"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

желал поговорить с кем-то из МАГАТЭ о возможном инциденте и при этом его интересовало, насколько хорошо охраняются атомные электростанции, то, я полагаю, он, скорее всего, прознал о чем-то очень нехорошем. О том, что светится в темноте и заставляет клочьями выпадать волосы.

— Так вы свели его с людьми из МАГАТЭ?

— Да.

Кейт сверилась с записями у себя в блокноте:

— Вы также спросили его, надо ли вам уезжать… Он когда-нибудь говорил, что инцидент произойдет в Великобритании?

— Никогда. Я думаю, если бы такая опасность существовала, он бы меня предупредил.

— А теперь не можем ли мы поговорить о Мише? — попросил Грейвз. — Чем именно занимается она в МАГАТЭ?

— Она директор службы безопасности в их венской штаб-квартире. Официальное название — Департамент ядерной безопасности. Она приехала в Лондон встретиться с представителями соответствующей английской службы, отвечающей за ядерную безопасность. Они помогают с протоколами системы защиты для стран Евросоюза.

Шумно вздохнув, Грейвз отвернулся, отошел к окну и принялся глядеть на море.

— Департамент ядерной безопасности… — проговорил он сдавленным голосом. — Цепные псы МАГАТЭ.

— Чем они занимаются? — спросила Кейт.

— Многими вещами, — ответила Белла. — Разрабатывают процедуры обеспечения безопасности атомных электростанций, это само собой. Обеспечивают стандарты подготовки работников. Осуществляют проверку персонала.

— И борются с нелегальным трафиком радиоактивных материалов, — добавил Грейвз, не подходя к ним. — В частности, в их задачи входит следить, чтобы никто не продавал на черном рынке уран для ядерного оружия.

— Думаете, Рассела тревожила именно такая возможность? — спросила Кейт. — Ядерное оружие?

— Если бы дело касалось оружия, Робби сразу пошел бы в полицию. В этом я не сомневаюсь. Тут что-то другое.

— Но что?

— Его в первую очередь интересовало, как можно пройти на станцию и выйти оттуда. Кому какой дается допуск. Весь ли транспорт досматривается. Есть ли на станциях вооруженная охрана, достаточная, чтобы успешно обороняться в случае нападения. Я не сумела ответить и на половину его вопросов. Он огорчился, что не смог всего этого выяснить. Вот почему ему так сильно хотелось поговорить с Мишей Дибнер.

Грейвз прошел через всю комнату и уселся лицом к Белле Лорен:

— Начнем вот с чего: почему это вдруг Рассел заподозрил, что может произойти нападение?

— Он как раз занимался подобными вещами. Собирал информацию.

— Да, но кто ему рассказал об этом? — спросил Грейвз.

— Кто дал ему информацию о Виктории, о Биар? — настаивала Кейт.

Белла Лорен посмотрела на нее:

— Не знаю и предпочла не спрашивать. Из осторожности. Робби сообщил мне только, что он задавал свои вопросы там, где на них не любят отвечать. Уверил меня, что можно не волноваться и что он сделал все от него зависящее, чтобы себя обезопасить. Впрочем, тут же добавил, что в общении с этими людьми всегда есть известная доля риска.

— Так кто же, черт возьми, «эти люди» такие? — потребовал ответа Грейвз.

— Не знаю, — ответила Белла, опуская взгляд. — Но кем бы они ни были, они его убили.

35

Дэн Бакстер провел этот день за сбором вещественных доказательств и улик.

В девять часов утра был найден обломок заднего моста с идентификационным номером автомобиля, или ВИН-кодом, принадлежащий тому самому «БМВ», в котором находилась взрывчатка. ВИН-код переслали в Германию, в главный офис фирмы «БМВ» в Мюнхене, вместе со вторым идентификационным номером, скорее всего фальшивым, обнаруженным на блоке цилиндров двигателя днем раньше, чтобы определить, где и когда этот автомобиль был изготовлен и продан. Оба номера также сообщили в штаб-квартиру Интерпола в Люксембурге, чтобы их там пробили по базе данных, в которой значатся все зарегистрированные угнанные автомобили.

В десять часов группа, осуществляющая лазерную теодолитную съемку, завершила первоначальное отображение места преступления. Используя электронный цифровой теодолит, оптическую трубу, установленную на двух перпендикулярных осях, горизонтальной и вертикальной, эти ребята нанесли на карту координаты всех вещдоков, создав трехмерную картину места преступления. Среди прочего электронный теодолит измерил объем воронки, образованной взрывом, и сопоставил его с дальностью и направлением разброса осколков и обломков (в том числе раскиданных повсюду человеческих останков) и таким образом установил массу взрывчатого вещества и его распределение во взрывном устройстве.

Первые же проведенные измерения показали, что была применена пластиковая бомба, содержащая двадцать килограммов взрывчатки, которую заложили в автомобиль, и что при этом использовалось значительное количество порошкообразного цемента, служившего наполнителем и обеспечившего направленность взрыва именно на проезжающий автомобиль. Вывод: взрывное устройство сделано вручную специально для уничтожения конкретной цели при незначительных сопутствующих разрушениях. При этом Бакстер мог утверждать с высокой степенью уверенности, что создатель бомбы на каком-то этапе своей карьеры закончил специальные военные курсы по подрывному делу.

В одиннадцать перезвонили из Интерпола и сказали, что взорванный «БМВ» уже три месяца значится у них как угнанный в итальянском городе Перудже. Из Италии его перевезли в Марсель, и уже потом он попал на территорию Соединенного Королевства через Портсмут. Угнанный автомобиль был легализован через компанию с ограниченной ответственностью «Бартон и Бэттл», официально зарегистрированную в качестве импортера автомобилей. Через две недели эта фирма продала его некоей миссис К. О'Харе, проживающей в Манчестере.

А в полдень к Бакстеру по рации поступило новое сообщение, которое существенно изменило направление его поисков, придав им новый импульс.

— Босс, это Мак. Есть минутка?

Звонил Аластер Маккензи двадцати четырех лет, недавно открытая Бакстером восходящая звезда сыска. Он носил очки с линзами, по толщине похожими на донышко бутылки от кока-колы, и обладал врожденной интуицией, которая, как известно, либо есть, либо нет.

— Я там на месте происшествия кое-что нашел.

— Но мы обшарили всю воронку, — хитро проговорил Бакстер, разыгрывая из себя адвоката дьявола, — и ни черта не обнаружили.

— Ну а мне захотелось еще раз все там осмотреть, — возразил Маккензи. — Решил опробовать «Микровайпер».

— И тот, разумеется, не подвел. Вот за что я тебя люблю, дружище. Не уезжай, я сейчас буду.

Бакстер швырнул пластмассовый стаканчик с остывшим кофе в мусорную корзину и быстрым шагом пошел по улице. Он увидел, что Маккензи стоит внутри воронки, края которой доходят ему до пояса. Этот долговязый верзила держал в руке кабель в металлической оплетке, тянущийся от раскрытого алюминиевого чемоданчика, который лежал на земле у самых его ног. На другом конце кабеля имелась миниатюрная камера, передающая изображение на высококонтрастный экран внутри чемоданчика. Этот прибор и назывался «Микровайпером», по сути безотказный переносной микроскоп с тысячекратным увеличением.

— Взгляните сами, — предложил Маккензи. — Я нашел какой-то обломочек, вплавленный в нижний слой асфальта. И вывел его изображение на экран.

Бакстер спрыгнул в кратер и встал на колени рядом с прибором.

— Это