Современный российский детектив - Анна Майская

момент ладони, удерживавшие мои запястья исчезли и я тут же зарылась пальцами в волосы маньяка. Сейчас, оказавшись так близко, окутанная его запахом, чувствуя гладкость кожи под пальцами я была счастлива. Каждое прикосновение приносило такое удовольствие, что казалось оргазм придет и без секса, просто от осознания, что мы наконец то вместе.

Губы мужчины скользнули по шее, оставляя поцелуи вперемешку с укусами. Я чуть стонала, в свою очередь запустив руки под рубашку Паука и впиваясь ногтями в кожу. Чем интенсивнее он терзал меня, тем более глубокие царапины я оставляла на его спине. На языке ощущался привкус крови и мне доставляло извращенное удовольствие осознавать, что это его кровь смешалась с моей.

Маньяк на секунду отстранился от меня, но только чтобы стянуть через голову рубашку. Я подалась вперед, скользя ладонями по пояснице и царапая ногтями пояс джинсов. Паук схватил меня за запястья и опрокинул обратно, не давая проявлять инициативу. Одна ладонь удерживала руки в то время как другая задрала мою футболку, оголяя грудь. От прохладного воздуха чердака, коснувшегося нежной кожи я задрожала.

Мужчина склонился и неожиданно нежно провел губами по соску. Эта ласка, так контрастировавшая с безумной борьбой перед этим заставила меня выгнуться дугой и чуть слышно захныкать. Паук потерся щекой о мой живот, чуть царапая кожу начавшей пробиваться щетиной. Это прикосновение вызвало очередную волну возбуждения, сконцентрировавшуюся внизу живота. Я хотела продолжения, хотела, чтобы остатки одежды полетели прочь и это желание было таким сильным, что почти превращалось в боль.

— Моя малышка, — прошептал маньяк, чуть прикусывая кожу живота. — Ты так прекрасна.

Я не могла ответить, сосредоточившись на восхитительных ощущениях, владевших телом. Но мужчине не нужны были слова. Он подцепил край моих штанов и ловко одной рукой стянул их до колен. Я тут же избавилась от них окончательно, оказавшись практически обнаженной под Пауком. Он отпустил мои запястья и лег сверху, так что отчетливо ощущалась твердая выпуклость под тканью джинсов, прижатая к моему животу.

— Ты принадлежишь мне, — тихо проговорил мужчина, скользя ладонью по внутренней стороне моего бедра. — Ты только моя, малышка. Никто не смеет посягнуть на мое, — горячее дыхание мужчины касалось моей щеки, в то время как его ладонь осторожно оглаживала кожу между ног, избегая прикосновения к клитору. — У тебя больше никогда не будет выбора. Ты принадлежишь только мне.

— Да, — выдохнула я, пытаясь податься бедрами навстречу дразнящим пальцам. — Я принадлежу только тебе.

В следующий момент горячие пальцы коснулись клитора, заставив меня судорожно всхлипнуть и вцепиться пальцами в плечи Паука. Мужчина негромко рассмеялся и этот звук вспышкой отозвался в мозгу. Потребовалось всего несколько скользящих движений пальцами, чтобы оргазм накрыл меня с головой. Мои стоны утонули в поцелуе. Касания губ совпадали с ритмом пальцев, продолжавшим движение внизу и порождавшим новые судороги удовольствия.

Наконец пальцы исчезли и я замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. В теле ощущалась потрясающая легкость. Все проблемы разом отошли на задний план, оставив меня наедине с любимым мужчиной и так и не прошедшим возбуждением. Второе было удивительно. Обычно после оргазма хотелось свернуться довольным клубочком и заснуть. Но не сейчас. Сегодня у меня словно второе дыхание открылось.

Я все еще ощущала тяжесть мужчины на себе и от одной только мысли, что он может быть во мне, возбуждение накатывало с новой силой. Похоже, длительное воздержание положительно сказывалось на выносливости.

— Я люблю тебя, — прошептала, вновь скользнув ладонями по поясу джинсов.

— Малышка, — его ладони накрыли мои и помогли справиться с застежкой.

В два счета расправившись с джинсами, мы отпихнули их куда-то на дальний край кровати. Я мягко подалась вперед, упираясь ладонями в грудь Паука. Его член, горячий, твердый, упирался мне в живот, отчего внутренности скручивались в тугой ком. Мужчина сел на колени, упираясь спиной в стену.

Мои ладони прошлись по гладкой груди, спустились к подтянутому животу, огладили узкие бедра и наконец коснулись нежной кожи яичек. Это касание вырвало из горла Паука чуть слышный стон. Звук мне определенно понравился. Я хотела было наклониться и взять чуть влажную головку в рот, но боль в спине скорректировала мои планы. Ничего, у нас будет еще много ночей впереди. Мы все успеем.

Вместо этого я подалась вперед и, обхватив горячий ствол ладонью, направила его в себя. Прикосновение горячей плоти казалось обжигающим. Я медленно опускалась на член, чувствуя как растягиваются стенки входа. У меня уже год не было секса, а потому вторжение причиняло небольшую боль. Руки Паука оказались на моих бедрах, направляя и ускоряя. Чувство заполненности вызвало новую волну возбуждения, напрочь смывшую неприятные ощущения.

Я начала двигаться, опираясь о плечи мужчины. Скольжение посылало вспышки удовольствия по всему телу. В какой-то момент Паук опрокинул меня на спину и начал двигаться сам. Он жестко вбивался в мое тело, каждый раз касаясь головкой шейки матки. Размеренные, сильные движения вырывали из моего горла стоны, вторящие скрипу старой кровати. Где-то на периферии мелькнула и исчезла мысль, что отец Паука наверняка слышит все, что здесь происходит, но эта проблема была смыта чистым удовольствием, сияющей волной поднимавшемся внутри уже второй раз за вечер.

Оргазм накрыл нас одновременно. Паук задвигался быстрее и внезапно замер, до боли впившись пальцами в бедра. Я ощущала, как подрагивает его живот и слышала громкое, прерывистое дыхание. Не знаю, сколько мы провели в такой позе, все еще соединенные и с трудом восстанавливающие дыхание.

Наконец Паук соскользнул с меня и, устроившись рядом, притянул меня к себе. Я прижалась к горячему мужскому телу, глубоко вдыхая травяной запах. Внутри царило потрясающее ощущение правильности происходящего. Словно Вселенная пришла к долгожданному равновесию и таки определила меня на правильное место.

— Я люблю тебя, малышка, — голос мужчины внезапно прорезал тишину.

Я замерла, боясь спугнуть мгновение. Еще ни разу маньяк не признавался мне в любви. Между нами были угрозы, желание, страсть. Но ничего подобного. И это, пожалуй, было самым удивительным открытием сегодняшнего дня.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я, пряча лицо в подушке.

В комнате повисла уютная тишина. Расслабленная и уставшая, я начала было проваливаться в сон.

— Анета старше меня на шесть лет, — Паук внезапно заговорил, разрывая тонкую пелену дремоты. — Когда я был маленьким, сестра часто защищала меня перед отцом и ей доставалось вдвойне. Я часто прятался здесь, на чердаке и слышал, как он кричит внизу. Мать никогда не могла усмирить отца и ей тоже доставалось частенько. Анета была единственным человеком, которому было не все равно и единственный, кто