Ангел-хранитель - Сара Парецки

Этого я тоже не могла видеть, но я предположила, что портальный кран переносил их затем к находящемуся внизу доку, а там их грузили на машины. Судя по размеру одной из катушек, которую протащили мимо меня, я решила, что на грузовик никак не поместится больше одной катушки. На самом деле такой груз обычно перевозили на плоских грузовых платформах. Я не знала, как они собираются втиснуть эти катушки в трейлеры, не говоря уже о том, как закрепить их. Я не знала и того, что находится в этих катушках. Что могло быть так упаковано? Какая-нибудь металлическая проволока.

Я вывернула шею, стараясь разглядеть, не написано ли что-нибудь на них сбоку. Слово «Парагон» было оттиснуто такими крупными буквами, что сначала я их даже не заметила. «Парагон». Компания по производству стали, чей главный ревизор не хотел разговаривать со мной о «Даймонд хэд». Может быть, потому, что он знал, что компания по производству моторов берет продукцию «Парагон» и продает ее на черном рынке?

Без всякого предупреждения чих, который я все время пыталась подавить, вырвался у меня с силой автоматной очереди. Я надеялась, что скрип тросов заглушит этот звук, но двое мужчин, очевидно, находились как раз с другой стороны от входа. Они окликнули остальных, их голоса были слишком хорошо слышны в просторном помещении. Состоялось короткое совещание: слышали ли они что-нибудь, или им только показалось?

Я низко пригнулась за большим металлическим верстаком. Страусовый подход к проблеме. Если я не могу их видеть, то и они меня не заметят.

– О господи, Глисон! Ну кто там может быть?

– Я же сказал тебе, что звонил босс, предупредил меня, что здесь где-то шляется детектив. И он разнюхал, что сегодня ночью она должна быть где-то у нас по соседству.

Первый человек расхохотался:

– Женщина-детектив! Я не знаю, кто больший дурак – ты или Чамферс. Если тебе от этого будет легче, мы можем поглядеть кругом – хочешь, я возьму тебя за ручку? – Последние слова сопровождались глумливым смешком.

– Пошел ты к черту! Можешь позвонить боссу и сказать ему, что ты слишком перепугался, чтобы идти ловить шпионов.

Я сунула руку под куртку за моим «смит-и-вессоном». Яркий луч прожектора пронзил мрак складского зала. Шаги приближались, удалялись, поднимая пыль, отчего в носу у меня невыносимо щипало. Я задержала дыхание, глаза у меня слезились. Я подавила чих, но качнулась при этом назад; рука, в которой был пистолет, задела металлическую поверхность станка.

Луч прожектора уткнулся в меня, словно длинным пальцем. Щеки у меня горели, и волоски на руках встали дыбом. Я смотрела на пол, ожидая, когда ко мне приблизятся ноги, чтобы можно было начинать атаку. Они подошли слева. Я метнулась вправо, в грузовой отсек.

Сначала я была ослеплена ярким светом и ничего не могла различить. Шум, доносящийся с улицы, был достаточно сильным, чтобы заглушить крики мужчин за моей спиной. Я юркнула за катушку «Парагон» и чуть не врезалась еще в двоих. Они устанавливали вторую катушку на край платформы и не смотрели вверх, занятые тем, что притягивали ее ремнями к поверхности платформы. Пока я танцевала по палубе, соображая, где же выход, я заметила на катушке надпись: «Медная проволока. Технический сорт».

– Держите ее, черт побери!

Те мужчины, которые осветили меня прожектором, настигли меня. Двое впереди меня закончили привязывать свой груз и подали знак крановщику, который находился в другом конце зала. Они медленно обернулись, удивленные, но все еще не веря, что кто-то есть в заднем помещении.

– Подожди минуту, – спокойно сказал один из них.

Сзади кто-то схватил меня за куртку. Я инстинктивно лягнулась, получила секунду на то, чтобы освободиться, и направила дуло «смит-и-вессона» в двоих, что стояли передо мной. Один из них протянул руку вперед, а мужчина позади меня снова схватил меня за куртку:

– А теперь, дорогая, давай-ка сюда пистолет и бросай эти игры.

Я выстрелила прямо перед собой, и двое мужчин отскочили в сторону. Полуоборот – и еще один жесткий удар отбросил того, кто хватался за мою куртку.

Катушка висела примерно в четырех футах от края платформы. Я сунула пистолет в карман куртки и подпрыгнула. Мои руки, влажные от пота, скользнули по полоскам ремней. Я изо всех сил раскачалась, слишком сильно. Ноги качнулись далеко за спину, и острая боль мгновенно отозвалась в пояснице. Я заставила себя расслабиться; ноги мои качнулись вперед, и я ждала, пока они достигнут высшей точки, чтобы подтянуть их вверх. Как только ноги поднялись на максимальную высоту, я занесла колено через стержень, на который была надета катушка.

Ноги у меня тряслись. Я не стала обращать внимание на эти слабые жалобы и подтянулась вверх; влажные от пота руки дрожали, когда я перехватывала ремни. Я не могла видеть, что творится за моей спиной, не знала, что делают четверо моих приятелей. Я полагала, что у них нет оружия, по крайней мере, они не взяли его с собой на платформу.

Я не могла спрыгнуть вниз – пол был на расстоянии тридцати футов подо мной. Я посмотрела вверх на портал крана. Если бы я вскарабкалась по тросу быстрее, чем они успеют его смотать, то я могла бы забраться на рельс и доползти по нему до стены. Но меня так трясло, что в данный момент я едва ли могла заниматься гимнастикой.

Кабина управления находилась на земле, в дальнем конце помещения, если смотреть от доков. Когда я спущусь вниз, мне придется опередить мужчину в кабине. И тех двоих, которые глазели на меня с одного из причалов. Оба они выглядели достаточно здоровыми, чтобы быть тем громилой, который гнался за мной во время моей первой прогулки по этому зданию.

Катушка слегка покачивалась от моего прыжка. Внезапно она стала раскачиваться с бешеной силой. Крановщик идиотски скалился. Я схватилась за матерчатые ремни. По мере того как размах качаний увеличивался, у меня в желудке поднималась тошнота. Мы двигались к боковой стене здания. Это был подъемник старой системы и мог двигаться со скоростью не более пяти миль в час, достаточно медленно, чтобы я могла разгадать их намерение: они собирались раскачать груз и размозжить меня о стену.

Двое громил с причалов глядели вверх. Звук оттуда не доходил до меня, но по их жестам я догадалась, что они бурно хохочут.

Когда мы подвинулись к стене, крановщик сделал пробный рывок, чтобы придать грузу направление движения, перпендикулярное стене. Мы качнулись от стены и понеслись назад с растущей скоростью. Перед