"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

не было. Охранная фирма, даже при условии активного сотрудничества, не могла предоставить того, чем сама не располагала: кабинет генерального директора в их компетенцию не входил. Майер развернул на полу желто-коричневый рулон — полотно с кармашками для всякого рода отмычек — и принялся за работу. Как бывшему инструктору полицейской академии, ему понадобилось меньше тридцати секунд, чтобы открыть замок.

Фон Даникен посветил фонариком. ЛМА стоял на демонстрационном столике — там же, где он и видел его в последний раз. Инспектор поднял дрон и внимательно оглядел его со всех сторон. Удивительно, как такой маленький механизм может на огромной скорости преодолевать значительные расстояния. Но гораздо больше его интересовало, для чего создали этот самолет.

Поставив аппарат на место, фон Даникен сделал несколько снимков на цифровой фотоаппарат и перешел к столу Ламмерса. Странно, но ящики оказались не заперты. Одну за другой он доставал папки теперь мертвого генерального директора, раскладывал на столе документы и фотографировал их. По большей части переписка, приказы, служебные записки и счета. Но ничего такого, что могло бы ответить на вопрос, зачем человеку необходимо хранить дома три паспорта и заряженный «Узи», он не обнаружил.

Это все его публичный имидж, говорил себе фон Даникен, — то зеркало, что красит.

— Двенадцать минут, — шепотом доложил, заглядывая в кабинет, Крайчек, их ударная сила, и пистолет-пулемет «Хеклер и Кох» МП-5 с глушителем, который он держал в руке, служил тому весомым доказательством.

Записная книжка.

Фон Даникен заметил ее почти случайно: она лежала рядом с фотографией Ламмерса, где он с женой и детьми. Инспектор взял книжку в кожаной обложке и просмотрел несколько страниц. Записи были короткими, словно зашифрованными, в основном встречи — название компании, имя представителя. Внимание фон Даникена привлекла последняя запись, сделанная в тот день, когда Ламмерса убили: «Ужин с Г.Б. в ресторане „Эмилио“ в 19.00». Ниже указан номер телефона.

Фон Даникен сфотографировал эту страницу.

Закончив работу в кабинете, он и Майер, миновав стойку администратора, прошли несколько вращающихся дверей и оказались в цехе.

— Где его лаборатория? — спросил Майер, когда они пробирались между автокарами.

— Откуда я знаю? Мне сказали только, что Ламмерс построил свой ЛМА здесь.

Майер остановился и коснулся плеча фон Даникена:

— Но ты уверен, что это здесь?

— Более-менее. — Инспектор припомнил, что помощница Ламмерса не сказала прямо, что лаборатория находится тут же.

— Более-менее? — переспросил Майер. — Я рискую своей пенсией из-за «более-менее»?

В дальнем углу цеха находилось отгороженное помещение. Вход был обозначен стальной дверью и табличкой «Privat».[554]

— Я более-менее уверен, что это здесь, — сказал фон Даникен.

Майер опустился на одно колено и посветил фонариком в замочную скважину.

— Закрыто надежно, как в Национальном банке.

— Справишься? — спросил фон Даникен.

Майер бросил на него испепеляющий взгляд.

— Как-нибудь — более-менее.

Майер принялся подбирать отмычку, а фон Даникен стоял рядом. Сердце у него билось так громко, что, наверное, слышно было в Австрии. Он не годился для подобных операций. Сначала взлом помещения, а теперь и проникновение без ордера в частную собственность. Что на него нашло? Он же далек от всяких шпионских штучек. Он обычный кабинетный начальник, и гордится этим. В пятьдесят лет поздновато начинать участвовать в подобных вылазках.

— Девять минут, — спокойно проинформировал Крайчек.

Кублер со своим детектором тоже добрался до цеха. Он повернул прибор вправо, и на дисплее появилась надпись: «C3H6N6O6» — циклотриметилентринитроамин. Название знакомое, но Кублер больше привык к его торговому имени — гексаген. Может, их затея забраться сюда не такая уж и сумасбродная.

— Восемь минут, — сообщил Крайчек.

Стоя на коленях, Майер манипулировал чем-то похожим на две спицы.

— Готово, — сказал он.

Замок щелкнул, и дверь открылась.

Фон Даникен вошел в помещение. Луч фонарика сразу выхватил из темноты верстак, на котором лежало множество разных электроинструментов, плоскогубцы, отвертки, провода и металлические обрезки. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это то самое. Лаборатория Тео Ламмерса.

Фон Даникен включил свет. Лаборатория была увеличенной копией той, которую он прошлой ночью видел в Эрленбахе. В двух противоположных концах стояли чертежные столы, заваленные техническими чертежами и схемами. На полу громоздились коробки всевозможных форм и размеров. По названиям компаний инспектор догадался, что в них электрическое оборудование.

На ближайшей от него стене висел чертеж летательного аппарата. Встав на цыпочки, он изучил спецификации. Длина — два метра. Размах крыльев — четыре с половиной. Это вам не ЛМА. Это серьезная штука. В чертежах он назывался дрон — радиоуправляемый аппарат, который обычно используется для облета вражеских территорий и, если фон Даникен не ошибался, способный при необходимости выпустить ракеты. По спине у него побежали мурашки. В углу чертежа была приколота фотография готового изделия. Размеры его и правда впечатляли. Рядом стоял человек. Темные волосы. Смуглое лицо. Фон Даникен наклонился ближе и разглядел дату. Снимок сделан неделю назад. Перевернув фотографию, инспектор увидел надпись: «Т.Л. и Г.Е.». Т.Л. — это Ламмерс. А кто такой Г.Е.?

— Четыре минуты, — сообщил Крайчек.

Фон Даникен и Майер обменялись понимающими взглядами и продолжили обыск. Майер быстро просматривал коробки, а фон Даникен — бумаги на чертежных столах.

— Две минуты, — произнес Крайчек.

Фон Даникен вспомнил об инициалах в записной книжке Ламмерса — Г.Б. Он снова посмотрел оборотную сторону фотографии: инициалы были не Г.Е., а Г.Б.

Он нашел в своем фотоаппарате снимок страницы из записной книжки и увеличил изображение, чтобы прочесть номер телефона под инициалами Г.Б. Код — 078. Тессин, самый южный кантон Швейцарии, там расположены города Лугано, Локарно и Аскона. Первая серьезная зацепка.

Он заметил стоящего в дверях Кублера. Тот молча подошел к ним, по-прежнему не сводя взгляда с дисплея детектора.

— Гексаген, — сказал он. — Полно гексагена.

Ясно все без объяснений. Гексаген отлично знают в любом контртеррористическом подразделении. Британцы изобрели его еще до Второй мировой войны, но и сейчас это основной компонент во многих типах пластиковой взрывчатки и главное вещество для подрыва заряда во всех видах атомного оружия.

Фон Даникену показалось, что у него открылось второе дыхание: они не зря явились сюда. Дрон, компания, производящая сверхточные навигационные системы, а теперь и пластиковая взрывчатка.

— Но я ничего подозрительного не заметил, — возразил он. — Где она спрятана?

— Сейчас ее здесь нет. Детектор обнаружил только следы, но они совсем свежие.

— Можешь определить, когда ее увезли?

Кублер взглянул на дисплей:

— Согласно данным, в течение предыдущих двадцати четырех часов.

До ужина Ламмерса с Г.Б.

— Шестьдесят секунд, — сообщил Крайчек. — Кар охранника в трех блоках отсюда.

— На выход! — скомандовал фон Даникен, торопливо делая