В сумерках моря - Вадим Юрьевич Панов

– Ты действительно считаешь, что Алину Пожарскую убили?

– До получения результатов экспертизы мы можем лишь строить предположения, – рассудительно ответил Тихомиров. – Что же касается моего личного мнения, то я не верю в совпадения. Парней Цезаря обнаружил Жёлтый, любовник Пожарской, соответственно, можно предположить, что во время двойного убийства Пожарская могла находиться поблизости и что-нибудь увидеть.

– Убийцу? – быстро спросил Яковлев.

– Учитывая, что вскоре после преступления Пожарская отправилась в другой город и умерла при подозрительных обстоятельствах, можно предположить, что да – она видела убийцу.

– Умерла… – Грушин припомнил детали только что состоявшегося доклада. – Ты сказал, что Пожарская была наркоманкой?

– Так точно.

– И умерла от передоза?

– Так точно.

– Что же подозрительного ты здесь увидел?

– Географию, – молниеносно произнёс готовый к ответу майор. – Пожарская отправилась в город, куда переехал Феликс Чащин, я рассказывал о нём на прошлом докладе.

– Внезапно сорвавшийся с места торговец хот-догами?

– Есть подозрение, что Чащин замешан в наркотрафике, – напомнил Тихомиров.

Грушин и Яковлев переглянулись, после чего следователь предложил:

– Давай по порядку. – И сам же продолжил: – Итак, тебя не устраивает версия, согласно которой Алина Пожарская поругалась со своим Жёлтым любовником, собрала вещи и уехала, как можно предположить, к другому любовнику. Парочка воссоединилась, решила это отпраздновать, но не рассчитали дозу, после чего Пожарскую обнаружили плавающей лицом вниз.

– Я жду результатов экспертизы, – напомнил Тихомиров. – Если не будет ничего сомнительного, эта версия станет единственной, и я забуду о смерти Пожарской.

– То есть поверишь в совпадение? – уточнил Яковлев.

– Ничего другого не останется, – развёл руками майор.

– Хорошо.

Следователь жестом показал, что Тихомиров может возвращаться к своей версии, но Грушин этого не позволил:

– Твоя оценка: у нас назревает война банд или нет?

Дерзкое убийство двух боевиков Цезаря, за которым пока – пока! – не последовало ответных действий, переполошило республиканские правоохранительные органы. Никому не хотелось стать «тем самым офицером, который проспал назревающий конфликт», и более важного вопроса на повестке дня в настоящий момент попросту не было.

– Никто не воюет в сезон, – коротко ответил Тихомиров.

– Это так, но обстоятельства указывают на то, что они могут не выдержать. – Грушин в упор посмотрел на майора. – Я прав?

– В определённой степени.

– Будет война? – Теперь к вопросу присоединился Яковлев.

– В настоящий момент я не могу ответить, но, по ощущениям, Читер и Цезарь проводят собственное расследование, поскольку не до конца уверены в том, что их людей завалили по приказу Кимиева.

– Какие могут быть сомнения? – удивился Грушин.

– В обычной ситуации убийство Тюленя и Жорика стало бы началом горячей фазы войны, – объяснил Тихомиров. – Но если предположить, что за двойным убийством стоит Кимиев, то он, получается, ничего больше не сделал: не начал отстрел других боевиков, не попытался прикончить Читера или самого Цезаря, не атаковал точки – ничего. То есть Кимиев приказал убить Тюленя и Жорика только ради того, чтобы убить Тюленя и Жорика, после чего полностью отдал инициативу Цезарю. К тому же ходят слухи, что двойное убийство стало для Кимиева такой же неожиданностью, как и для Цезаря.

– Кто же убийца?

– Я его ищу, – кротко напомнил майор.

– А как с этим связана Алина Пожарская? – поинтересовался Яковлев.

– Только географией: она умерла неподалёку от Утёса, где в настоящий момент проживает Феликс Анатольевич Чащин, – ответил следователю Тихомиров. – Я считаю, что Чащин находится в центре всех последних событий в криминальном мире Крыма: и тех, о которых мы знаем, и тех, о которых нам ничего не известно. Именно с появлением Чащина у бандитов началось бурление.

– Что мы о нём знаем? – спросил следователь, который до сих пор не особенно интересовался упомянутым Тихомировым человеком.

– Официально – мелкий бизнесмен, владелец передвижной закусочной по торговле хот-догами. Несколько дней торговал на пляже, который контролируют ребята Цезаря.

– Только торговал? – переспросил Яковлев. – И только хот-догами?

– Только торговал и только хот-догами, – подтвердил Тихомиров. – У коллег из Судака есть на пляже осведомители, они клянутся, что Чащин не предлагал ничего другого, только хот-доги. – Подумал и добавил: – Говорят, что качественные и вкусные.

– Тогда какие к нему претензии? – не понял следователь.

– Во-первых, за то время, пока Чащин торговал хот-догами, к нему в гости по очереди приезжали Рзаев, Читер и Жёлтый.

– Интересный круг любителей булочек с сосиской, – заметил Грушин.

– Много о чём говорящий, – добавил Яковлев.

– А во-вторых, Чащин уехал с пляжа в ту ночь, когда были убиты люди Цезаря, – продолжил Тихомиров. – Они с подругой переехали в Утёс, но здесь торговлю не открыли, поселились в гостинице, отдыхают и развлекаются. Как только Пожарская узнала, где находится Чащин, она помчалась в Утёс, вечером следила за парочкой – этому есть свидетель, а ночью… умерла.

Тихомиров был уверен, что его сообщение произведёт впечатление, и не ошибся: Яковлев и Грушин вновь переглянулись. Следователь уточнил:

– А Чащин выехал из отеля?

– Пока нет.

– То есть схема поломалась?

Шутка получилась так себе, и пока майор думал, как на неё ответить, вернул себе слово полковник Грушин:

– Ты говоришь, что Чащин стоит в центре всех событий. Значит ли это, что у тебя есть предположение, кто он?

– Моя версия: Чащин – представитель крупной преступной группировки, прибывший в Крым для заключения серьёзной сделки.

– Обычно такие посланники снимают номера в лучших отелях и не светятся в мелких разборках, вроде мордобоя на пляжной парковке, – не согласился Яковлев. – Я уж молчу о продаже хот-догов.

– Я имел в виду, что Чащин, скорее всего, разведчик, изучающий ситуацию на месте. Или эксперт по логистике, оценивающий систему распространения Цезаря перед крупной сделкой и налаживанием прочных, долговременных контактов. – Тихомиров помолчал, а поскольку возражений не последовало, закончил: – Только этим можно объяснить активность Кимиева и его готовность воевать.

– Ты же сказал, что людей Цезаря грохнул кто-то другой, – припомнил полковник.

– Осведомители сообщают, что напряжённость между ними растёт и Кимиев действительно готов воевать.

– Из-за Чащина?

– Из-за сделки, которую он готовится заключить с Цезарем.

– Из-за гипотетической сделки, – вздохнул Яковлев. – Насколько я понимаю, никаких оперативных данных по ней не существует?

Тихомиров молча кивнул. Взглянул на Грушина.

– Если такая сделка и впрямь планируется, нам о ней ничего не известно, – ответил полковник.

– И что вы предлагаете делать?

– Установить круглосуточное наблюдение за Чащиным, – ответил майор, понимая, что Грушин ничего предлагать не станет. – Для начала.

– А какова вероятность, что Чащин – обычный продавец хот-догов, оказавшийся не в том месте и не в то время?

– Мизерная, – твёрдо произнёс Тихомиров.

– Существуют ли факты, кроме географии конечно, которые связывают Чащина с двойным убийством на пляже и смертью Пожарской?

– Нет.

– Существуют ли