Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

Все в их поведении указывало на присутствие какой-то тайны.

Темнота уже поглотила их, когда ПМ наконец решился покинуть свою клетку и последовать за ними.

Луч фонарика высветил каменные ступени. От невесомой пыли щекотало в носу, пока он по одной преодолевал их. В воздухе витал аромат благовоний и воска. Запах смерти.

Легкая вибрация, сопровождаемая глухим скрежетом, заставила его замереть на половине спуска.

Дыхание почти остановилось, на лбу выступила испарина. Только неимоверным усилием он преодолел желание повернуть обратно и выбежать.

Трясущейся от страха рукой он достал из кармана тюбик, с трудом открыл его, высыпал на ладонь две таблетки и поспешно сунул их в рот.

С трудом проглотив их, он немного пришел в себя и продолжил спуск.

Крипт оказался пуст.

Обе женщины словно растворились.

Плазменный экран последнего поколения занимал приличную часть стены, оборудованной под домашний кинотеатр, усовершенствованный и дорогостоящий.

Вдоль двух прилегающих стен разместилась внушительная библиотека. Третья была полностью закрыта опущенными шторами.

Просторная смежная комната насчитывала добрую сотню квадратных метров.

Озадаченный этой выставленной напоказ техникой, Лукас, которого его безумный двойник привел сюда под дулом его собственного пистолета, позволил себе наскоро обойти помещение.

Шлюзовая камера с двойными стеклянными дверями, находящаяся в левом крыле, казалось, была единственным выходом из этой подземной тюрьмы.

Аксель учтиво подтвердил это:

— Трехслойное бронестекло. Разбить невозможно. Можешь мне поверить, я пробовал. Механизм открывания надежно защищен, снаружи недоступен.

За стеклянными дверями Лукас заметил начало слабо освещенной галереи.

— Другого выхода нет, — добавил Аксель.

Лукас посмотрел на него. Глаза его вновь обрели былую зоркость.

— Если не считать озера, — проговорил он.

Он снова увидел себя в часовне затопленной деревни, когда после обследования колокольни убедился, что Мари там нет. Он уже собирался отплыть, но тут заметил свет фонаря.

Он быстро подплыл к нему и обнаружил начало лестницы, уходившей под часовню. Включенный фонарь лежал на нижней ступеньке. В полной уверенности, что это фонарь Мари, Лукас вплыл в проход.

Когда он понял, что положенный фонарь служил приманкой для того, чтобы поймать его в ловушку, было уже поздно. Проход над ним закрылся, отрезав путь назад.

У Лукаса не осталось другого выхода, как продолжить плыть по галерее, полого уходящей вниз.

Метров через сто от нее вертикально вверх отходила шахта, и он вплыл туда.

Поднявшись на пятьдесят метров, он вынырнул и оказался в гроте, напомнившем ему грот морских разбойников.

От сильного удара сзади он потерял сознание.

По телевизору передавали новости.

Еще не оправившись от потрясения, вызванного известием о втором близнеце, Лукас слушал Акселя, продолжающего свой угрожающий рассказ об их родстве и о своем заточении. Будь это в других условиях, он посочувствовал бы тому, кто пережил ад одиночества.

— Спутниковое телевидение — самое лучшее для меня, не считая прессы, — ведь это мое единственное окно в мир. Именно по телевизору я увидел репортаж о деле на Лендсене. Представь мое лицо, когда тебя показали в двадцатичасовом выпуске! — Он выключил телевизор и повернулся на кресле к Лукасу. — Ты знаешь о Железной Маске, полагаю… С этого дня у меня была только одна цель: найти способ завлечь тебя сюда и занять твое место. Я чуть не упал в обморок, когда узнал, что ты собираешься бракосочетаться в Киллморе. Мне оставалось лишь устроить так, чтобы затащить тебя в озеро.

Детали головоломки начинали складываться.

— В таком случае все паранормальные феномены, убийства, весь этот зловещий спектакль с Алой Королевой были только приманкой?

— На которую специалист по расследованию ритуальных убийств клюнул как новичок.

— Вот разве что не Алиса должна была умереть, а Мари! Ну конечно! Лучший способ завлечь меня и потом занять мое место — убить женщину моей жизни! Но ты этого не учел! Пробел в твоем дьявольском интеллекте!

Внезапный приступ ярости охватил Акселя.

— Эта идиотка Алиса спутала мне все карты, но я сумел выпутаться! Короче, нет худа без добра, потому что это позволило мне узнать Мари…

Тон, которым было произнесено имя его жены, заставил Лукаса вздрогнуть.

Он вдруг сник, сраженный неодолимой тоской, но тут же глухим голосом резко спросил:

— Что ты с ней сделал?

Акселю очень хотелось ответить, что она мертва, — как же ему не терпелось насладиться еще одним страданием такого ненавистного брата! — однако он подумал, что есть кое-что пострашнее смерти. Муки ревности.

— Еще час тому назад она была в моих объятиях, — твердо заявил он. — Обнаженная и изнемогающая от желания.

Боль пронзила тело Лукаса, заставив его зажмуриться от точно нанесенного удара.

Недоумевая, куда могли подеваться обе женщины, ПМ принялся обшаривать лучом фонаря внутренность крипта, однако ему открывались лишь неподвижные останки в гробницах. Он задрожал при мысли, что какой-нибудь труп вдруг встанет, явив ему окровавленные клыки.

Уже собравшись уходить, он в последний раз прошелся лучом по стенам и в дальней неожиданно увидел два одинаковых открытых прохода, которые разделяли всего несколько метров.

Правый вел на новую лестницу, крутые каменные ступени которой уходили далеко вниз.

Левый же выходил в небольшое помещение — несколько квадратных метров, — ниши которого засверкали от света фонаря.

Блеск золота возбудил ПМ. Алчность заставила позабыть все — и страх, и осторожность.

Приблизившись, он с возрастающим возбуждением взирал на десятки дароносиц. Некоторые из них, инкрустированные драгоценными камнями, были верхом совершенства.

Не устояв перед зовом драгоценностей, он протянул руку к одной из заполненных чаш и схватил ее.

Вибрация. Глухой скрежет.

За его спиной из торца стены медленно выползала каменная перегородка, неумолимо закрывая выход из комнаты с реликвиями.

Завороженный дароносицей, ПМ не среагировал сразу, и промедление это оказалось для него роковым. Когда он резко повернулся, узкий проход был уже на три четверти закрыт, и все попытки притормозить движение стенки не принесли результата.

В безумной надежде, что всему причиной явилась чаша и достаточно поставить ее на место, чтобы дверь вновь открылась, ПМ быстро сунул ее в нишу.

Содрогание прекратилось. Глухой скрежет тоже.

«Это уже слишком!» — подумал он, оборачиваясь. Но проход оставался плотно закрытым. Значит, причина была не в этом.

Он достал свой мобильник, однако связь с внешним миром отсутствовала.

Он попал в западню!

ПМ почувствовал, как у него подгибаются ноги. Истеричный смех вырвался у него, сотрясая все тело, даже его успокоительные таблетки не подействовали.

Крыса! Он попался, как крыса в крысоловку!

Он орал, молотил кулаком по стенке, в кровь обдирая костяшки пальцев, потом в панике, раскинув руки,