мгновенно испарилась. Зато после ужина Дэн донес ее до машины на руках и доставил до дома почти как королеву. Она не была уверена, что сломанный каблук на туфле, которая стоила как месяц аренды ее квартиры, и потянутая лодыжка оправдывали подобный жест, но даже спустя год вспоминала о том вечере лишь с улыбкой.

Билли помнила и многое другое: как Дэн случайно уронил ключи от своей машины в водосток и какая развернулась операция по их извлечению; или как рядом с офисом Розенберга сидел бродяга по прозвищу Гуччи, который так громко пел хрипловатым голосом ретрохиты, что сотрудникам не раз приходилось вызывать охрану. Впоследствии на его месте появился полутораметровый цветок в большом кашпо, не издающий звуков.

Билли помнила, как однажды на улице разыгралась непогода и они с Дэном были вынуждены прятаться от ливня под крошечным козырьком здания. Розенберг, конечно же, включил умного зануду, и Билли, смеясь, вытолкнула его под дождь. Но он утянул ее за собой, и они, промокшие до нитки, подпортили сиденья с коврами в машине Розенберга. А еще Билли страшно продрогла в тот день, Дэн надел на нее сухой пиджак, который утром забрал из химчистки и не успел занести домой.

У них было много хороших, искренне теплых моментов. Но сейчас, привычно обнимая его, прижимаясь к нему щекой, вдыхая знакомый парфюм с нотками амбры, мирры и жасмина, Билли с грустью понимала: между ней и Дэном все кончено. Их отношения прекратились еще до того, как Билли рассказала ему о своем решении разорвать помолвку. Жаль, что она осознала это слишком поздно, но еще сильнее Билли жалела, что Дэн был уверен в обратном.

Чувствуя аромат ее волос – приятный, сладкий, ванильно-цитрусовый, до боли в сердце знакомый, – Дэн все меньше пытался сохранять напускную невозмутимость и все сильнее чувствовал потребность вернуть Билли. Целиком и полностью и не только