Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

понял — сейчас и за ним придут. Самих полицейских он не видел — для этого надо было выйти из дома. Да и никаких подозрительных звуков не слышал. Магнус спал и пробудился внезапно, тяжело дыша и обливаясь холодным потом, — ему снова привиделся кошмар. Он выбрался из кровати, страшась заснуть и погрузиться в тот же ужас. Глянул на материны часы. Ему пришла в голову мысль: а ведь в такое-то время, в два ночи, у него под дверью вряд ли кто караулит. Репортеры наверняка разбрелись по домам, смотрят десятый сон. Самое оно выйти на улицу. Магнусу тяжко было сидеть взаперти, не зная, что творится снаружи. Находясь дома безвылазно, он нервничал, а когда он нервничал, кошмары делались еще хуже.

Он вернулся в спальню, натянул кой-какую одежку и пошел к двери. Магнус что-то не припоминал, когда в последний раз сидел дома так долго. Иногда простужался — болело горло, душил кашель, — но и тогда старался хоть ненадолго проветриться. Потом вспомнил — ага, это было на следующий день после того, как Катриона пропала. Ну да, так и есть. Весь день он сидел в четырех стенах. У дома собралась толпа, все возмущались — уж посильнее, чем досаждавшие ему вчера зеваки. Потому что Катриона была из местных. Как и ее отец, который жил во Врансуике с самого рождения. Как и дед. Не то что Россы, приехавшие всего с полгода назад. В тот день толпа окружила дом и стучала в окна, пока мать не вышла и не прикрикнула на них, чтобы оставили ее сына в покое.

«Он — хороший человек!»

Вот что она им сказала. Крикнула так громко, что даже Магнус, забившийся с испугу в дальний угол спальни, услышал. Он подумал: «А сказала бы мать то же самое сейчас?»

Магнус приотворил дверь самую малость — проверить через щелку, нет ли кого снаружи. И если есть, тут же захлопнуть и накинуть засов.

На обочине у подножия холма стояла машина, но Магнус поначалу ее не приметил. Он заполнил жестяное ведро торфяными брикетами, мысленно похвалив себя за то, что не забыл его захватить. Если с рассветом толпа вернется, ему будет чем топить. Отнес ведро на крыльцо, а сам встал на пороге и с наслаждением вдыхал по-весеннему мягкий воздух. Вышел налегке, даже куртку не набросил, но холода не чувствовал.

Вот тогда-то он и заметил, что в той машине на месте водителя кто-то есть, — разглядел тень, которую отбрасывала голова. «Небось всю ночь следит — за мной присматривает». Неожиданно Магнус преисполнился чувством собственной значимости — еще бы, кто-то ради него ночь не спит. Что это они, опасаются, как бы он чего не натворил? Боятся его? Правда, что ль?

Магнус чуть спустился — поближе к машине. Но далеко от дома не отходил, чтобы в случае чего быстро вернуться. Наверное, он прошел половину пути от дома до наблюдателя. Так про себя окрестил его Магнус — наблюдатель, хотя не знал, что тот замышляет. Он решил пройтись в сторону машины, чтобы посмотреть, что человек предпримет. Ну и ноги заодно размять.

Что-то заставило его обернуться. Он глянул на холм, возвышавшийся за дорогой на Леруик, и увидел машины возле дома бывшей жены Дункана Хантера. Во всех окнах горел свет. Потом Магнус увидел фургон, тот самый, который стоял возле его дома, когда нашли Кэтрин, и еще — искорки света от фонарей, они рассыпались по всему холму. Тогда-то он и понял — они нашли Катриону. И очень скоро придут за ним.

К их приходу Магнус давно подготовился. У него был костюм, он хранил его в платяном шкафу в спальне. Этот самый костюм Магнус надевал каждое воскресенье в церковь, куда ходил с матерью. В последний раз он был в церкви в день ее похорон. Разложив костюм на кровати, Магнус вспомнил службу, запах сырости и лака, которым покрывали деревянные сиденья. У него было свое место в первом ряду. Все родственники к тому времени уже поумирали. И дядя, и двоюродные братья. Но народу в церкви на похоронах было полно. Пришли соседи, те, кто знал мать с детства. До Магнуса доносился громкий шепот — люди нарочно говорили так, чтобы ему было слышно: «Это он свел ее в могилу. Такого позора Мэри не снесла — она была женщиной гордой».

Магнус отыскал белую сорочку. Манжеты по краям истрепались, но сама сорочка была чистой. Он обещал матери соблюдать чистоту и в погожие дни вывешивал постиранное белье на веревку перед домом. Вроде был еще и галстук, но он никак не мог его отыскать. Зато в верхнем ящичке туалетного столика с зеркалом ему попались ленты, которыми были завязаны волосы Катрионы. Он частенько вынимал их. Но не для того, чтобы вспомнить о девочке, — он ее и без того никогда не забудет. Просто когда Магнус держал ленты в руках, пропуская между пальцев, ему легче было представить Катриону. Прикосновение шелковых лент волновало его, заставляло думать об атласной розовой юбочке, которую она надевала под платье.

Сорочка и костюм оказались велики. Пиджак был слишком свободен в плечах, а брюки, чтобы не свалились, пришлось затянуть ремнем. Магнус с удивлением подумал: оказывается, раньше он был дюжим малым. Большим и сильным. Никакой другой парадной одежды у Магнуса не было, и он остался в сорочке, брюках и пиджаке, подумав, что мать наверняка одобрила бы его старания. Сказала бы, что он выглядит прилично. Достойно. Ленты Магнус положил на стол, толком не зная, что с ними делать. А ведь он их украл. Может, Кеннет и Сандра потребуют их отдать.

Заварив чай, сел в кресло у камина и стал ждать. Вставал лишь пару раз — сходить в уборную и налить ворону воды. Подумал было, что неплохо и побриться, но слишком устал.

Когда полиция пришла, ночная темнота еще не рассеялась. Однако утро уже наступило — часы показывали тридцать восемь минут восьмого. Как и в прошлый раз, в дверь вежливо постучали. Никто не пытался высадить ее — за дверью терпеливо дожидались, пока откроют.

Вид у полицейского был измученный — как у тех мужчин, что возвращались с ночного лова, и волосы у них задубели от соли, а руки покраснели и растрескались. Добравшись до дома, рыбаки хотели лишь одного — спать. И валились на кровать прямо в одежде, не имея сил раздеться.

— Входите, — пригласил Магнус, — отогрейтесь. Вроде и потеплело, да за целую ночь на холме небось совсем замерзли. — Вдруг Магнусу пришла в голову мысль: — А вы когда-нибудь рыбачили возле Фэр-Айла? Для рыбного лова самая погода.

— Да, погодка неплохая, — согласился