Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Каждое сказанное вчера Хеленой слово било наотмашь. Подруга не ошиблась. Вместо того чтобы приехать на похороны, она продолжила гастроли и даже не подняла бокал за ее маму. Потеряв счет дням, она жила в угаре собственных страстей.

Ей ничего не стоит предать друзей или выкинуть что-нибудь похуже.

«Интересно, каково это – шагнуть в бездну, зависнуть на мгновение в невесомости среди облаков и соскользнуть вниз?»

Тело подалось вперед к зияющей пропасти. Джони прислушалась к собственным ощущениям. Сердцебиение не участилось, дыхание осталось ровным. Никакого страха. Только пустота.

Еще один шаг.

Остановить ее в этот момент могла только она сама.

Поиски

Лайф расстилает карту на земле, прижав ее по углам коленом и ладонью, чтобы не унес ветер. Все верно – он почти дошел до места, про которое говорили немки. Место знакомое – платформа на горном склоне. От нее до хижины рукой подать.

Сложив карту и сунув ее в карман рюкзака, он продолжает путь.

Порывы дующего в лицо ветра настолько сильные, что трудно дышать. Спина перестала потеть. Лайф слегка подается вперед и находит в ветре некую опору, словно перекладывая на него часть веса.

В ясную погоду видно все на десятки миль вокруг, вплоть до дальних вершин на востоке и до океана на западе. Но сегодня после обеда на горы спустился туман, белой дымкой стекая по склонам.

Лайф в глубине души все еще надеется, что туристки ошиблись. Они шли по нижней тропе и находились от этого места на почтительном расстоянии. То, что они приняли за очертания женского тела, вполне могло оказаться куском тента, который принес ветер. Мало ли что может привидеться в горах? Подобных случаев пруд пруди.

Он делает глубокий вдох и встает на платформу, инстинктивно разводя руки для удержания равновесия. Колючий ветер жалит лицо. В голове вертятся всего два вопроса: что здесь забыла одинокая туристка и почему никто не сообщил о пропаже человека?

Лайф подходит к самому краю платформы и устремляет взгляд вниз.

Глава 57. Лиз

Лиз сразу все поняла, как только обнаружила, что Джони покинула хижину. Ей не потребовалось проверять карман куртки, чтобы убедиться, что кокаина нет. Она допустила непростительную глупость, оставив сверток там. А возможно, просто боялась признаться самой себе, насколько плохо обстояли дела с зависимостью Джони.

Она выбежала наружу и озиралась в надежде поблизости увидеть Джони. Было холодно, и Лиз раскатала рукава куртки, натянув их пониже на кисти рук.

Клочья тумана мешали обзору, но слева на горном хребте явно никого не было. Значит, Джони пошла по тропе, ведущей к лесу.

– Джони!

Одеревеневшие ноги отказывались повиноваться. Сейчас бы спокойно сидеть в хижине, где можно затопить печку, открыть пакетик кофе и строить планы на день.

А не это все.

Лиз потерла глаза костяшками пальцев. Сухость и раздражение никуда не ушли – дым от печки сделал свое дело. Или она плакала во сне? Веки опухли, да и проснулась она с тяжелым сердцем, все еще думая о Патрике. Но сейчас не время заниматься диагностикой супружеских проблем. Джони нуждается в помощи, нужно срочно ее найти. Задача Лиз – довести подруг до приюта живыми и невредимыми.

Она продолжила поиски, не обращая внимания на боль в коленях.

Лиз обогнула валун с красным указателем в виде буквы «Т», и в ее душе затеплилась искорка надежды, что совместными усилиями им удастся спустить Мэгги вниз до наступления темноты. И вдруг взгляд упал на каменный козырек, выступающий над склоном горы. На платформе стояла Джони. Лиз испытала внезапный прилив радости – она узнала это место: вершина из их реферата!

Однако восторг длился недолго. Кровь застыла в жилах, когда она поняла, что Джони стоит на самом краю козырька и заглядывает в пропасть под ногами. Одно неловкое движение…

Лиз не рискнула окликнуть подругу, боясь ее испугать.

Джони вытащила что-то из кармана, повертела предмет в руках, размахнулась и бросила его в бездну.

Глава 58. Джони

Джони отошла от края платформы и увидела Лиз – щеки раскраснелись, волосы растрепались, на лице застыл испуг.

Лиз остановилась перед платформой и протянула Джони руку.

– С ума сошла?! Стоишь на самом краю!

И уже давно, горько усмехнулась про себя Джони, глядя на протянутую руку. Она словно оказалась на распутье: перед ней – верная Лиз, готовая без раздумий протянуть руку помощи, за спиной – зияющая пропасть. Сердце сжалось. Ну конечно, куда же без Лиз, ее вечного ангела-хранителя!

Как за спасительную соломинку, Джони ухватилась за руку подруги, которая сразу заключила ее в свои теплые объятия.

– Все хорошо? – спросила Лиз, заглядывая ей в глаза.

Джони обратила внимание на свежесть кожи Лиз и невероятное сияние ее глаз. Интересно, каково жить в ее мире: знать, что тебя безумно любят двое детей и муж, заботливо готовящий на ужин собственноручно выращенные овощи; ежедневно по-настоящему помогать людям; торопиться по вечерам домой просто потому, что тебя ждут. Такая жизнь – благодатная почва, в которую что ни посади, все дает богатые всходы.

– Пожалуйста, ответь. – Слова Лиз вывели Джони из оцепенения.

О Лиз! Легко представить, с каким видом она сидит в своем кабинете в поликлинике, сосредоточенно слушая жалобы пациентов, и как складываются в букву «V» межбровные морщинки, когда она решает, что им назначить.

Лиз всегда и всем пытается помочь; а ведь есть люди, которых уже не спасти.

– Лиз, никогда не забывай, что я люблю тебя, – промолвила вдруг Джони. – Я знаю, что подруга из меня паршивая и моя безумная жизнь давно вышла из-под контроля, но я люблю тебя. Прошу, не забывай.

Лиз сильнее прижала ее к груди.

– Я знаю, Джони, знаю…

– Я вытащила из твоей куртки кокаин.

Лиз кивнула.

– Но не нюхала его. Смотри, я выбросила сверток. – Джони повернулась и показала рукой вниз. В том, что она смогла пересилить себя и избавиться от порошка, Джони видела символический жест, который мог бы ознаменовать начало жизни с чистого листа. Сверток, к сожалению, упал на выступ на глубине не более двадцати метров. Но это было неважно. Главное – она превозмогла себя.

– Молодец!

Лиз никогда не скупилась на похвалы, и Джони знала, что они шли от души. Желание Джони усидеть на двух стульях – записывать хиты, вести гастрольную жизнь, баловаться наркотиками и в то же время быть частью