Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Когда той ночью вы сюда вошли, воспользовавшись ключом от вашей двери, вы не стали зажигать свет?

– Нет, – осторожно признался дядя Уильям.

– Что на самом деле здесь произошло? – задал прямой вопрос мистер Кэмпион.

Дядя Уильям стал беспокойно озираться.

– Даю слово: ничего из открытого не выйдет за пределы этой комнаты, сэр, – поспешил успокоить его инспектор Оутс.

К сожалению, дяде Уильяму было свойственно перетягивать одеяло на себя, и он повел себя так, словно это он милостиво снисходил до признания полицейскому, а не инспектор делал ему необычайно щедрую уступку.

– Это правильно, – кивнул он. – Кэмпион, мальчик мой, по правде говоря, у меня в тот вечер были сильно взвинчены нервы. Надеюсь, вы помните. А когда у человека взвинчены нервы, ему нужно выпить. Помню, я даже что-то сказал вам про это, прежде чем лечь спать.

– Да, – коротко ответил Кэмпион, тактично не став напоминать ему точный смысл его слов.

– Отлично, – кивнул дядя Уильям и сделал небольшую паузу, обдумывая, как лучше приступить к изложению более деликатных сторон своей истории. – Раздевшись, я понял: мне обязательно надо глотнуть на ночь. Графинчик внизу был пуст, это я помнил. Мне не хотелось бродить по дому и будить других. Думаю, это вам нетрудно понять. А потом я вдруг вспомнил, что мой братец Эндрю – между нами говоря, он был пьяницей – так вот, я вспомнил, что у него в комнате есть несколько книжек с секретом. – Дядя Уильям указал на книжный стеллаж перед ним. – Их привезли из Америки. Удобные такие книжечки, куда можно запрятать сигареты, фляжку и еще много чего.

Он замолчал, довольный вниманием других. Все слушали его затаив дыхание.

– Мне припомнилось, – продолжил он, – что в той большой коричневой книге Эндрю хранил фляжку с бренди. Надеюсь, вы понимаете. Внешне эта штучка выглядит как книга, а на самом деле внутри тайник. Наверное, у Эндрю во фляжке что-то осталось, подумал я. Так почему бы не взять? Ему, бедняге, бренди уже не понадобится. Мой ключ подходит к его двери. Пойду и возьму. Тихо открыл дверь, тихо вошел. Свет зажигать не стал, чтобы не привлекать внимание полицейских в штатском. Я так понимаю, они дежурили в ту ночь. Хоть шторы и плотные, но щелку света снаружи всегда видно.

Дядя Уильям с вызовом посмотрел на слушателей, приготовившись увидеть их улыбки, но никто не улыбался. Всех очень интересовало продолжение истории.

– Значит, вы пришли сюда, свет зажигать не стали и впотьмах направились к стеллажу? – уточнил Кэмпион.

– Да, – кивнул дядя Уильям. – Я думал, что эту книжицу найду и ощупью. Я же знал, где она стоит. И я тихонечко двинулся к стеллажу.

Он продемонстрировал слушателям свою походку, осторожно приблизившись к стеллажу, но футах в двух остановился и повернулся к ним.

– Не знаю, что тогда приключилось, – вновь заговорил дядя Уильям. – В этом-то и беда. Я уже говорил Кэмпиону: мне за всю жизнь не понять, что со мной произошло. Я думал, что в комнате пусто, но, когда протянул руку, меня кто-то схватил. Представляете мое состояние? В полной темноте, один на один со злоумышленником. Должен признаться: я не стал искушать судьбу и отступил. Вышел, запер дверь на ключ, думая, что теперь злоумышленник никуда не денется. А потом случилась эта история с пролитым йодом. На следующее утро я заглянул сюда и убедился, что комната пуста. И тогда я решил, что на меня напал кот, – вяло закончил он и тут же добавил: – Я не верю в сверхъестественные штучки.

– Сэр, а при свете дня вы попытались добраться до спрятанного виски? – спросил инспектор Оутс.

– Нет, – ответил дядя Уильям. – Благоразумие меня удержало. И там было не виски, а бренди. Наверняка и сейчас там.

«Книжка с секретом», озаглавленная «Очерки де Квинси»[23], находилась в самом конце нижней полки. Имя автора едва просматривалось под кожаной оборкой. Дядя Уильям нагнулся, его мясистые пальцы потянулись к хранилищу бренди, но, когда до переплета им оставался какой-то дюйм, худая рука мистера Кэмпиона схватила его за запястье и отбросила его руку вверх.

– Станислаус, подойди сюда, – махнул Кэмпион инспектору.

Дядя Уильям, от изумления и раздражения потерявший дар речи, смотрел, как они оба нагнулись к полке. Кэмпион ухватился за кожаную оборку и рванул ее в сторону. Кожа была старой и легко порвалась, упав на пол и вызвав возгласы удивления. Кэмпион с гордостью охотника показал свой трофей.

– Не правда ли, просто? – спросил он. – Почти детская уловка, но, как оказалось, очень эффективная.

В нижнюю поверхность полки, находящейся ярусом выше, было вделано небольшое и острое, как бритва, лезвие перочинного ножа, которое пряталось за оборкой. Ловушка размещалась таким образом, что всякий, протянувший руку за книгой, должен был поранить себе тыльную сторону кисти.

– Осторожнее, – резким тоном предостерег Кэмпион врача, готового дотронуться до лезвия. – Эту штучку, сэр, нужно передать в лабораторию на анализ. Думаю, на лезвии еще остались следы щелочного яда. Предполагалось, что мистер Фарадей наведается к тайнику раньше, чем он это сделал. Тогда отрава, нанесенная на лезвие, подействовала бы на него сильнее. А так соприкосновение с воздухом ослабило действие бацилл или еще чего-то.

– Серьезно?! – воскликнул дядя Уильям. – Кто-то поставил для меня ловушку? Боже милостивый, эта штука могла меня убить!

– Не сомневаюсь, что злоумышленник на это и рассчитывал, сэр, – сдержанно подтвердил инспектор Редгрейв.

Маркус, который до сих пор воспринимал происходящее как кошмарный сон, вдруг почувствовал, что проснулся. Глаза у него медленно открылись.

– Значит, убийца мертв? – хрипло спросил он.

– Конечно, Джордж мертв! – торжествующе воскликнул дядя Уильям.

– Нет, не Джордж, – возразил мистер Кэмпион, как-то странно глядя на дядю Уильяма. – Эндрю. Эндрю умер и всем нам оставил свое наследство.

Глава 24

Аудиенция

Бабушка Фарадей, восседавшая среди подушек на своей громадной кровати эпохи Людовика XV в ночном чепце, расшитом брюссельскими кружевами, и розовом стеганом халате, вполне могла сойти за первоначальную владелицу этого спального атрибута. Как всегда, она держала спину безупречно прямой, а ее руки покоились на вышитом покрывале.

Мистер Кэмпион стоял у изножья кровати. Он сделал все, чтобы привести себя в порядок, однако по-прежнему выглядел смертельно уставшим и, разумеется, никоим образом не мог скрыть синяк под глазом.

– Эндрю… – вымолвила миссис Фарадей. – Как непостижимо. И в то же время до чего похоже на него. Садитесь, молодой человек, и рассказывайте.

С другого конца спальни Кэмпион принес позолоченный стульчик и сел, глядя на старушку. Миссис Фарадей поманила его