"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

Он очнулся и открыл глаза. «Не сейчас, — сказал он себе. — Я еще не готов к переходу».

Приготовив нож и пропитанную спиртом марлевую салфетку, он нащупал пулю и приставил к этому месту лезвие; волевым усилием на мгновение унял дрожь и, сделав резким движением разрез, вытащил пулю, затем приложил салфетку. Спирт обжег словно огнем.

Призрак сел на кровать и заставил себя выпить чаю. Он оставался в постели три часа, не прекращая свою борьбу с ядом. Наконец судорожная дрожь прошла, дыхание пришло в норму. Это сражение он выиграл. Он будет жить, но победа отняла все силы — и душевные, и физические.

Но даже в таком состоянии он не мог позволить себе уснуть. Смыв под душем кровь и обсохнув, он установил на подоконнике свой алтарь, состоявший из веточек смоковницы, горсти земли с фермы, где он жил с родителями, и нескольких капель воды из святого истока реки Гуарано. Он молился Анау, богу подземного мира, и Какочу, Создателю, и просил, чтобы ему позволили найти и убить человека, избежавшего сегодня своей смерти. Закончив, он окропил водой изножье кровати для защиты от злых духов.

И только тогда Призрак заполз на постель.

Во сне голос предупредил его, что никогда он больше не увидит свой дом и что не он убьет американца, а Рэнсом убьет его. Голос умолял его начать свою собственную жизнь прямо сейчас. Это Анау соблазнял его миром теней. Призрак смеялся во сне, показывая Анау, что не обращает на него никакого внимания.

На рассвете он проснулся с одним-единственным желанием.

Убить Рэнсома.

45

К десяти часам утра оперативная группа открыла счет своим победам.

Фон Даникен выяснил, что Блитц вел финансовые дела через «Банко популаре делла Тичино». В течение часа ему выдали копии всех операций со счетами — депозиты, снятия, выплаты, переводы со счета и на счет. Также он узнал, что вилла «Принчипесса» была не арендована, как предполагалось вначале, а куплена два года назад за три миллиона франков призрачным инвестиционным фондом, зарегистрированным на Кюрасао. Все документы оформлены через доверенное лицо в Лихтенштейне. Фон Даникен отправил пару человек в Вадуц, столицу этого крохотного горного княжества, для беседы с агентами, проводившими сделку.

Майер тоже прибыл с уловом в виде списка из двенадцати номеров, на которые регулярно звонили оба — и Блитц, и Ламмерс. Несколько номеров принадлежали концернам, с которыми вела дела «Роботика». В сознании фон Даникена снова вспыхнуло слово «дрон». Компаниям выслали судебные повестки, чтобы заставить их выдать имена абонентов. Другие номера принадлежали иностранным телекомам, предоставляющим услуги мобильной связи. Необходимо будет связаться с консульствами Франции, Испании и Голландии (к счастью, не Германии), чтобы те посодействовали получить доступ к записям.

Крайчек еще не вернулся из Цюриха, где он встречался с информаторами, и о результатах пока не доложил.

Только у Харденберга вид был расстроенный. В поисках микроавтобуса он продвинулся только до списка из восемнадцати тысяч шестисот пятидесяти четырех владельцев микроавтобусов «фольксваген» на территории Швейцарии. Сейчас он ждал ответа от компании по аренде автомобилей и полиции кантона об украденных машинах, подпадающих под описание.

— А ИСВБ? — спросил фон Даникен, присаживаясь на край стола.

— Я послал запрос: белый микроавтобус «фольксваген» со швейцарскими номерами. Посмотрим, что ответят.

— Для начала сосредоточьтесь на Германии.

— Уже. Первым в моем списке идет Лейпциг, затем все немецкие города в радиусе пятидесяти километров от границы. Может, что-то и получится.

Занесение в каталог документов и поддержание базы данных по частным лицам, представляющим интерес для правительства, составляют только одну часть системы ИСВБ. Другая получает информацию с сотен тысяч камер наблюдения, расположенных по всей Европе. Ежеминутно эти камеры делают моментальные снимки машин и людей, которые, ни о чем не подозревая, попадают в поле зрения их объективов. Номера всех сфотографированных автомобилей автоматически заносятся в базу данных, к которой имеют доступ разведслужбы более тридцати стран. Что-то вроде «криминального Интернета». В каждой стране номера из этой базы данных сверяются с номерами заявленных в угон или чем-то подозрительных транспортных средств. По всей Европе постоянно передаются сообщения вроде: «Машина, угнанная в Испании, замечена в Париже» или «Грузовик, проходящий по делу об ограблении ювелирного магазина в Ницце, видели в Риме». Вот такая полиция без полицейских, и результатом этой работы каждый год являются тысячи арестов.

Оборотная сторона этого процесса — ужасно медленный поиск. При таком количестве фотографий (миллионы в день) невозможно рассчитывать на результаты «в реальном времени».

— Ладно, продолжайте. Как только что-нибудь прояснится, дайте мне знать. Мой номер у вас есть.

Харденберг кивнул и вернулся к работе.

Довольный тем, что все так удачно началось, фон Даникен спустился в лифте на первый этаж и вышел из здания. Сев в машину, он направился к автобану, а там выехал на дорогу А1 в сторону Женевы. Если он хотел попасть к полудню в штаб-квартиру Всемирной организации здравоохранения, ему следовало поторопиться.

46

Гостиница «Россли» находилась через дорогу от заводских ворот «Цуг индустриверк» и являла собой старомодное семейное заведение с паркетным полом и бесчисленными оленьими рогами на обшитых сосновыми панелями стенах. В полдень в центральном обеденном зале было жарко, душно и многолюдно.

Джонатан шел между столами, замечая изобилие синих рабочих курток с названием компании, вышитым готическим шрифтом на левом нагрудном кармане. То же название — «ЦИВ» — и тем же шрифтом было написано и на пропусках, которые болтались на шее чуть ли не каждого посетителя. Определенно гостиница «Россли» составляла успешную конкуренцию заводскому кафетерию.

В баре было не так много народа. Посетители сидели за кружкой пива и ланчем. Увидев у стойки несколько свободных стульев, Джонатан забрался на один из них, рядом с бородатым мужчиной, чей огромный живот и испещренный венами нос выдавали пристрастие к алкоголю. Как и у других сотрудников компании, у него на шее на голубом шнурке висел белый пропуск. У Джонатана было тридцать минут, чтобы прибрать его к рукам.

Он принялся изучать меню, чувствуя, что мужчина его разглядывает. Телевизор в углу под потолком беззвучно показывал новости. Не смотреть на экран было почти невозможно. Джонатан заказал суп и пиво и стал дожидаться подходящего момента.

Он приехал в Цуг в одиннадцать утра, провел ночь на заднем сиденье своей машины на стоянке у автосалона «Мерседес-Бенц» в пригороде Берна. Первый отдых за тридцать шесть часов, и поэтому он проспал даже дольше, чем обычно, но, по