Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Задачка не из легких, – сказал он. – В плане доказательств. Они могут быть где угодно.

– Вот именно, – произнес Игер-Райт из своего угла. – Однако появилась надежда найти их после того, как кто-то решил в нас пострелять.

Кэмпион закивал.

– Добрые люди среди власть имущих провели кое-какие поиски и пришли к заключению, что часть этих документов, регалий и всякого прочего могла попасть в руки некоего заинтересованного лица и это лицо будет держать их при себе, пока не придет время заключить сделку. Господа в Лондоне полагают, что тянуть больше нельзя. Им не терпится выманить владельца на свет, если он и впрямь существует. Наше эффектное путешествие в Аверну и неспешное возвращение через Европу – не что иное, как самореклама. Мы намеревались дождаться предложения о покупке и вцепиться в предложившего бульдожьей хваткой. Насколько мне известно, даже было принято решение восстановить при необходимости титул граф Понтисбрайт. Дело в том, что нашим нанимателям ничего не светит в Гаагском суде, если они не смогут предоставить доказательства. До сих пор никто не вышел на переговоры. Но кто-то попытался нас убить, и за нами тщательно следят с того момента, как мы покинули королевство, так что, похоже, мы потрудились не зря. Что беспокоит, так это задержка. Как ты уже можешь судить, дело весьма и весьма серьезное. Насколько я понимаю, вся Европа может вспыхнуть, если определенные силы сочтут, что за Аверну стоит повоевать. А уж предлог найти не проблема.

– Понятно. Вы видели стрелявшего?

– Мельком, – сказал Фаркьюсон. – Недругов было двое. Один с запоминающейся наружностью – волосы растут на лбу клином, доходящим чуть ли не до переносицы; это называется вдовий пик. Он следил за нами какое-то время, а в Бриндизи, когда мы садились в поезд, выстрелил. К сожалению, нас тотчас окружила толпа, и, хотя мы погнались за злоумышленниками, настичь их не удалось. С тех пор парня с вдовьим пиком мы не видели, но его сообщник, коротышка с крысиной мордочкой, страдающий хроническим насморком, здесь, в отеле, на одном этаже с нами.

– Неужели?! – взволнованно воскликнул Гаффи. – Это тот, чей номер обыскивали?

Его невинное замечание ошеломляюще подействовало на аудиторию. Игер-Райт взвился на ноги, а мистер Кэмпион перестал ходить по комнате и строго взглянул на Рэндалла.

– Флёри мне сказал, – поспешил объяснить Гаффи. – Именно поэтому он и захотел узнать, кто вы такие. Гость пожаловался ему, что один из вашей компании, некто У. Смит, рылся в его вещах. Разумеется, Флёри боялся дать ход жалобе, не убедившись в том, что вы не являетесь особами королевских кровей, путешествующими инкогнито. И вот еще что: перед самым обедом, когда я подъезжал к гостинице, я увидел человека, который вылезал из окна на вашем этаже. Это был которышка с крысиной мордочкой, и на нем был коричневый костюм.

– Он самый, – вымолвил Игер-Райт. – Должно быть, Лагг его вспугнул.

Мистер Кэмпион, внезапно помрачнев, обернулся к Игер-Райту.

– Тебя не затруднит разыскать Лагга? – сказал он. – Гаффи, У. Смитт – это старина Лагг; мы все здесь под другими именами. Интересно, что дуралей натворил в этот раз?

Через пять минут Игер-Райт вернулся; его глаза горели любопытством. Следом, хромая, задыхаясь и негодуя, вошел слуга и порученец мистера Кэмпиона Магерсфонтейн Лагг.

Это был мужчина огромного роста. Нижняя часть его широкого бледного лица пряталась под длинными черными усами, но у него были живые и умные глаза кокни, даром что он почти не расставался с напускной скорбью. То обстоятельство, что он когда-то был вором-взломщиком, но, по его собственному выражению, потерял форму, делало его ценным союзником Кэмпиона, которому он был предан. В уголовном мире для мистера Лагга не было тайн.

Сейчас на нем был роскошный черный костюм – как и полагается джентльмену, прислуживающему джентльмену. Но сидел этот наряд на огромной фигуре неловко, тем более что не было в этой фигуре ни малейшего подобострастия, которое надлежит изъявлять слугам. Он воинственно воззрился на хозяина.

– Нельзя даже вздремнуть после обеда, что ли? – прорычал он. – «Да, милорд», «нет, милорд» – и так без передышки. Мне это порядком надоело.

Кэмпион нетерпеливо отмахнулся от его жалоб.

– Сопливый Эвардс удрал из отеля через окно. А перед этим наябедничал администрации, что его номер обыскал типчик, очень похожий на тебя.

Мистер Лагг остался невозмутим.

– А я все гадаю, засек он меня или нет.

– Вот что, Лагг, это никуда не годится. Собирай-ка свои вещички и возвращайся на Боттл-стрит. – Мистер Кэмпион был скорее огорчен, чем рассержен.

– Манеры, значит? – зло процедил помощник. – Мне не нравится вот так разговаривать с вами перед вашими приятелями, но с чего бы нам чиниться и все такое, когда мы наедине? Может, вы и король, но не для меня. Ладно-ладно, уеду. Но вы пожалеете! Да, я заглянул в номер Сопливого, но не рылся в его чемоданах, зря наговариваете. Я тронул только его утреннюю почту. Кто угодно мог это сделать. Он в ванной был, а я тихонечко проскользнул и быстренько прочел письма – сразу после того, как он сам их прочел. И если хотите знать, там было кое-что интересное. Ключик ко всему нашему делу. Хотел показать его вам, как только застану одного. А что теперь? Нипочем не покажу! Я возвращаюсь в Лондон.

– Выброшенный, как изношенная перчатка, – с сарказмом произнес мистер Кэмпион. – Все играешь с огнем… Ладно, возвращайся – воля твоя.

Мистер Лагг смягчился, но сделал вид, что не услышал напутствия.

– Значит, смылся Сопливый? – спросил он. – Ничего удивительного. Я оставил на туалетном столике записку. Мол, узнаешь, каково это – заглянуть вовнутрь собственной башки, если еще раз увижу твое грязное рыльце. Само собой, записка анонимная, но раз уж он меня засек, можно понять, почему он сорвался в такой спешке.

– Так что там насчет ключа? – спросил Кэмпион.

Сделав жест капитуляции, мистер Лагг снял пиджак, расстегнул жилет и достал из внутреннего кармана скомканный лист бумаги.

– Вот, держите, – сказал он. – Вы деретесь по-вашему, по-джентльменски. Говорите «пардон» и «боюсь, я вынужден вас побеспокоить». А нормальный человек, когда нужно победить в драке, просто берет и делает это, как Господь велит, то есть самыми естественными и грязными способами. И ежели вам претит читать чужие письма, это я верну на место.

– Лагг, в тебе есть нечто положительно ужасное, – с отвращением проговорил мистер Кэмпион и взял бумагу.

Глава 3

Наниматель сердится

Листок, который держал в руке мистер Кэмпион и в который остальные заглядывали через его плечо, был замусолен донельзя, но написанное вполне