Холодный ветер - Пейдж Шелтон

Текс крепко обнимал ее, и, похоже, она была в полном порядке.

Всеобщее облегчение было почти осязаемым. Мы могли бы дать волю эмоциям, но совершенно не было времени.

Грил повернулся ко мне.

– Что тут, черт побери, стряслось?

– Она вышла из задней двери и увидела нас. Лейн спросил ее, что происходит. Она не ответила и пустилась бежать.

– Это была она? – спросил Лейна Грил.

– Да. Я не знал, нужно ли за ней гнаться.

Я всмотрелась в Лейна, но не смогла определить, лжет он или притворяется. О своих недавних подозрениях я решила промолчать.

Грил попытался высмотреть Доннера.

– Проклятье!

Рэнди машинально провел рукой по волосам. Он подошел к столу, выдвинул ящик и достал оттуда фотографию. Принес ее нам.

– Это она? – Рэнди показал на женщину на фотографии. Женщина счастливо улыбалась, стоя в свадебном платье, а рядом был Рэнди в смокинге.

– Да, – ответил Лейн.

– Да, – сказала я.

Та же женщина, и, надо сказать, сейчас даже со шрамом на лице она выглядела моложе, чем на фотографии. На минуту я задумалась, как так вышло – я видела ее первый раз в жизни, она была не накрашена и старше, чем на фото. Не загоревшая, но и не бледная как смерть. Казалось, что она проводит много времени на свежем воздухе, но, может, я просто представила то, что мне рассказали.

Вид у Рэнди был оторопевший. Я положила ладонь ему на руку.

– Ты в порядке?

– Не могу понять, что происходит.

– Мы докопаемся до истины, – сказал Грил. Он подошел к Тексу с Энни. – Пойдем присядем. Надо разобраться, что знает о деле ваша дочь, и как можно скорее.

Рэнди как-то оправился от очередного потрясения и пошел на кухню принести всем воды. Доннер не смог догнать Ванду, быстро потерял ее след и вернулся к нам.

– Хотел бы я знать, куда она пошла, – сказал Лейн. – Я бы вам рассказал. Клянусь, рассказал бы.

Я пытливо смотрела на него. Казалось, он говорил искренне.

Грил повернулся к Тексу.

– Что Энни может сказать о женщине?

Текс кивнул и принялся жестикулировать. Энни отвечала. Затем он заговорил:

– Девочки познакомились с ней на следующий день после оползня. Увидели на той стороне реки – она им махала, чтобы подошли. Энни сказала, что женщина была очень добра, спрашивала, не голодны ли они, не хотят ли поиграть. – Текс замолчал. – Я знаю, что это не особо важно сейчас, но я правда говорил дочкам не разговаривать с незнакомцами. Единственное, что могу предположить, – в действительности до этой женщины они и не сталкивались с незнакомцами. Община у нас небольшая. Чему бы я их ни учил, поняли меня они только сейчас.

Текс чувствовал ответственность за произошедшее. Я не могла рассказать ему, как я, взрослый человек, тоже открыла дверь незнакомцу и только так выучила этот важнейший урок. К счастью, у Энни с Мэри таких тяжелых последствий не будет.

– Ничего страшного, Текс. Дети есть дети. Главное, что девочки не пострадали, – сказал Грил. – Энни может рассказать что-то еще?

Текс кивнул.

– Энни сказала, что Ванда – сегодня она назвала им свое имя – была с ними очень мила. Ванда приводила их в дом Лейна, когда его там не было, – если я правильно разобрал. Потом они бывали и здесь, когда Рэнди не было дома. Чистили зубы, играли в мансарде. – Он посмотрел на меня. – С зубными щетками вы угадали. Ванда купила их для девочек.

– Ты их не заметил? – спросил Грил у Рэнди.

– Видимо, нет, – ответил Рэнди. – Я чищу зубы на кухне и бреюсь там же. Там свет лучше. Я всегда так делал, и Ванда об этом знала. В мансарде я не спал с прошлой зимы. В последние годы мне начало казаться, что в доме кто-то бывает. Но я так много времени провожу в «Лавке». И все всегда было в целости и сохранности. Думал, может, кому-то ненадолго понадобился приют. Если бы что-то украли или поломали, я был бы настроен иначе, но такого ни разу не было.

– А что за листок картона на мансардном окне? – встряла я.

Сгорбившись, Рэнди покачал головой.

– Думал, просто что-то прилипло. Я здесь редко бываю днем, последний раз, если не считать сегодня, это было больше недели назад. Видел, что там что-то есть, но не позаботился проверить. Если б я знал, что это картон, Грил, я б тебе сказал. Я бы точно удивился, но я просто не заметил.

– Все нормально, – ответил Грил. – Продолжайте, Текс.

– Это длилось не очень долго. – Текс посмотрел на Энни, которая что-то показала. – Только после оползня, но Ванда им говорила, что она уже давно сюда ходит.

– Ванда хоть раз вас обижала? – спросил Грил у Энни. – Вы с Мэри ничего плохого не сделали, мне только нужно понять, не обижала ли она вас.

Энни сильно замотала головой и что-то сообщила жестами.

– Нет, она была очень милой, – перевел Текс.

– Хорошо. – Грил по-прежнему смотрел на Энни. – Ты знаешь, где она может быть?

Энни покачала головой и уперла руки в бока. Выглядело искренне. Затем показала Тексу еще несколько жестов. Мы с ожиданием посмотрели на него.

– Она ставит капканы. В тот вечер, когда девочки не вернулись домой, она брала их с собой проверить капканы. И когда она попросила их не подходить, пока она осматривает капкан, они потеряли ее из виду. Ванда не хотела их пугать, но, когда она задержалась, они сразу убежали. Так они заблудились, потом дошли сюда и в итоге оказались в Бенедикте. Они боялись мне все рассказать, боялись, что будут проблемы. Ванда им сказала, что она – это их личный секрет.

– Понятно, – сказал Грил. Он улыбнулся Энни. – Я понимаю, что ты испугалась, но, видишь ли, твой папа все понимает. И мы тоже. Можно спросить? – Он поглядел сначала на Энни, потом на Текса. – Девочки умеют издавать такие высокие визжащие звуки?

– Умеют, – быстро ответил Текс. – Я их научил так делать, если нужно привлечь чье-то внимание. Понимаете, кричать они не могут.

Я удивилась, что эта мысль раньше никому не пришла в голову; прежде я никак не могла понять, почему девочки могут издать этот звук, а говорить не умеют. В общем, хорошо, что мы разобрались, что же за звуки слышали мы с Рэнди. И еще я – как, наверное, и Рэнди – поняла, что звуки не должны были никому мешать, даже среди ночи. Они