Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

и вниманием противоположного пола избалована не была, поэтому, когда Патрик остановил свой выбор на ней, другие парни для нее просто перестали существовать.

– Все мужчины у твоих ног! Ты можешь выбрать любого! Ну почему Патрик?!

Джони коротко вздохнула.

– Мне казалось, что я люблю его.

– Люблю?! Не смей даже произносить это слово! Ты тут не песенку на сцене поешь. Это моя жизнь!

Задрожав от свирепой злости, Лиз шагнула вперед. От нее не ускользнуло, как расширились глаза Джони, когда та поняла, что стоит на самом краю обрыва.

Лиз подумала о муже, детях и о тех жалких клочьях, которые останутся от их семьи. В приступе безумного гнева она подняла трясущиеся руки и вцепилась пальцами в куртку Джони.

Животная ярость застлала разум. Лиз резко подалась всем телом вперед.

Поиски

Лайф стоит на краю обрыва. Ветер обвивает икры прохладой, оттягивает ворот футболки и освежает спину.

Он на месте.

Нет, туристки не ошиблись – на склоне горы женщина. Она неподвижно лежит на боку с выдвинутыми вперед ногами, руки вытянуты вдоль тела.

С того момента, как немки сообщили о происшествии, в его мозгу стучит одна-единственная мысль: только не она. Даже сейчас, глядя на женщину, он пытается убедить себя, что, возможно, ошибается. Ведь ее лицо скрыто волосами. Она лежит двадцатью метрами ниже, на выступе над склоном, который далеко внизу заканчивается горной рекой.

– Эй, вы меня слышите? Все хорошо? – кричит Лайф. Понимая, что все очень плохо.

Дрожащей рукой он снимает рацию и вызывает спасателей.

– Я ее нашел, – ставит он в известность Кнута и передает данные GPS. – Я на вершине. Она не отзывается и не двигается.

– Считаешь, потребуется эвакуация тела?

Лайф сглатывает. Ветер выхватывает его слова изо рта, едва он успевает их произнести:

– Возможно. – И не отрывая от женщины глаз, добавляет: – Где сейчас группа?

– Парни пытаются подобраться ближе по лесовозной дороге.

Лайф добежал до места за три часа. Даже если им удастся сократить путь на несколько километров, они все равно будут здесь не раньше, чем через два часа.

– А вертолет?

– Может появиться через час, а может и через три. Буду держать тебя в курсе. Ты один?

– Да. – Лайф изучает уступы и углубления. К женщине можно подобраться. Он спустится к ней на веревке.

– Что собираешься делать?

– Подберусь к ней поближе.

Сейчас Кнут разразится тирадой о необходимости соблюдать протокол оказания помощи в экстремальных условиях: никакого геройства, четкая согласованность действий между участниками спасательной операции, взаимная подстраховка.

Ответ Кнута его озадачивает:

– Действуй!

Глава 62. Хелена

Хелену разбудила повисшая в хижине зловещая тишина. Не размыкая глаз, она прислушалась. Ветер за ночь стих. Ни шороха, ни звука вокруг. Огонь в печке давно потух, но запах дыма по-прежнему витал в воздухе.

Резкий приступ тошноты подступил к горлу – такое впечатление, будто в машине укачало. Хелена испуганно открыла глаза. Ребенок!

Первый раз она подумала «ребенок», а не «плод». Слово уже не резало слух и не вызывало ужас. Ребенок.

Ощутив новый приступ тошноты, Хелена подумала: Значит, так ты даешь о себе знать, малыш? Что ж, привет! Хотела она того или нет, ее тело менялось: гормоны бурлили, метаболизм ускорился, кровоток усилился.

Она бы все отдала, чтобы позвонить сейчас маме и сказать: Мам, я беременна. Нестерпимо хотелось услышать родного человека, который обязательно нашел бы нужные слова. Никто не знал Хелену лучше ее мамы. Какие бы расстояния их ни разделяли, стоило Хелене произнести по телефону: Это я, как мама по первым звукам голоса угадывала ее настроение. Мама знала все ее секреты: как от усталости у дочери проступали под глазами темные круги, знала, что та комплексует из-за коленок и поэтому предпочитает носить брюки. Вроде бы мелочи, но именно они были главной ценностью их отношений.

Одиночество – это не отсутствие вокруг людей, а отсутствие людей, способных тебя понять.

Хелена понимала, что никто и никогда не полюбит ее сильнее, чем мама. Потеряв родного человека, она словно утратила часть себя. В груди зияла темная дыра, грозящая поглотить ее целиком.

Следующий приступ тошноты быстро вернул ее в реальность. От неожиданности Хелена выпрямилась и сосредоточилась на дыхании. Мысль о том, что зародившаяся новая жизнь не дала ей утонуть в пучине воспоминаний, молоточком стучала в голове, пока она ждала, когда приступ отпустит.

Хелена встала, протерла глаза и огляделась. Лежанки Лиз и Джони были пустыми. Она недоуменно захлопала глазами и провела ладонью по лицу.

Рюкзак Эрика притулился у ножки стола.

Тишину нарушил невнятный стон. Мэгги! Она спала на нижнем лежаке, утонув лицом в подушке.

– Мэгз, а где все?

Девушка подняла голову и промычала, что не знает.

Хелена подошла к окну и, спугнув мотылька, отдернула штору. Гребень, по которому они пришли вчера, исчез – густой туман сплошной пеленой окутал весь горный хребет. Хижина словно парила над бескрайним морем облаков.

Чужой незнакомый мир больше походил на западню. Помощи ждать было неоткуда.

Хелена открыла дверь и поежилась. Ветер успокоился, однако температура упала. Ноги покрылись гусиной кожей, а рука потянулась за курткой.

На пороге стояло только две пары ботинок – ее и Мэгги. Хелена босиком вышла на улицу. Камни под ногами обожгли ледяным холодом. Она сделала несколько шагов, привыкая к туману и пытаясь кого-нибудь разглядеть. Вокруг не было ни души.

Дверь за спиной отворилась, и на порог вышла Мэгги. Она нашла метлу и, осторожно опираясь на нее, как на костыль, направилась в сторону Хелены.

– Как думаешь, Эрик с ними?

– Его рюкзак на месте. – Хелена чувствовала какое-то беспокойство, но не могла понять его причину. Боязнь гор? Ожидание беды?

Мэгги наклонилась к уху подруги и прошептала:

– Надо проверить его рюкзак.

– По-прежнему думаешь, что он имеет отношение к тем наркотикам?

– Другого способа узнать правду нет, – пожала плечами Мэгги.

Хелена бросила взгляд на хижину.

– Тогда надо поторопиться.

Они пошли обратно. Хелена склонилась над рюкзаком, расстегнула защелки и, ослабив стягивающий шнур, заглянула внутрь.

– О боже! – прошептала она.

– Что там? – спросила Мэгги.

Сердце Хелены бешено колотилось, нервы были на пределе, и она не заметила, как дверь отворилась и в хижину вошел Эрик.

Глава 63. Лиз

Лиз бежала без оглядки. Вершина горы осталась за спиной. Удары подошв о камни оглушали. Дыхание сбилось, рот безвольно искривился. В голове плавились мысли, хаотично сменяя одна другую. Хвост на макушке рассыпался, и спутанные локоны упали на плечи. Все тело покрылось ледяным потом.

Сквозь сумбур чувств и душевное смятение