Зарубежный детектив 2026-19. Книги 1-10 - Грегг Олсен

инсульт и не стеснялся выпивать на работе. Когда полиция получила ордер на розыск, там говорилось, что машина может оказаться в районе Бэк-Бей. «Вот черт, – ворчал Бродерик, – да там тысяч десять таких «Фольксвагенов».

Детектив знал, что ему придется колесить по району весь вечер, поэтому позвонил жене, сказал, что вернется поздно, а потом заехал в местный магазин и купил упаковку пива. Два часа он медленно катался по улицам под проливным дождем, который можно было принять за настоящий ураган. В одной руке он держал банку пива, другой крутил руль. Бродерик пересек Глостер-стрит и направился на запад по Бикон, и тут обнаружил то, что искал: голубой «Фольксваген-Жук» с номером KV-978 Род-Айленд был припаркован перед домом 415 на Бикон-стрит.

Бродерик постучал в дверь квартиры на первом этаже. Из окон выпрыгнули человек двадцать – судя по всему, молодежь решила, что это облава наркополицейских. Из открытых окон валил дым, стоял сильный запах марихуаны. Дверь открыла молодая женщина. Бродерик сказал, что это не облава, ему просто нужно знать, кто хозяин припаркованной перед домом машины. Женщина указала наверх. Дверь была не заперта. Бродерик распахнул ее и обнаружил на диване Винни Бонавири и Кэти Рок. Они занимались сексом.

Бродерик кашлянул:

– Я подожду, пока вы закончите.

Винни и Кэти подскочили на месте и бросились одеваться. Одевшись, Винни сообщил детективу, что это машина его брата, но самого брата он не видел уже несколько дней. Поскольку ордер был выдан на розыск машины, а не на задержание, Бродерик ушел, а рано утром вернулся и продолжил наблюдение. Около полудня из дома вышел высокий, темноволосый, хорошо одетый молодой человек в очках в металлической оправе. Доказательств преступления не было, поэтому Бродерик задерживать Тони не стал, а последовал за ним. Тони сел в «Фольксваген» и поехал в «Чашу пунша» – гей-бар на Стюарт-стрит рядом со старым отелем «Стэтлер» (ныне это Бостон-Парк-Плаза). Бродерику доводилось бывать здесь и прежде.

Как и в Провинстауне, в конце шестидесятых в Бостоне ночных гей-клубов хватало с избытком. Существовали целые кварталы, где бары обслуживали исключительно геев и лесбиянок. «Чаша пунша» была именно таким баром. Каждый год здесь проводили «Бал изящных искусств»: мужчины наряжались в шифоновые платья, а женщины – во фраки и смокинги. Но, в отличие от Провинстауна, в Бостоне Тони мог посещать подобные заведения анонимно. Примерно через час Тони вышел из бара один и вернулся на Бикон-стрит. Бродерик продолжал наблюдение. В тот же вечер он увидел, как Тони снова выходит из здания. Бродерик снова проследил его до «Чаши пунша». На сей раз он зашел внутрь и сел через три стола от Тони. Он видел, как Тони «заигрывает с парнями, заводит их. Но он всегда уходил в одиночку»[203].

На следующее утро машина и ее хозяин исчезли. Судя по отчету Бродерика, в ордере на розыск автомобиля не говорилось, что машина принадлежала двум пропавшим девушкам из Род-Айленда. Инструкций на задержание водителя также не было. Кроме того, сообщение о том, что машина была обнаружена в Бостоне, не поступило в полицию Провиденса и Провинстауна, и розыски в Кейп-Коде продолжались.

В тот же день Расселл Нортон присутствовал на заседании студенческого союза колледжа Род-Айленда. Нортон был приятелем Мэри Энн. Две недели назад он автостопом добрался до Провинстауна, чтобы встретиться там с девушками, но не сумел их найти. Они договаривались встретиться в «Кубрике», но девушки там так и не появились. 6 февраля он краем уха услышал, что один из участников заседания в Провинстауне встретил двух девушек из Провиденса. Нортон кинулся к телефону-автомату и позвонил Бобу Тербиди. Тербиди вернулся из Калифорнии в четверг, 30 января. Он в тот же день отправился в Провинстаун и обошел все гостиницы и мотели, расспрашивая о двух девушках. Гостевой дом на Стэндиш-стрит он счел закрытым и проехал мимо. Он поговорил даже с начальником полиции Маршаллом, но тот лишь закатывал глаза, считая волнение молодого человека чрезмерным. Начальник полиции заверил, что девушки скоро вернутся. Девушки часто сбегают из дома, а потом возвращаются.

Но когда Тербиди снова позвонил 6 февраля и сообщил, что девушки снимали комнаты в доме номер 5 по Стэндиш-стрит, Маршалл и сержант Джимми Мидс напряглись.

Мидс позвонил Патриции Мортон, и та подтвердила, что девушки приехали 24 января, в пятницу, и планировали пробыть в Провинстауне до воскресенья. Она не видела, как они уезжали. Они оставили записку – миссис Мортон обнаружила ее утром в воскресенье. Кроме того, она сообщила, что видела на дверце шкафа в их номере другую записку, где некий Тони Коста просил их подвезти его в Труро.

«Чертов Тони Коста, – подумал Мидс. – От этого парня сплошные проблемы». Имя его не раз звучало в стенах полицейского участка. Каллис обвинил его во взломе медицинского кабинета и ограблении. Хозяин лесопилки в Мэне подозревал его в краже дорогостоящих инструментов. Его же обвиняли в ограблении нескольких аптек в Провинстауне. Еще один магазин сообщал о пропаже телевизора и стереосистемы, причем замок был вскрыт безукоризненно. Вот черт! Мидс давно знал Тони и всю его семью. Когда Тони помог полиции задержать ван Уттера, Мидс помог парню выбраться из тюрьмы после того, как его посадили за невыплату алиментов. Мидс с неохотой позвонил Сесилии и сказал, что ему нужно поговорить с Тони о двух пропавших девушках, которые жили с ним в одном гостевом доме.

– У моего Тони проблемы? – спросила Сесилия.

Мидс ее успокоил, сказал, что всего лишь хочет узнать, нет ли у Тони какой-то информации о местонахождении девушек.

Мидс не знал, что голубой «Фольксваген» видели в Труро и Бостоне, поэтому он поручил патрульному Джеймсу Куку снова пуститься на розыски автомобиля. Может быть, машина сломалась, и девушки ее бросили. Выезжая из Провинстауна по трассе 6, Кук заметил на обочине дороги машину начальника полиции Беррио, остановился рядом и опустил стекло.

Глава 44

Лайза

Зимой в Вест-Бриджуотере всегда было одиноко. Мы втроем – мама, Луиза и я – сидели в маленьком домике. Я скучала по свободе и веселью Провинстауна. Я скучала и по Тексу: после того, как мама заставила меня вернуть ему кольцо с рубином, он исчез из моей жизни. Я периодически видела, как он выходит из семейной машины или садится в нее, но он никогда не смотрел на наш дом. Со временем я тоже перестала смотреть на дом соседей.

С осени, когда мы уехали из Кейп-Кода, я страшно нервничала, сильнее, чем обычно. Экзема с пальцев перекинулась на