Зарубежный детектив 2026-10 - Кейт Аткинсон

с одиннадцатью с половиной миллионами гульденов комиссии, которые причитаются «Кристи»? И зачем вообще «СофтГоу» доводить до конца покупку индонезийской фабрики Кабибарты, если «Каказ» может просто выкупить их по отдельности?

Петер пропустил эти протесты мимо ушей. — Разумеется, «Кристи» не получит одиннадцать с половиной миллионов, — успокоил он его. — В сложившейся ситуации мы согласны на половину — пять целых семьдесят пять сотых миллиона. Кроме того, прямо сейчас мы договариваемся, что «Кристи Н.В.» сама берет на себя все дополнительные расходы на выплаты Хасану Анасу и Маде Кабибарте.

Это подействовало. Поразмыслив, Бенджамин Холден назвал свою цену продажи «СофтГоу» компании «Каказ». Эта сумма с лихвой покрывала и его затраты на покупку индонезийской фабрики, и урезанную комиссию «Кристи», оставляя ему гигантскую прибыль для безбедной и роскошной жизни на пенсии. — Да какого черта! — сказал он. — Кому вообще охота работать с этими чернокожими дикарями? — Он рассмеялся. — И кому вообще охота закачивать газы в каблуки обуви? — Он хохотал так, что на заднем плане загрохотал его письменный стол. — Кому охота возиться с итальянской прошивкой краев? Да кто вообще в здравом уме захочет шить обувь?

Марьян ван Эк притихла, когда Петер назвал ей цену, которую затребовал Бенджамин Холден за продажу «СофтГоу». Лишь после того как она осознала, что фабрика Маде Кабибарты переходит к ним в рамках этой же сделки (поскольку «СофтГоу» уже выкупила ее), она наконец смогла облегченно вздохнуть.

— Сначала нам нужно созвать внеочередное общее собрание акционеров, чтобы утвердить покупку конкурента, — сказала она.

— Нет, об этом не может быть и речи, слишком долго. Ограничьтесь созывом совета директоров — в конце концов, именно этим людям принадлежит большинство акций. Просто позаботьтесь о том, чтобы предоставить нам необходимые подписи до трех часов дня. Предложение Бенджамина Холдена будет доставлено вам курьером через час. Я отправлю договор с Маде Кабибартой по факсу через двадцать минут в качестве приложения. Привлеките пару других крупных акционеров для подтверждения сделки. Уверен, на общем собрании акционеры расценят эту ситуацию как форс-мажор.

Час спустя Петер позволил себе подвести итог расчетов.

8 миллионов от «Каказа».

5,75 миллиона от «СофтГоу».

Минус 2 миллиона для компенсации Маде Кабибарте.

Минус 1 миллион для Хасана Анаса.

Итого: 10,75 миллиона гульденов чистой прибыли. Примерно то, во что изначально оценивалась сделка, и на 2,75 миллиона больше личной гарантии Бенджамина Холдена.

Теперь оставалось лишь вычесть свои последние расходы, размер которых он, разумеется, определял сам.

Он написал несколько слов на фирменном бланке, вложил чек и запечатал конверт.

В общем, очень недурно для пятницы, тринадцатого.

Затем он откинулся на спинку кресла и еще раз посмотрел на иконки на экране. Пора переходить к следующей проблеме. Безупречно ровный ряд, в котором выстроились значки, мог быть безжалостным.

— Линда Якобс! — позвал он. — Зайдите ко мне, пожалуйста!

Ее прическа была растрепана, как всегда, когда она только что стояла, склонившись над факсом в приемной.

— Все готово? Все документы отправлены? — спросил он.

— Да! — ответила она сдавленным голосом, хотя почти не двигалась и больше часа не произносила ни звука. Прежде она сияла бы как солнце, радуясь невероятному повороту дел и отличной прибыли, но сегодня она не сияла.

Он кивнул. — Госпожа Якобс! Вам известно, кто заходил в мой кабинет вчера после моего ухода?

Именно прямая форма обвинения заставила ее выдать себя. Слово «кто», а не какая-то обтекаемая формулировка. То, что он знал наверняка, а не просто предполагал.

Она выдала себя тем, как испуганно и болезненно распахнулись ее глаза, словно ей в лицо что-то бросили. И хотя она мгновенно взяла себя в руки, было уже поздно — впрочем, она об этом наверняка не догадывалась. — Нет! — ответила она. — Не считая того, что я заносила почту, здесь никого не было. Кабинет был заперт, когда я пришла утром.

— Спасибо. — Петер проводил ее взглядом, пока она закрывала дверь. Назад она не оглянулась.

Он еще раз взглянул на иконки. Теперь сомнений не оставалось. Один из значков сместился чуть вниз и больше не стоял в один ряд с остальными. Сущая мелочь. Он кликнул на строку меню, навел курсор на «Упорядочить значки» и щелкнул мышью. Иконка встала на место. Всего на полмиллиметра, но это были лишние полмиллиметра на его идеальном рабочем столе.

Он вздохнул. Значит, и Линда Якобс тоже! Ему было искренне жаль — и себя, и ее семью.

Он дважды кликнул на злосчастную папку под названием «Новые проекты». Открыл ее, но ничего необычного не заметил.

Он резко поднялся и до смерти напугал Линду Якобс, вихрем вылетев из кабинета. Она лихорадочно бросила телефонную трубку. Еще одна оплошность.

Томас Клейн все еще держал руку на телефонной трубке, когда Петер вошел в его берлогу. Все в точности так, как он и предполагал.

— Черт возьми! — воскликнул Клейн, отпуская трубку.

— Да, извини, что врываюсь. Я думал, ты болен, Томас! Звони, звони, мне нужно только одолжить вот это.

Петер вытянулся во весь рост и достал с самой верхней полки гигантского шкафа, возвышавшегося за спиной Томаса Клейна, самый толстый том юридических документов.

— Все в порядке! — сказал тот и положил трубку. — Я уже закончил. — Клейн был мастером читать людей. Он безошибочно истолковывал любое нервное движение — сущий кошмар для тех его оппонентов, кто имел склонность лгать. Он пристально смотрел на Петера. Было очевидно, что он задействует эту свою способность на полную мощность.

— Утром, когда я проснулся, мне стало гораздо лучше, — сказал Клейн с таким видом, будто его мозг лихорадочно просчитывал варианты. Он наполовину приподнялся со стула. — Обязательно скажи, если я могу чем-то помочь. — Он осекся, заметив предупреждающий жест Петера. — Линда Якобс только что сообщила мне, что контракт с «СофтГоу» закрыт, — продолжил он.

Петер посмотрел на него с одобрением и подумал: «Что ж, почему бы и нет? Отличное объяснение и руке на трубке, и застигнутому врасплох виду. Очень просто и логично». Он позволил своему одобрению отразиться на лице.

— Значит, «Каказ» выкупает «СофтГоу», — сказал Томас. Его беспокойство было едва заметно, но оно присутствовало.

Петер сохранял бесстрастное выражение лица. — Позже сегодня нам нужно провести совещание руководства, чтобы перераспределить задачи. — Он похлопал Томаса по плечу, что, по-видимому, того успокоило. На это и был расчет. — Теперь у нас