Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

— Чья же еще? — тихо пробормотал Герлах, но больше ничего не сказал. Видимо, он смотрел на это совсем иначе, чем его жена.

— Что они собираются с нами сделать? — спросила наконец Ясмин.

— Я не знаю, — признался он. — Я даже не знаю, они ли за этим стоят.

— Кто еще это может быть? — спросила Ясмин, но не получила ответа. Все, что рассказал Герлах, звучало правдоподобно и сходилось — но не объясняло странного поведения Бена. И внезапно Ясмин почувствовала себя виноватой, потому что они шпионили за Герлахом. — Мы с Хэтти установили камеру в автодоме, — внезапно призналась она.

— Что вы сделали?! — воскликнула Кристина.

— Мы думали, что вы торгуете детской порнографией, — смиренно призналась Ясмин, — и еще фотографируете Бена.

— О боже! — воскликнул Герлах.

— Мы хотели поймать вас на месте преступления. Мне очень жаль… но в этом есть и плюс, — быстро добавила Ясмин, — потому что камера записала, наверное, и наше похищение — и Хэтти обязательно позаботится о том, чтобы полиция увидела запись. Мой отец мог бы…

— Вы снимали на камеру то, что происходило внутри автодома? — спросила Кристина. — Сегодня вечером? — Ее голос внезапно зазвучал истерично.

— Да.

— Все?

— Да, с инфракрасной камерой и датчиком движения.

— Я не могу в это поверить, вы с ума сошли? — Кристина была вне себя.

— Успокойся, дорогая! — вмешался Герлах. — Девочки хотели только добра.

— Мне плевать! Они вторглись в мою частную жизнь!

— Но это может дать полиции зацепку о похитителях, — попытался успокоить ее Герлах.

— Хэтти передаст видео следователям, — согласилась Ясмин, после чего Кристина тяжело вздохнула, но промолчала.

— Нам не стоит больше об этом говорить, — прошептал Герлах, — на всякий случай, если они нас все-таки прослушивают… и спасибо, что так открыто все рассказала. Я тебя не виню — на твоем месте я бы, наверное, действовал так же.

Они замолчали. Ясмин думала о Хэтти. Конечно, она уже позвонила в полицию. Внезапно Ясмин бросило в жар, затем в холод. Хэтти! Похитители наверняка решили, что она Хэтти, и забрали ее по ошибке. Они не знали, что она приехала в кемпинг с семьей Герлаха.

Ей нужно немедленно объяснить это первому же похитителю, которого она увидит, и сказать, что они ошиблись.

«Минутку! — Она задумалась. — А потом? Они тебя ни за что не отпустят. Возможно, станет только хуже! Ты дочь полицейского!»

Вероятно, она еще могла представлять для похитителей какую-то ценность как Хэтти — но вряд ли как Ясмин Пуласки. Наоборот. Так как она была дочерью следователя, похитители могли испугаться, немедленно ее убить и закопать тело где-нибудь в лесу.

Ясмин начало подташнивать. Она почувствовала, как ужин поднимается к горлу.

«Твой единственный шанс выжить в ближайшие несколько часов — сыграть роль Хэтти и сделать это убедительно».

Внешне они действительно выглядели немного похоже. И в ту ночь, под дождем и при вспышках молний, когда они с Герлахом шли к кемперу, похитители вполне могли ошибиться.

«Ты Хэтти!» — сказала она себе.

Она согнула руки за спиной так, что металл врезался в запястья, и дотянулась до кошелька в заднем кармане джинсов. Медленно достала его, сосредоточилась, ощупала содержимое и, наконец, вытащила свое удостоверение личности. Затем нащупала свою кредитную карту и новенькое удостоверение донора крови Красного Креста. «Где-нибудь еще есть твое имя?» У нее не было водительских прав, а мобильный телефон у нее отобрали сразу после похищения и выбросили на грязную лужайку. Больше ничего не указывало на ее настоящую личность.

Она собрала три пластиковые карточки и с трудом запихнула кошелек обратно в джинсы.

Герлах подвинулся вперед настолько, насколько мог, и прошептал ей на ухо:

— Что ты делаешь, Ясмин?

— Кто такая Ясмин? — спросила она, засовывая карточки в щель между подушками сиденья.

Глава 56

Дорога до Висбадена была долгой. Пуласки припарковал свою «шкоду» на железнодорожном вокзале Дрездена, и они с Марком пытались спать в поезде. Мийю же, наоборот, все это время смотрела в окно, играла с шариковой ручкой и, вероятно, считала проносящиеся мимо электрические опоры, решала математические задачи или составляла анаграммы из названий станций, через которые они проезжали. Снейдер выпил в вагоне-ресторане две чашки крепкого кофе, работал на ноутбуке и остальное время разговаривал по телефону. О сне он даже не думал.

На вокзале Франкфурта их дороги наконец разошлись, он и Пуласки продолжили путь на такси. В половине третьего ночи такси высадило их перед контейнерным домом Кшиштофа на берегу реки. Небо над Висбаденом было безоблачным и звездным, а воздух прохладным. Снейдер вытащил свой чемодан-кофр из машины, расплатился с таксистом и пошел вперед. В лунном свете он нашел входную дверь и поставил возле нее чемодан. Ключ, как всегда, лежал под ковриком.

Пуласки вслед за Снейдером вошел в бывший дом паромщика.

— Значит, этот Кшиштоф жил здесь? — спросил он. — Не «Хилтон».

Снейдер включил свет в гостиной. Мусорные мешки все еще стояли прислоненными к стене, как он их и оставил.

Пуласки последовал за ним.

— Снейдер, зачем мы здесь? Я устал как собака. И скажите наконец, почему вы считаете, что за похищением стоит группа особых специалистов? — Он зевнул, не прикрывая рот рукой. — Не только ведь из-за этого дурацкого объявления? Оно может означать что угодно!

— Верно, но есть еще кое-что, чего вы не знаете. — Снейдер разорвал мусорный мешок, который он использовал для сбора макулатуры, и разбросал его содержимое по полу.

Пуласки уставился на гору.

— Я знаю вас не так давно, но иногда у меня возникают серьезные сомнения относительно вашего психического состояния. Что мы здесь делаем?

Снейдер не ответил. Он опустился на колени и принялся разгребать кучу руками.

— Мою дочь похитили в Лейпциге, а мы роемся в кипе газет в Висбадене?

— Вы могли бы мне помочь.

— С оригами?

— Я ищу календарь-ежедневник.

— Календарь-ежедневник? — Пуласки засунул руки в карманы, затем достал свой ингалятор от астмы и вдохнул. — Я сыт по горло, — прохрипел он. — Возможно, не стоило вам доверять.

— Ради бога, вы можете заткнуться на секунду? — Снейдер наконец нашел блокнот. Он соскользнул в журнал о татуировках. Теперь он поднял его. — Это наследство Кшиштофа. Что-то вроде дневника с записями о его криминальном прошлом до того, как он попал в тюрьму. — Он сел на диван и достал из футляра очки для чтения.

— И мы сейчас будем это читать?

— Верно. Идите сюда и переводите.

Пуласки неохотно присел на диван рядом со Снейдером.

— И почему он это написал?

— Понятия не имею.

Ежедневник лежал перед ними на журнальном столике.