Ангел-хранитель - Сара Парецки

освободилась от него под водой, когда сбросила куртку и кроссовки. Мой бумажник все еще лежал у меня в заднем кармане. Полицейские могли спокойно вытащить его и найти мой адрес, но их больше заботило то, чтобы я не бросилась снова в грязную воду канала Сэнитэри.

– Ты хочешь побеседовать об этом, Варшавски? Климчак из одного патруля говорит, что ты настаивала на свидании со мной. Я встал с постели, чтобы за тобой приехать, – мне не повезло, если ты сейчас будешь все время молчать.

Резкий тон Финчли снова вернул меня в голую комнату для допросов первого округа. В накрахмаленной рубашке и отутюженных брюках он никак не походил на человека, только что вставшего с постели. Роулингс, которого он тогда же вызвал для ведения протокола, больше соответствовал этому образу в своей мятой футболке и джинсах. Глаза у него были красные, и он, казалось, был сердит, или нервничал, или и то и другое одновременно. Мне стоило слишком больших усилий не засыпать, чтобы я могла уловить еще какие-то нюансы в их словах.

– Боюсь, что получу холеру. Из канала, я имею в виду. Но у меня не было выбора. Они бы меня переехали, если бы я не нырнула в воду. – Я чувствовала, как под одеялом мои волосы спутались от грязи.

Финчли кивнул, словно мои слова были исполнены глубокого смысла.

– Кто? – взорвался Роулингс. – Кто бы тебя переехал? И какого черта ты там делала? Климчак боялся, что ты – самоубийца, но я сказал ему, что на это надеяться нечего.

– Посудите сами, ребята. – Слова выходили из меня медленно, словно издалека. Я не могла заставить себя говорить быстрее. – Вы знаете, что происходит на «Даймонд хэд», правда? То есть, по-вашему, ничего. Там ничего такого не происходит. А по-моему, там был убит человек. И глава этого предприятия не желает со мной разговаривать. И Джейсон Фелитти, его владелец, вышвыривает меня из своего дома. Так вот я и отправилась туда, чтобы самой на все взглянуть. И что же я вижу?

Я махнула рукой, как пьяница из юмористической книжки. Я была не в состоянии как следует контролировать такие экстравагантные жесты.

– И видишь что? – поторопил меня Финчли.

Я вздернула подбородок – я снова начала отключаться.

– Они грузили медь из «Парагона» на грузовики посреди ночи.

– Ты хочешь, чтобы я их арестовал, Варшавски? – сердито спросил Роулингс.

Я поглядела на него совиным взглядом:

– Это мысль. Точная мысль. Начнем с того, откуда у них оказались эти катушки с медью? Нет, это легкий вопрос. Они купили ее, чтобы изготавливать из нее свои маленькие моторы, так я полагаю. Почему они вывозят ее? Тайно, ночью? Вот трудный вопрос.

– Откуда ты знаешь, что они делают это тайно? При активной деятельности можно вывозить грузы в любое время. – Финчли скрестил ноги и разгладил складки на брюках.

– Они грузили медь в закрытые грузовики. Катушки всегда перевозят на открытых платформах. Как бы то ни было, когда они увидели, что я за ними наблюдаю, почему они не позвали вас, ребята? Почему вместо этого они вынудили меня прыгнуть в канал?

Тень улыбки пробежала по цвета черного дерева лицу Финчли.

– Если ты застанешь кого-нибудь в своих владениях, я сильно сомневаюсь, что твоим первым действием будет звонок мне, Вик. Думаю, ты задашь им жару и выпроводишь собственными силами, если сможешь.

Я не могла заставить свой мозг подобрать какие-нибудь убедительные аргументы.

– Я в них выстрелила. Думаю, что одного я ранила. Кто-нибудь об этом сообщил? Может быть, приходил сюда, желая сделать заявление?

При этих словах брови Финчли поднялись. Он сделал жест в сторону, и я увидела в углу женщину в форме, которая встала и вышла из комнаты. Я не заметила ее раньше.

– Мэри Луиза Нили, – произнесла я вслух.

– Да, это офицер Нили, – сказал Финчли. – Она проверит, что там с твоим раненым. Так в чем же дело, Варшавски? Ты пытаешься слепить дело против «Даймонд хэд», но я не вижу в этом логики – прости за выражение. Пьяный старик разбивает себе голову, умирает и падает, или его сбрасывают в канал. Это очень плохо, но это вовсе не значит, что каждая корпорация в Чикаго должна жульничать, потому что ты занялась ими.

От его тона кровь бросилась мне в лицо и моментально прочистила мозг.

– Правильно, Финчли. Я пыталась дозвониться тебе сегодня вечером, потому что ты – нет, это был Роулингс, но я думаю, что ты об этом знал, – позвонил доктору Хершел, чтобы пожаловаться, что я что-то скрываю. Ты получил мое сообщение?

Он неистово закивал.

– Я хотела тебе сказать, что кто-то приходил в меблированные комнаты, где жил старик, и стащил все его документы. Этот парень сказал, что он сын старика. Зачем он это сделал? Бумаги, которые носит с собой повсюду одинокий старик, бесполезны. Потом, когда я еще раз пришла в этот дом, его хозяйка позвонила управляющему «Даймонд хэд», чтобы сообщить ему, что я опять здесь. Я слышала, как парни на заводе говорили это, когда была там сегодня ночью. Я знаю, что крупная компания, производящая сталь, спускает им кучу наличных, и я видела, как катушки с медью исчезают посреди ночи, а на боку у них написано название этой сталелитейной компании. – Я сдвинула одеяло с лица и повернулась к Роулингсу. – И между прочим, Эдди Мор, чью машину угнали эти подонки, которые напали на Лотти Хершел, – бывший руководитель местного комитета профсоюза на этом предприятии. Помнишь, Роулингс, этот случай? Это было по твоей части. Так что вы, ребята, скажите мне, в чем дело!

– Почему ты решила, что это был не его сын? – Роулингс опустил все насчет «Парагон стил» и ухватился за самое несущественное.

– Я ничего не решила. Но сын рос в Аризоне. Он не получал известий от отца тридцать пять лет. Вот Финчли даже не пытался с ним связаться. Как он узнал, что именно в этот момент ему нужно появиться? И ко всему прочему, как он нашел ночлежку, в которую Крюгер поселился всего за неделю до этого?

Я остановилась на минуту, роясь в глубинах своей ослабевшей памяти, чтобы выудить еще какую-нибудь существенную информацию. Она всплыла как раз тогда, когда в комнату вернулась офицер Нили и склонилась к Финчли.

Я повернулась к Роулингсу:

– Мы опознали Митча Крюгера в понедельник. Так называемый сын пришел к миссис Полтер во вторник. Даже если кто-нибудь позвонил ему в Аризону, как он умудрился добраться сюда так быстро?

– Конечно, если он не был