Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

– Черт! – послышалось сзади.

Фредди оглянулся. Два черных силуэта застыли в сумраке на гребне насыпи. Один вытянул руку, указывая на беглеца.

Тишину снова расколол выстрел.

Такой боли мальчик еще не испытывал.

Негодяй, каких свет не видывал

Глава 1

Наши дни

– Ну, в наше время это ерунда, – хмыкнула Конни, – мало ли таких кругом.

– Мы выставляем напоказ не гомосексуализм Слимана, – возразил Дэвид, – а его непорядочность по отношению к жене и детям.

– Да уж, – в динамиках автомобиля хрипловатый смешок Конни прозвучал еще язвительней. – Барри Слиман – кто бы мог подумать! Давно это с ним?

– Сомневаюсь, что недавно. Да и какая разница? Факт есть факт, я заснял его на камеру. Все ясно как день, не отопрешься.

– Давай уточним… Ты дежурил у его дома в Биконсфилде и следил за ним, пока не застукал?

– Недолго, всего пять вечеров.

– Тем не менее, дорогой. Из Биконсфилда в Сохо путь неблизкий, так что свои денежки ты заработал честно.

– Значит, ты довольна?

– Как же иначе! Заголовок на обложке и центральный разворот тебе обеспечены. Отличное вступление, кстати.

Дэвид знал, что ей понравится. На развилке он свернул налево к торговому центру «Теско».

– Крепкий орешек расколот! – прочитала Конни вслух. – У звезды британских сериалов Барри Слимана, известного ролями крутых полицейских, отважно разгребающих нечистоты лондонских трущоб, внезапно обнаружился не один лишь профессиональный интерес к ним. Брутальный бородач всемирно знаменит своим бесстрашием в стычках с маргиналами, однако последний эксклюзивный репортаж «Скендлес» демонстрирует и несколько иной характер его тайных встреч. Сорокавосьмилетний уроженец Йоркшира Слиман, женатый, отец троих детей, давно прославился своими психологичными образами мужественных героев с сомнительным прошлым, но твердыми личными принципами.

Однако, судя по итогам расследования репортера «Скендлес» Дэвида Келмана, сомнительным представляется не только прошлое, но и настоящее актера, и личных принципов Слиману явно недостает. Где он выказывает твердость сейчас, можно лишь догадываться, но прошлым субботним вечером ее испытал на себе молодой человек по имени Сид, который весело признался нашему неустрашимому охотнику за новостями: «Замутить с такой симпатичной знаменитостью, как Слиман, – просто фантастика! Я знаю, он частенько здесь бывает, хоть никогда и не признается, но для такого, как я, это неслыханная удача. Обычно я довольствуюсь всяким отребьем…» – Конни прервала чтение. – Похоже, этот твой Сид разговорился вовсю.

– Да уж, поболтали с ним в баре, когда Слиман уехал домой, – хмыкнул Дэвид. – Ты удивишься, сколько может наплести подобный тип, если подкинуть ему пару фунтов.

– Так или иначе, дорогой, поработал ты на славу.

Это он знал и сам. Фото и видео, архивированные и приложенные к статье, репортер собирал долго. Вечер за вечером в разных местах пригородной аллеи, где стояла вилла Слимана с семью спальнями, Дэвид проводил долгие часы, лелея надежду, что именно сегодня повезет. Поэтому, когда тот самый вечер наконец настал и актер вышел из дома необычно поздно, проехать следом сорок миль до обшарпанных гаражей в Стэнморе, где тот оставил свой классический родстер с мягким верхом и двинулся в Лондон в побитом старом «рено», было уже сравнительно просто.

– Где теперь Слиман? – спросила Конни.

– На Канарах. Семья улетела раньше на летние каникулы, а он задерживался, чтобы доснять еще что-то для нового фильма.

– Или снять кого-то? – Конни вновь усмехнулась. – Так или иначе, когда выйдет статья, он мигом окажется дома. Ты рассчитываешь на обычную ставку?

– Еще чего! – Дэвид вырулил на стоянку у супермаркета. – Минимум на двойную, или я отдаю материал в «Титл-татл».

– Двойную?! – в голосе всегда невозмутимой Констанции Керзон звучало возмущение.

– Конни, я ведь снял не только то, как Слиман тискает паренька на танцполе, но и как развлекается с ним за мусоркой во дворе.

– Дэ-эвид, ми-илый… – обычно она так растягивала слова, когда пыталась скрыть гнев из уважения к собеседнику. – Я тебя боготворю, но никак не собираюсь платить вдвое больше.

– А ты думаешь, это было просто? Плюс ко всему мне пришлось немало потратиться: и швейцару приплатить, и машины поменять для слежки. В конце концов, Оли Хьюберт из «Титл-татл» всегда готов…

– Ладно, я тебя поняла, – бросила она сердито. – Только постарайся, чтобы такое свинство не вошло у тебя в привычку.

– А разве мы не свинством с тобой занимаемся?

Она повесила трубку, и Дэвид припарковался на ближайшем свободном месте. Заперев свою красную «фиесту», он отправился в торговый центр.

Свинство, так и есть. Все это занятие – одно сплошное свинство! Даже думать не хочется, насколько. Когда-то он применял свои навыки с пользой, обличая тех, кто реально угрожал обществу, а не просто грешил по мелочам или стыдился своего прошлого. Для знаменитого прежде мастера журналистских расследований нынешняя работенка полегче, и тем не менее – унизительна.

Из того разрушенного гаража Слиман выглянул, как перепуганный кролик из норы, а его убогая маскировка – джинсы, худи и темные очки – никого бы не обманула. Темные очки, подумать только, и это уже почти в сумерках! Проследить и сделать снимки ничего не стоило. Пьяница-детектив Кранкворт, герой Слимана из «Блад сити», в два счета обнаружил бы «хвост», а у самого актера кишка тонка, кто бы сомневался.

Репортер спокойно шел за ним пешком до самого конца Эджвер-роуд, и этот увалень даже в бар для голубых зашел через парадный вход. Дэвиду уже хватило бы, чтобы заработать пару фунтов на репортаже, но Слиман решил не останавливаться на достигнутом…

Нет, отсутствие у парня тех качеств, за которые зрители так обожают его на экране, еще не повод для презрения. Есть целых четыре куда более весомых причины – жена и трое маленьких детей. Впрочем, отмазка все равно гнилая, да и публике подобные истории уже поднадоели.

Раздраженный невозможностью оправдаться перед самим собой, Дэвид поступил как всегда, выбросив «лживого подонка» из головы.

В супермаркете он набрал полную корзину еды и двинулся к журнальным стойкам. Затянутый в пленку свежий номер «Скендлес» красовался на верхней полке, демонстрируя на обложке фото Салли Рипли, известной дикторши из прогноза погоды. Телезвезда сидела в переполненном пабе и пьяно таращилась в камеру, бесстыдно задирая свитер с бюстгальтером. Ее грудь была бы видна целиком, не будь изображение нарочно размыто.

РИПЛИ ПОД ГРАДУСОМ

– кричал жирный заголовок. Ниже пояснялось:

Завсегдатаи бара таращатся на четвертый размер поддатой красотки

Мелкий шрифт предупреждал об откровенных изображениях внутри.

В нижнем углу над милой улыбкой известной пожилой актрисы в одной из ее последних телеролей разместился второй заголовок:

СВЯЗИ С ГАНГСТЕРАМИ?

Правда ли, что всеми любимая