Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

была, в основном, ориентирована на торговлю. Круглосуточные магазины и рестораны быстрого питания были везде, куда ни глянь. Некоторые из них были открыты круглосуточно, что означало, что в этом районе всегда было хоть какое-то движение. Он увидел, как фары движутся в обоих направлениях. Шансы были велики, по крайней мере, одни из них могли принадлежать полицейскому патрулю. Теперь, когда все было кончено, глупость того, что они делали под открытым небом, ошеломила его. Он вспомнил, насколько уязвимым и обнаженным он чувствовал себя во дворе МакKензи. Теперь это чувство усилилось как минимум в тысячу раз.

Было тревожно ехать до дома или туда, куда они повезут девушку, Чип открыл дверцу со стороны пассажира, но не сразу сел в машину. Что-то в его периферийном зрении отвлекло его. Он повернулся полукругом и посмотрел на ближайший фонарный столб. Его грудь сжалась при виде камеры, установленной на кронштейне.

Он почувствовал, как струйка пота вытекла из его подмышки.

Лиза посигналила, заставив его подпрыгнуть.

— Черт возьми, Чип. Ты садишься или нет?

— Да. Извини.

Он понятия не имел, действительно ли камера работала. В некоторых местах устанавливают нефункциональные камеры в надежде, что их простое присутствие будет сдерживать сомнительную деятельность. Но эти места были, в основном, в более пустынных районах, где они не могли позволить себе дорогое оборудование для мониторинга. Он сомневался, что это будет проблемой здесь, и задавался вопросом, сидел ли какой-то скучающий охранник в комнате где-то поблизости, следя за камерами, установленными на этой парковке. Вероятно, нет, но он не мог исключить такую возможность. И если кто-то наблюдал, Чип должен был задаться вопросом, что мог сделать этот невидимый наблюдатель, когда Лиза стучала по багажнику и разговаривала с ним.

— Блядь, куда ты там пялишься?

Чип сел в машину и захлопнул дверцу.

— У меня есть серьезные опасения по поводу нашего современного сообщества наблюдения. «Большой брат» всегда наблюдает.

— О чем ты болтаешь?

Чип пожал плечами.

— Ничего такого. Я просто немного потрясен всем, что случилось. Все это меня догоняет.

Лиза похлопала его по колену.

— Бедняга. Я знаю, у тебя была тяжелая ночь. Видел какое-то дерьмо, которого не ожидал увидеть. Но через некоторое время ты сможешь расслабиться и немного выпить, тогда все станет выглядеть ярче. Ты увидишь.

Чип кивнул.

— Ну, если ты так говоришь…

Лиза завела машину и выехала из углового парковочного места. После того, как она переключила передачу и направила «Понтиак» к выезду из парковки, она нажала на газ, и раздался визг резины. Чип вжался в свое кресло, держась за ручку дверцы, когда Лиза направила машину в поток автомобилей на скорости, приближающейся к объявленному ограничению скорости.

Лиза засмеялась и стукнула его по плечу.

— Ты бы видел себя. Выглядишь напуганным до смерти.

— Можешь ехать немного помедленнее? Пожалуйста!

Лиза нажала на педаль газа, заставив двигатель зареветь, и пересекла разделительную полосу, пролетая мимо всех машин на правой стороне дороги. Чип поморщился, ожидая, что мигающие огни полицейских появятся в любую секунду.

— Ладно, не будь сукой. Помедленнее.

В ответ Лиза поехала еще быстрее, сжимая пальцы вокруг руля и все время улыбаясь, как маньяк.

Сердце Чипа бешено колотилось. Если она скоро не избавится от этого безумия, он начнет задыхаться.

— Лиза. Пожалуйста. Я умоляю тебя.

Лиза, наконец, отпустила газ и позволила «Понтиаку» вернуться к более разумной скорости. Она посмотрела на Чипа и засмеялась.

— Мне нравится, когда ты умоляешь, детка. Меня это заводит.

Чип прислушался к бьющемуся сердцу за мгновение до ответа.

— Я буду умолять обо всем, что пожелаешь, если это то, что нужно, чтобы заставить тебя перестать вести себя так чертовски безрассудно.

Выражение ярких глаз и игривое волнение покинули черты Лизы так быстро, что это было шокирующим. Как будто кто-то переключил канал с «Cartoon Network» на какую-то суровую мыльную оперу. Выражение ее лица стало угрюмым, а глаза — тяжелыми и лишенными жалости. Она молча удерживала взгляд Чипа достаточно долго, чтобы ему стало неловко.

Затем она хмыкнула и переключила свое внимание на дорогу.

— Ты должен следить за тем, как говоришь со мной, Чип.

Молчаливая пауза.

Затем:

— Я жду.

Чип нахмурился.

— Чего?

— Твои долбаные извинения.

Как всегда, он знал, что нет смысла спорить с ней. Она не теряла аргументов, несмотря ни на что. Будет только хуже, если он не даст ей то, что она хочет.

— Я извиняюсь за то, что наехал на тебя. Я был неправ.

— Ты вел себя, как ребенок, — Лиза подняла руку, повернув ладонь к нему, прежде чем он успел ответить. — Ладно. Больше не будем об этом говорить.

Это было хорошо для Чипа. Он не хотел больше тратить время на то, что она не будет разумной в любом случае. Они ехали в полной тишине еще несколько минут, пока Лиза вывозила их из процветающего сердца города в мрачную, более измученную южную часть, где многие здания были разрушены и помечены граффити банд. Она уезжала подальше от дома, а не ближе к нему. Трейлерный парк, где они жили, был на северной стороне, сам по себе совсем не высококлассный. Тем не менее, северная сторона была блестящим раем по сравнению с этой частью. Он хотел расспросить Лизу об этом, но ее затяжная угрюмость еще долго сдерживала его язык.

В какой-то момент они остановились на светофоре в месте, где происходила явно незаконная деятельность. Несколько молодых афроамериканцев слонялись без дела на углу. Один из них разговаривал с водителем машины, на холостом ходу. Он что-то передал водителю, и машина умчалась. На противоположной стороне улицы стояла худенькая, молодая женщина в крошечной виниловой юбке и неоново-розовом топике. Она шаталась на смехотворно высоких каблуках, пока ходила взад-вперед по тому же маленькому клочку тротуара и пыталась заглядывать в глаза проезжающим автомобилистам.

Лиза усмехнулась.

— Ты хочешь этого шлюхана?

— Нет, — нахмурился Чип. — А с чего ты взяла, что она чувак?

— Бедер нет, — она снова засмеялась. — И посмотри на этот кадык. Но эй, это круто, детка. Я в порядке, когда ты исследуешь свою сексуальность, если ты этого хочешь.

Чип покачал головой.

— Нет, спасибо.

Свет стал зеленым. Лиза держала ногу на педали тормоза.

— Ты уверен? Смотри, «она» смотрит прямо на нас. Давай, я знаю, ты хочешь ее. Его. Это.

— Не могла бы ты перестать угорать надо мной?

Лиза хихикнула, проезжая через перекресток.

— Ты — большой надутый шар. В чем, блядь, твоя проблема?

— Я устал.

Она фыркнула.

— Точно. Конечно. Это просто оправдание, которое ты используешь, когда не хочешь обсуждать реальную проблему.

Она