Я люблю тебя, умри - Аки Накамура

то это окажет еще большее влияние на общество, чем попытка самоубийства в прошлом. В таком формате, когда шоу снимается и тут же выпускается, можно совершить убийство прямо на месте, когда выйдут несколько выпусков и шоу привлечет общественное внимание. Это также была идеальная месть самому реалити-шоу.

Нагисако опустила глаза на очки, которые вертела в руках, и тут же вернулась к рассказу.

– В период подготовки, длившийся несколько месяцев, я только и представляла в голове, как их убиваю. Но при этом в действительности тщательно проработанного плана у меня не было… Потому что в принципе общий ход событий детективной драмы и ключевой метатрюк Кино подготовил сам. А я могла лишь высказать свое мнение по другим мелким вопросам так, чтобы мне потом было легче действовать. Чтобы понять, что я могу в таких условиях, я много моделировала и делала предварительную подготовку. Например, рассчитывала слепую зону стационарных камер, думала о том, чтобы отравить Кацуру, который был самым крупным из моих жертв, и, если бы я внезапно напала на него, он мог бы напасть на меня сам.

– …А случаем, – спросила Салли с нервным выражением лица, – поломка корабля группы Б – это не один из пунктов подготовки?..

– Нет, это уже слишком. Это была, скорее, Божья воля. Когда я узнала, что число людей на острове уменьшится больше чем наполовину, я чуть не закричала от радости. То, что нельзя было предсказать, когда к нам присоединится группа Б, было рискованно, но на этапе, когда начались съемки и трансляции, у меня не было другого выбора, кроме как совершить убийство. Я также подстраховалась. Прямо перед тем, как сломать генератор и оборвать связь с землей, я отправила сотрудникам на материке следующее сообщение, сказав, что оно от Кино: «Съемки продвигаются без проблем, поэтому, насколько это возможно, мы будем продолжать снимать тем составом, что сейчас на острове. Группа Б, вам не нужно приезжать, ждите, пока я с вами не свяжусь». Связываться со съемочной группой вместо Кино было обычным делом, поэтому на данном этапе никто ничего не должен был заподозрить. Связь оборвется, поэтому было вопросом времени, когда они заподозрят неладное, но если можно было отрезать Урусидзиму от внешнего мира хотя бы на один или два дня, то оно того стоило. Поначалу я даже представляла, что меня поймают с поличным или что мы с жертвой убьем друг друга. Но по сравнению с этим мне удалось выполнить свою миссию очень гладко. … Правда, в итоге все было раскрыто великим детективом.

И так Нагисако закончила все рассказывать.

По крайней мере, она казалась довольной.

Однако есть кое-что, что я до сих пор не понимаю.

Это неразгаданная загадка.

Единственный оставшийся вопрос.

Нагисако в конце подчеркнула свою расслабленность, но то, что в этот момент тон ее голоса стал слишком театральным, означало, что в глубине души она еще что-то скрывает. Такое у меня было ощущение.

Необходимо попробовать еще раз вывести ее из равновесия.

Я прочистил горло, чтобы привлечь всеобщее внимание.

– Нагисако, ты сказала, что не понимаешь, что такое любовь. Но я думаю, что то, что ты сделала, – это как раз прекрасный пример эгоистичной любви.

Последовала заметная реакция.

На ее лице была тонкая улыбка в форме полумесяца, но Нагисако поджала губы и снова надела очки.

– …Что вы имеете в виду?

– Они не понимали твоих чувств, все шло не так, как ты хотела, поэтому ты больше не могла этого выносить и попыталась заставить их делать то, что ты хочешь. Вот что, по сути, ты сделала. Я прекрасно понимаю твою боль и ненависть… Но только поэтому думать, что твои бесчеловечные поступки – это что-то справедливое и честное, – это нелепое заблуждение, подобное иллюзии любви, которая эгоцентрично вспыхивает и угасает безразлично к другому человеку.

Она намеренно наклонила голову.

– Похоже, вам есть что сказать о любви. Сиори, а у вас на удивление богатый опыт в этом вопросе?

Я не сбавляю темп убеждения.

– …Не уклоняйся от вопроса. Ты могла остановиться. Ты единственная должна была заметить. Что в действительности произошло в той запертой комнате во время первого убийства?

Звук того, как Хаимура проглотил слюну, раздался очень громко.

Осталось только одно несоответствие. Убийство Ханаби в запертой комнате.

И я сейчас пытался его объяснить.

– Я не буду настолько жесток, чтобы заставлять тебя рассказывать все. Я хочу, чтобы ты просто послушала мою интерпретацию и, если в ней будут ошибки, четко на них указала. Нагисако, когда ты душила Ханаби, ты ведь не убедилась как следует в том, что она мертва?

– …Ч-что это значит? – Агацума вращает глазами, словно находится на грани паники.

– Это не сложно, поэтому успокойся и послушай. Другими словами, во время первого убийства Нагисако, видимо, была встревожена и совершила ошибку. Она определенное количество времени сдавливала шею Ханаби, что та перестала двигаться и дышать. Нагисако сказала себе, что убила ее, и скрылась с места преступления. Однако Ханаби лишь временно была в состоянии мнимой смерти и была еще жива. Вскоре она пришла в себя, закрыла комнату на ключ изнутри и сама повесилась. Так воссоздалась ситуация на месте преступления. То есть это была схема так называемого убийства в запертой комнате, которую жертва заперла сама.

На самом деле я и раньше рассматривал такую вероятность. Но такая ситуация ведь кажется немного абсурдной? Ханаби, чудом избежавшая смерти, тут же покончила с собой – я все думал и думал, как это могло произойти, но объяснения не нашел. Однако, когда я услышал твой мотив, Нагисако, я вдруг подумал. Ханаби не узнала тебя в зале для совещаний… но, может, ее наконец озарило в предсмертную минуту, что Нагисако Тэкагами – это Бандо Мирай? Ханаби тоже одна из тех, кого Кино втянул в свою постановку. Мы никогда не узнаем, что она чувствовала, когда убирала с дороги или загоняла в угол кого-то другого в обмен на свой успех в шоу-бизнесе. Но я уверен, что она очень сожалела по поводу того, что произошло на CloСoup. И думаю, что она все это время испытывала чувство вины. И то, что она намеренно повесилась в запертой комнате, чтобы подчеркнуть, что это было самоубийство, было ее способом искупить свою вину.

– Искупить вину… – это все, что повторила Нагисако.

Я прикусил губу так, что из нее пошла кровь.

Я не хотел загонять ее в угол.

Но я подумал, что должен сказать все до конца.

– Нагисако, сопоставив ситуацию на месте преступления в момент, когда ты оттуда ушла,