Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

Это помещение никак не ассоциировалось с безумием. Оно напоминало салоны красоты, которые все уговаривал ее посещать бывший бойфренд, инвестиционный банкир. По его словам, проведенные там часы должны были приобщить ее к ценностям «отдыха и релаксации». Он пытался убедить ее в необходимости «баловать себя». Но понятие Элли об отдыхе и релаксации сводилось к бутылке «Джонни Уокер Блэк» и целому сезону сериала «30 потрясений» за один присест. Темная комната, растертое после ванной, словно кусок «Кобе биф», тело, звуки записи пения птиц — таково ее представление об уюте и покое.

Доктору Болту было около пятидесяти. Если бы она уже не видела его в Интернете, то, судя исключительно по декору офиса, ожидала бы увидеть более гладкого и прилизанного мужчину. Сегодня он был облачен в серый шерстяной свитер поверх рубашки на пуговицах и черные брюки. У него были длинные, висевшие бахромой каштановые волосы. Лицо светилось сердечной улыбкой.

Когда детективы объяснили цель своего визита, доктор сделал какую-то запись в блокноте и затем скрестил на груди руки, словно арбитр, наблюдающий за повторным показом эпизода спортивных соревнований.

— Черт возьми. Я окончил школу двадцать шесть лет назад, и с тех пор всего в третий раз оказываюсь в подобной переделке.

— А что это за переделка? — поинтересовался Роган.

Он тоже скрестил руки на груди. Иногда Элли приходила мысль, не в пещерные ли еще времена мужчины приучились копировать язык тела друг друга.

— Видите ли, я не очень компетентен в этих вопросах. Вы приходите сюда и спрашиваете меня о некоем человеке по имени Кейси Хайнц. Я не вправе говорить вам, знаком ли мне человек с таким именем. Думаю, вы, вероятно, сделали определенные выводы из моих слов относительно переделки. Муж моей сестры служит в полиции. Правда, в Детройте. Я имею в виду, что мне хотелось бы помочь вам.

— Значит, мы по одну сторону баррикад, — сказала Элли.

— За исключением того, что я не могу раскрывать свои отношения с людьми, являющимися моими частными клиентами и участниками клинических испытаний. Если я сделаю это, Американская медицинская ассоциация и Американская психиатрическая ассоциация отберут у меня лицензию, не говоря уже о проблемах с Федеральным агентством по контролю за продуктами и лекарствами в связи с одобрением результатов моих исследований.

— Но Кейси Хайнц сказал нам, что он проходит у вас курс лечения, — сказала Элли. — Это меняет дело.

— Нет, не меняет, — возразил Болт. — Пациент может раскрывать факт существования у него взаимоотношений с доктором, не раскрывая деталей этих взаимоотношений. Так, по крайней мере, мне постоянно втолковывали во время моей учебы. Офицеры полиции иногда блефуют, утверждая, будто им уже известна личность пациента — уверен, к вам это не относится, — но некоторые мои коллеги пострадали из-за такого рода трюков.

— Стало быть, мы встретимся с окружным прокурором и добьемся повестки в суд.

— Мне действительно хотелось бы помочь вам, — сказал доктор.

— Мы понимаем.

Обычно подобный сарказм в адрес человека, обладающего столь высоким социально-экономическим статусом, влек за собой телефонный звонок лейтенанту или лекцию о необходимости уважительного отношения к людям. Но Болт лишь рассмеялся.

— Послушайте меня, детективы. Я не могу рассказывать вам о конкретных пациентах, но могу рассказать вкратце о своей работе вообще. — Он указал рукой на два стула, стоявшие по другую сторону стола. — «Эквиван» — новое фармацевтическое средство лечения биполярного аффективного расстройства, известного также как маниакально-депрессивное состояние или просто маниакальная депрессия. И диагноз, и лечение биполярного аффективного расстройства у молодых людей вызывают массу противоречий. Некоторые специалисты считают, что дети есть дети. Они, к примеру, говорят, что в то время как радикальные жизненные перемены могут вызывать клинические изменения у взрослых, молодые люди еще не способны оценивать серьезность принимаемых решений. Подобным образом, по их словам, чувство беспомощности и отчаяния может служить сигналом тревоги у взрослых, но должно рассматриваться в качестве нормального явления у подростков.

— На этой неделе мы беседовали с одним учителем, который считает, что его ученики употребляют чрезмерное количество медикаментозных средств, — заметил Роган.

— Легко рассуждать, пока ваш ребенок не сбежал из дома. — Элли вспомнила, с какой страстью Болт говорил во время дебатов в Нью-Йоркском университете о душевной боли и разочаровании, которые он наблюдал у своих юных пациентов. — С учетом всего этого многие лекарства на рынке являются экспериментальными, и их употребление молодыми людьми вызывает ожесточенные споры. Это подводит нас к моим исследованиям. Идея «Эквивана» заключается в том, чтобы использовать активный ингредиент антидепрессанта, который может таить в себе немалый риск, если он применяется в качестве средства лечения биполярного аффективного расстройства, но в сочетании со стабилизатором настроения это лекарство, как выяснилось, более эффективно, нежели антипсихотическое средство.

— Доктор, вы нас теряете.

— Говоря вообще, мы пытаемся сочетать лучшее из двух сфер. Взять хорошее и нейтрализовать плохое. «Эквиван», по своей сути, представляет собой комбинацию двух имеющихся в продаже лекарств — «Эквилибриума», являющегося стабилизатором настроения, и «Флована», являющегося антидепрессантом. Отсюда и название — «Эквиван». Мы испытываем его на молодых людях в возрасте от десяти до двадцати лет. Это позволяет нам не только оценить эффективность лекарства, но и определить зависимость его воздействия от возраста. Возможно, то, что творит чудеса с двадцатилетними, приносит вред десятилетним. Естественно, мы хотим знать это. Чтобы принять участие в испытании, пациенты должны отвечать критериям биполярного аффективного расстройства первой стадии, классической маниакально-депрессивной формы болезни в соответствии с классификацией по DSM-IV.

Болт принялся было расшифровывать эту аббревиатуру, но Элли махнула рукой. Поскольку многие преступники страдают психическими заболеваниями, каждый полицейский слышал о «Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам».

— Пациенты не могут принимать никакие другие лекарства от депрессии и иных психических заболеваний. Они должны быть согласны с условиями протокола исследования лекарства, одно из которых предусматривает, что на основе произвольного выбора одни пациенты будут получать активное лечение, а другие — плацебо.

— Значит, не все пациенты действительно получают «Эквиван»?

— Именно так. В любом солидном испытании лекарств используется контрольная группа. Если бы мы давали «Эквиван» всем пациентам, то не имели бы возможности знать, по какой причине улучшается настроение и повышается психологическая устойчивость, — в результате лечения или вследствие воздействия других факторов, таких как изменения погоды и успехи в работе, либо в силу простого совпадения. Поэтому четверть наших пациентов получают «Фловиан», четверть — «Эквилибриум», четверть — их комбинацию, «Эквиван», и четверть — плацебо.

— Если комбинация лекарств дает эффект, — сказал Роган, — это значит, вы сознательно лишаете некоторых из своих