Эдди Флинн - Стив Кавана

Колсон повесил трубку, и я тут же набрал мобильный Джимми.

Ответил он сразу же. Фоном в трубке звучали автомобильные гудки и гул мотора – он куда-то ехал.

– Джимми… Это Эдди. Чертовы русские напали на твой ресторан. Энтони мертв. По-моему, они забрали Эми.

– Знаю. Слышал. Мы с Ящером отвозили бабло, которое ты дал, а тут звонок. Если б хотели убить, то пристрелили бы и бросили в ресторане. Она жива. Сто пудов. Просто забрали с собой. Мы с Ящером как раз к тебе едем. Теперь я сам лично всем этим займусь. Энтони был славный малыш. Сеструха просто убьет себя, когда узнает… Эдди, пусть никто не думает, что может так вот запросто вломиться ко мне, замочить моих парней и спокойно уйти! Пусть теперь посмотрят, как я сам с ними разберусь! Эти суки уже трупы.

– Джимми, только не затевай войну. Эми у них.

– Я не могу такого спустить. Будем ждать возле суда. Как только Волчек со своими шестерками высунется, им кранты.

Он отключился.

Я бросился к умывальнику, поплескал холодной водой на лицо и макушку. Артурас, очевидно, поехал на квартиру проверить Эми. В такой ситуации не надо быть гением, чтобы сообразить, кто именно обвел его вокруг пальца и куда забрали Эми. Какой же я был дурак! Нельзя было позволять Энтони везти ее в ресторан. В то же время я никак не ожидал, что Артурас решится объявить полномасштабную войну Джимми. Такого рода акции развязывают всем руки. Если Джимми не смешает их с землей, каждый мелкий гопник на районе будет думать, что его теперь можно сожрать с потрохами.

Мобильник Кеннеди загудел опять. На сей раз высветился номер моего одноразового телефона.

– Да, видел я марочку у Виктора на руке. Пришлось исхитриться. Он чуть не заметил фонарик. Но все равно не думаю, что это что-то доказывает. Я сейчас звонил в нашу контору, просил, чтобы кто-нибудь из агентов связался с вашей женой. Не знаю, что за трубку вы мне подсунули, но они там все на уши встали, пока мне обратно дозвонились. Короче, ваша супруга утверждает, что дочь на экскурсии по Лонг-Айленду. О пропаже дочери она не заявляла, и вы тоже. Не надо мне врать. Я понимаю, что вам нужна помощь, но придется начать с того, что вы расскажете мне всю правду. У нас есть на вас досье. Мы в курсе вашей истории. Вы – бывший мошенник, но меня вам не напарить. Облегчите мне задачу. Выкладывайте правду.

Я выдохнул, медленно и негромко произнес:

– Кеннеди, я сказал вам правду. Если вы мне не верите, катитесь к чертовой матери. Я сам все закончу, по-своему.

Глава 55

Когда я возвращался в зал, Волчек провожал меня взглядом. Я сел на свое место и почувствовал, как он нагнулся мне к самому уху.

– Как покончите с копом, дальше будет танцовщица?

– Угу. Бенни они приберегли напоследок.

– После танцовщицы прикиньте, как пристроить туда пиджак. Я, конечно, нисколько не возражаю – можете оставить его на себе и встать с Бенни в обнимку, когда я его взорву, но это уж сами решайте, – прошептал Волчек. Повернувшись, я увидел у него в руке пульт детонатора.

– А где остальные ваши люди? – спросил я.

– Навещают вашу дочку. Не забывайте, зачем вы здесь, мистер Флинн. Я не хочу рисковать. Справляетесь вы пока хорошо, но я не могу отдать все на откуп присяжным. Подложим бомбу во время обеденного перерыва.

Отвернувшись от Волчека, я прикрыл глаза и еще раз все обдумал. Тихое потрескивание вертящейся в пальцах шариковой ручки, которую дала мне Джин, словно полностью заглушило гомон толпы вокруг. Кеннеди меня отшил. Гарри так и не появился. У меня нет ничего, что прочно привязало бы русских к похищению Эми, бомбе у меня под пиджаком или к фургонам. Поднять сейчас общую тревогу по поводу угрозы взрыва – тоже риск. Охрана просто эвакуирует все здание, а Волчек смоется. Нет уж. Если я поставлю копов в известность о бомбах, Эми конец.

Оставалось только одно.

Я поднял руку, привлекая внимание секретаря.

– Джин, сделай мне одолжение. Скажи ее чести, что кое-что всплыло, и нам с клиентом нужно на десять минут вас покинуть. Не больше.

– Уже пять минут двенадцатого, Эдди, она не хочет сегодня затягивать. Если она вернется, а тебя не будет на месте, то оштрафует тебя на пятьдесят долларов за каждую минуту опоздания. Сама видела, как две недели назад она так с мистером Лэнгтри обошлась. Бедняжка. Знаешь, у него ведь простатит, а его сестра мне сказала…

– Прости, Джин, нам с клиентом нужно выйти. Я быстро. Отвлеки ее чем-нибудь, если можно.

Волчек явно ничего не понимал.

– Я кое-что придумал, но здесь говорить нельзя. Пошли в переговорную, это тут рядом.

– О чем вообще речь?

– Да сказал же – не здесь. Тут есть глаза и уши. Доверьтесь мне. Это того стоит, – сказал я, убирая папки в чемодан и устремляясь к дверям с «Самсонайтом» на буксире.

– Бумаги-то оставьте! – крикнул мне в спину Волчек.

Я не ответил, лишь обернулся на ходу – убедиться, последовал ли Волчек моему примеру. Через секунду он поднялся, застегнул костюмный пиджак и быстрой походкой направился вслед за мной. Виктор опять было запротестовал, но Волчек по-быстрому его заткнул.

На двери ближайшей переговорной висела табличка «Занято».

Я без стука распахнул дверь и закатил чемодан в угол. За усыпанным бумагами столом какой-то молодой адвокат беседовал со своим клиентом.

– Пардон, мне нужен этот кабинет.

– Что за дела? Я даю указания клиенту! Нельзя же прямо вот так…

– Выметайся, пока не получил под зад.

Молодой адвокат поднялся – крепенький, агрессивный. Он был явно против того, чтобы старший коллега выставлял его перед клиентом сопливым салагой.

– Что-что? Уж не от вас ли? – поинтересовался он.

– В другой ситуации – да, но только не сегодня. Если ты немедленно не уберешься, это вот он даст тебе под зад, – отозвался я, тыкая пальцем в вырисовывающуюся в дверном проеме фигуру Волчека.

Клиент молодого адвоката, углядев главаря русской мафии, схватил своего советника за рукав и буквально выволок наружу, позабыв прихватить бумаги и адвокатский портфель. В кабинет шагнул Виктор. Я чуть не прихлопнул его дверью.

– Только я и клиент, блондинчик.

Виктор продолжал ломиться внутрь.

– Проследи, чтоб нам не помешали, – приказал ему Волчек.

Виктор неохотно осадил назад и прикрыл дверь.

Стены были обиты каким-то толстым материалом – для дополнительной звукоизоляции. Обычно все переговорные оборудуются подобным