Колодец Смерти - Селин Данжан

— Был один, но после смерти Давида Шаффера мы не уверены ни в чем.

***

В половине десятого вечера Луиза и Жюльен вошли наконец в казарму Марак. Леа с хмурым видом ждала их в кабинете.

— Я заказала пиццу к «разбору полетов», — сказала она, кивнув подбородком в сторону двух коробок, лежавших на большом столе.

— Очень кстати, я умираю с голоду, — ответила Луиза.

Команда расселась вокруг стола, и Леа начала:

— Прежде чем мы обсудим судьбу Брока, я дам вам краткую характеристику Лоры и Бертрана Брока. Это недолго. Родители были потрясены ужасным открытием, не говоря уж об аресте их сына. У меня действительно возникло ощущение, что они хотят всеми силами сотрудничать с нами, но рассказать им особо нечего. Они не приезжали в Ибос больше года. Но продолжают оплачивать телефонную линию и интернет, потому что их сын время от времени живет в этом доме.

— Ба, да они просто богачи! — прервал ее Келлер, вгрызаясь в пиццу. — Ты упомянула Шаффера, Айеда и Дюкуинг?

— Да, — ответила Леа, — но эти имена им ничего не говорят. Во-первых, это было двадцать лет назад. Во-вторых, мне показалось, что Брока не сильно интересовались сыном-подростком.

— Это согласуется с тем, что рассказал нам господин Жубер, — заметила Луиза.

— Очевидно, Брока знали Клару, но я не уверена, что они отдавали себе отчет, каким сильным было чувство их сына. Хуже того, когда я напомнила историю его травли в лицее, Лора Брока посмотрела на меня с недоверием. Она всегда отказывалась придавать слишком большое значение «невинным подростковым проделкам» — она именно так и выразилась. По уверению мадам и ее мужа, их сын никогда не жаловался на проблемы с одноклассниками, учеба у него шла гладко и оценки всегда были отличные. Так что они мне только без конца твердили, что Тибо никогда не поднимал шума из-за пустяков и вообще не такой, чтобы обвинять всех вокруг. В общем, это из серии «проходите-проходите, не останавливайтесь».

Последовало молчание, никто не скрывал своего разочарования. Леа продолжила:

— Перейдем к убийству Шаффера. После предварительного осмотра судмедэксперт определил время смерти: вчера, в субботу, между 17 и 21 часами.

— Таким образом, Брока к этому непричастен: можно ли иметь лучшее алиби, чем пребывание за решеткой? — раздраженно заметил Жюльен.

— Полегче, коллега! Это только доказывает, что сам Брока не убивал Шаффера. Но это не делает его невиновным в случае Айеда и Дюкуинг.

Луиза кивнула несмотря на настойчивое ощущение, что она движется в тумане.

— Ты думаешь, что убийц может быть несколько?

— Конечно, у Брока вполне может быть сообщник. И если он знал, что Шаффер будет убит, пока он находится в камере, это объясняет его высокомерие на допросе.

— И то, что он тянул время, отказываясь отвечать на некоторые вопросы, — добавил Жюльен.

— Тем более эта история СМС-сообщений.

— Что за история СМС-сообщений?

— Вы как раз уехали к Дюкуинг, — объяснила Леа. — Ребята из информационного отдела сообщили мне, что они просмотрели телефон Шаффера, найденный вместе с вещами на кровати в спальне подвала. Выяснилось, что наш убитый послал сообщение своей супруге о том, что его тренировка еще не закончилась и он вернется около 20:30. Следующее сообщение было послано в 21 час.

— В 21? — переспросила Луиза. — Но Шаффер, вероятно, в это время был уже мертв!

— Совершенно верно. И сообщение было следующим: «Я у приятеля из нашего клуба по скалолазанию в Ибосе, не жди меня». Этот текст спровоцировал шесть звонков Денизы Шаффер. Кроме того, она отправила много голосовых сообщений — они становились все тревожнее и тревожнее, но ответа не было. Она снова позвонила в 8 утра, в полной панике, и после этого решилась обратиться в комиссариат По.

— Значит, второе сообщение написал и послал убийца, — заключила Луиза. — Но зачем?

— Чтобы навести полицию на след в Ибосе, пока Брока находится за решеткой! — рассудила Леа. — И тогда мы возвращаемся к моей гипотезе: у Брока есть сообщник, который обеспечивает ему алиби.

Луиза подумала о взломанной двери с задней стороны дома, о выбитом вентиляционном окне.

— Но этому сообщнику пришлось делать взлом. Что же, у него не было ключей?

— Или он хочет, чтобы мы так думали! — возразила Леа. — Уводя нас подальше от мысли о соучастнике.

— В таком случае зачем убивать Шаффера прямо в доме родителей Брока?

— Я понимаю это как дерзкую провокацию. Брока плюет на нас, вот и все! «Вы меня подозреваете? Прекрасно, давайте поиграем. Я оставляю вам мертвеца в доме моих родителей. Но так как во время убийства я был у вас, попробуйте доказать мою виновность!»

— Допустим, — согласилась Луиза. — Но каков у Брока мотив убийства?

— По-моему, та история с видео, где он снят голым, вполне себе мотив, тем более что он отказался высказаться по этому поводу. Если это прошлое унижение было таким незначительным, как об этом говорит его мать, почему он не желает отвечать на наши вопросы теперь?

— Вот именно, — подтвердил Жюльен. — Кстати, не забудем, что Айед получил какое-то странное письмо с упоминанием видео!

Луиза задумчиво кивнула. В конце концов, почему бы и нет? Аргументы ее коллег звучали вполне разумно.

— Окей, — согласилась она. — Тогда вернемся к Шафферу: что он здесь делал, в этой деревенской берлоге?

— Может, ему была назначена здесь встреча? — предположил Жюльен. — Так же как Айеду с его странным письмом «Видео 36»?

— Нет. Криминалисты обнаружили осколки стекла на кроссовках и на одежде Шаффера, — рассуждала Луиза. — Из этого следует, что жертва разбила вентиляционное окно, чтобы проникнуть в дом. Странное поведение для того, кто приехал на встречу.

— Да, но нормальное для того, кто хочет попасть в дом любой ценой. Он что-то искал, — подтвердила Леа.

— Что-то, что Брока держал в Ибосе, — подхватил Жюльен. — Он проникает в дом, тут его застает сообщник Брока и убивает на месте.

— Это несовместимо с постановкой, к которой нужно подготовить реквизит, — вмешалась Луиза: шокер, инъекция, бандажный мешок, баллончик с краской.

— Ты права. Тогда остается только одна возможность: убийца ждал свою жертву на месте, — заключила Леа. — Он знал, что она придет. Другими словами, Шаффер