Тогда и только тогда, когда снег белый - Лу Цюча

– Учительница права. В наше время, если тебя подозревают, нужно сразу же во всем признаться. Я не собираюсь оказывать сопротивление. Так или иначе, вам необходимо связаться с офицером Хуном и направить полицию по нужному следу, улики, указывающие на меня, найти будет несложно. Как ни крути, приходится признаться. Я приложила все усилия для того, чтобы отвести от себя подозрения, а в результате все равно вся правда вышла наружу. Ничего не поделаешь. В конце концов, я всего лишь человек, совсем бесталанный, совсем неодаренный, совсем не…

На середине ее речи Чжэн Фэнши прервал ее, нанеся хук в левую скулу. Удар был тяжелым, из уголка ее рта потекла кровь, на несколько секунд она потеряла сознание. Чжэн Фэнши отпустил ее воротник, и Фэн Лукуй упала на землю. Она не сразу встала на ноги, а опершись руками, села.

– Не беспокойся. В данных обстоятельствах я уже не смогу сообщить о твоем поступке руководству школы. Гу Цяньцянь, учительница Яо и все остальные прикроют тебя. Вы все сейчас в безопасности. Я…

– Нет. – Чжэн Фэнши помог ей подняться. – Мы вернемся в школу и расскажем всю правду обо всем. В свою очередь, я надеюсь, что ты тоже придешь с повинной.

В это время до сих пор молчавшая Гу Цяньцянь заговорила. В ее голосе звучали скорбь и горечь, однако он не дрожал. Казалось, она была полна решимости.

– Ты пойдешь и сдашься властям. Я пойду с тобой.

4

Неловкое молчание длилось до тех пор, пока обе девушки не покинули территорию школы. Фэн Лукуй предложила пойти пешком, что означало, им придется идти по сильному морозу минут сорок. Однако Гу Цяньцянь весьма охотно согласилась. У них почти не осталось времени, чтобы побыть вдвоем.

– Можешь исполнить еще одну мою просьбу? Пусть даже она будет последней, – обратилась к ней Фэн Лукуй. – Я хочу потренироваться, чтобы не нервничать и не наговорить лишнего. Можешь сыграть полицейского?

– Я не знаю, как себя вести. Как бы отреагировал полицейский, узнав, что его самый близкий друг – убийца? Не могу себе представить.

– Не волнуйся. Просто послушай, как я болтаю обо всем, в том числе о мелочах. Если у тебя появятся вопросы по ходу моей исповеди, то сразу задавай.

– В таком случае я могу пригодиться.

– Тогда начнем. – Фэн Лукуй глубоко вдохнула холодный воздух и закашлялась. – Как таковой причины убивать У Гуань у меня на самом деле не было. Просто мне выпала возможность совершить идеальное преступление, и я не захотела ее упускать. В тот вечер, когда я отвезла учительницу Яо на станцию, она предложила на следующее утро вместе пойти в школу и посмотреть на заснеженный задний двор. Она думала, что это даст мне более ясное представление об обстоятельствах того дня, когда было обнаружено тело Тан Ли. Честно говоря, я устала от детективных игр и потеряла всякую надежду разгадать тайну убийства пятилетней давности. Но я не стала отказываться, потому что подумала о розыгрыше, который повергнет в шок любительницу детективных романов учительницу Яо. Чжэн Фэнши рассматривал возможность использовать леску для удержания дверного засова, но, к сожалению, после нескольких попыток все провалилось. Это случилось из-за отсутствия щели между запором и ответной планкой, через которую можно было бы продеть леску. Но мне пришла в голову идея, как осуществить трюк с «запертой комнатой», хотя этот метод не применим к событиям пятилетней давности: вместо того чтобы связывать засов леской, можно использовать ее в качестве замены засова, то есть нужно сначала сломать задвижку и бросить его на землю, затем продеть леску через ответную планку, натянуть ее и зафиксировать дверь.

Таким образом, чтобы разыграть Яо Шухань, я направилась в школу после того, как мы расстались. Весьма удачно, что в это время у двенадцатиклассников заканчивалось время вечерней самоподготовки: я очень просто проникла в школу. В административном корпусе я сначала наведалась в комнату ученического совета, взяла там леску и ключ от склада. Затем спустилась на первый этаж, заперла дверь снаружи, вернулась внутрь и, сильно толкнув дверь, сломала засов. После этого я продела одну нить через петлю, затем оба конца нити протянула через отверстие в окне в кладовую. Вновь оказавшись в административном корпусе, я открыла дверь кладовой, пропустила один конец лески под гантелью, а другой – сверху, связав их вместе. Так я смогла зафиксировать леску с помощью утяжелителя и регулировать ее натяжение, перемещая гантель. Когда леска была натянута, запертая комната была готова.

Я затворила дверь, вернула моток и ключи в комнату ученического совета и отправилась домой. Так как шел снег, следов не осталось, хотя я несколько раз проходила туда и обратно. Я проделала все это, чтобы показать учительнице Яо фокус, в котором один из предметов помещается в запертую комнату. Мой первоначальный план заключался в том, чтобы на следующее утро сначала попросить у нее какой-то предмет – например, ее телефон – и заставить ее подождать снаружи, а затем, переместив гантель, ослабить натяжение лески, чуть-чуть приоткрыть дверь, положить телефон внутрь, а затем вновь натянуть леску и позвать учительницу Яо. Она, тихонько открывая дверь, могла бы подумать, что снаружи заперто, а я бы затем сильно толкнула створку, заставив ее поверить, что засов был сломан. Когда дверь откроется, она увидит свой телефон. Она пошла бы забрать его, я бы аккуратно убрала леску. На улице не осталось бы следов, и она бы ошибочно предположила, что дверь была заперта снаружи, так что все выглядело бы как закрытая комната. Это был мой первоначальный план, всего лишь фокус, и я не хотела никого убивать.

Вернувшись домой, я поболтала с тобой, упомянув о слухах об У Гуань. Увидев, как ты расстроилась, я решила поговорить с ней.

– Как ты с ней связалась? Я слышала, что полиция не нашла историю звонков в ее мобильном телефоне…

– Я не связывалась с ней, потому что знала, где она живет, – объяснила Фэн Лукуй. – Вообще-то, мы живем рядом и встретились в магазинчике в окрестностях. В тот момент она не была с мужчиной – вероятно, только что проводила его. На обратном пути она показала мне дом, в котором живет, и сообщила номер квартиры. Похоже, она мне доверяла. Конечно, была вероятность, что она просто пытается расположить меня к себе и тем самым изолировать от общения