Я люблю тебя, умри - Аки Накамура

к ее спине была приклеена рукоятка ножа и была установка, что она «мертва». Но реального напряжения тогда не было. Лежа на полу, Ханаби временами реагировала на вопросы Кино, сама двинулась, чтобы выронить из руки ключ, в общем, вела себя так, чтобы создать впечатление, что это фикция. Вспоминая сейчас эту сцену, я бы сказал, что она плохо исполнила роль трупа актрисы Ханаби Мацууры. Нет, конечно, я понимаю, что это была такая постановка. Но у меня было странное ощущение, что ее стиль игры был непоследовательным. После этого Кино сообщил нам правила детективной драмы, и, если мне не изменяет память, примерно когда начались обыски комнаты, Ханаби резко вышла из роли фальшивого трупа и совершенно перестала двигаться, словно была настоящим трупом. Если бы она продолжила, как до этого, то казалось, что она даже бы посмотрела в глаза и улыбнулась во время осмотра.

– Де-действительно, – сказал Агацума.

– Я заподозрил, что это резкое изменение – это метасюжет, в котором использована структура детективной драмы. Может, в момент, когда Ханаби обнаружили, она была жива, а после этого в какой-то момент ее «убили»? Если это так, то загадка запертой комнаты перестанет быть загадкой. Потому что она, будучи живой, закрыла комнату изнутри.

Тогда я подумал о том, что произошло с момента, как мы обнаружили «труп» Ханаби (в детективной драме тоже на данный момент это был фиктивный труп), до того, как мы начали осмотр места преступления. И вспомнил кое-что. Тогда по указанию Кино Нагисако принесла напиток и напоила им Ханаби.

– …Было такое, – сказал Хаимура. – Я помню.

– Тогда помните ли вы, что на бутылке, которую принесла Нагисако, непосредственно маркером, к тому же английскими буквами было написано TONIC WATER? Оглядываясь назад, я могу сказать, что это типичный предмет для такой ситуации. Я тогда, ни о чем не думая, решил, что это тоник… Однако, с другой стороны, меня беспокоила одна маленькая вещь. Буквы на бутылке были написаны очень плохим почерком. Видимо, из-за этого правая крайняя вертикальная линия буквы N и буква I слились и надпись читалась практически как TONC WATER.

– А, я тоже так подумала, – вспоминая, сказала Салли. – А еще с правой стороны буквы N две линии как бы пересеклись, и буква была странной формы…

– Спасибо. Твои показания усилили мою гипотезу. Другими словами, думаю, что на самом деле там было написано TOXIC WATER. Не стоит и говорить, что TOXIC – это яд. Ханаби, которая в момент ее обнаружения еще была жива, когда выпила его, умерла впервые в мире «Верного союза». Я вспоминаю, что Кино, убедившись, что она пьет через трубочку из бутылки, сказал следующее:

«Итак, только что вы стали свидетелями гнусного преступления, и я еще раз спрашиваю у вас всех. Вы должны разгадать две загадки. Кто и как убил Ханаби Мацууру?»

Понятно. Это смелая скрытая линия сюжета. Однако ответ готов. Кто убил Ханаби Мацууру? Нагисако Тэкагами. Как? Напоила ее отравленной водой. Это подлинная картина детективной драмы.

Изумление, восхищение, понимание… на всех лицах отразилась самая разная палитра эмоций, и только лицо Нагисако ничего не выражало.

Я посмотрел прямо на нее и продолжил:

– Мне в итоге не удалось получше узнать продюсера Кино, когда он был жив. Но… сейчас я без тени сомнения убежден в том, что он был твердо привержен честной игре в детективной драме «Верного союза». Я бы даже сказал, что доверяю ему.

«Убийца находится среди участников. Среди всех вас, у кого надета фенечка. Уверяю вас, что это достоверный факт».

Так сказал Кино. Нагисако является убийцей из детективной драмы, а убийца из детективной драмы является участником. Следовательно, Нагисако – участница. Может, пора уже признать это, Нагисако?

От нее по-прежнему нет реакции.

Разве что угол наклона головы стал немного больше. Из-за отражения линз становилось все сложнее увидеть ее глаза за очками, но, похоже, она их закрыла. Она смирилась со своим положением или выражает недовольство? В любом случае я не телепат и не могу этого понять.

– …Ясно. Я так понимаю, возражений нет, поэтому на основании этого расскажу все до конца. Как понятно из процитированных мной только что слов Кино, то, что у участника завязана фенечка, является правилом «Верного союза». Кино старался честно претворять в жизнь детективную драму. Тогда он должен был обязательно завязать фенечку и Нагисако. Думаю, что это была фенечка синего цвета, единственного оставшегося цвета из семи цветов радуги. Однако если ее просто завязать на запястье, то другие люди ее увидят. И тогда не получится сюрприза с седьмым участником. Тогда куда ее завязать? Остается только один вариант – щиколотка.

Наконец-то мы добрались до убийцы Кино. Теперь у нас семь участников. Из них фенечка была завязана на щиколотке – там, куда могла дотянуться рука ползущего Кино, – только у Ханаби и Нагисако. Естественно, так как Ханаби уже умерла, убийцей Кино являешься ты, Нагисако.

Наконец-то все кончено.

Это все, о чем я подумал.

Больше никогда не буду играть роль детектива.

3

Это было долго. Очень долго. Когда я последний раз был таким многословным? У меня в горле пересохло.

Все затаили дыхание и следили за каждым движением Нагисако.

А она просто тихо сидела с закрытыми глазами.

Затем она вздохнула, медленно открыла глаза и заговорила впервые за долгое время:

– Должна сказать, что вы молодец, Сиори. Я и не думала, что с такой необоснованной аргументацией вы сможете поймать меня как убийцу. – Она говорила спокойным тоном, который был неуместен в этой ситуации.

– Ты признаешь, что ты убийца, да?

– Вы такой добрый, Сиори. Могли бы и предъявить доказательство. У вас ведь уже есть догадки?

Я немного замешкался, как лучше ответить.

– Не то чтобы я их проверял.

– Думаю, что вы не ошибаетесь. Попробуйте сказать.

– …На щиколотке должна быть царапина, – коротко сказал я. – Пока мы здесь находимся, ты всегда надевала на низ свободные, длинные вещи, например комбинезон, широкие брюки или мешковатые джинсы. Наверняка это для того, чтобы спрятать фенечку на щиколотке. Самой фенечки там уже нет. Но вместо нее должна быть царапина. Пальцы Кино со всей силы потянули фенечку, поцарапались, что даже кровь пошла. Не может быть такого, чтобы на коже, на которую пришлась такая же сила, ничего не осталось.

Она встала и приподняла штанину на правой ноге с такого места, чтобы было видно всем.

И там действительно была царапина.

Нагисако сказала, что вернется на место.

– То, что вы сказали, Сиори, правда. Нет мне оправдания.

Уже никто