Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

– Сын Мурада… Давидовича. Мин… Министра.

Давлат резко разжал пальцы, словно обжёгся, и, встретив недоуменный взгляд Руслана, встал на ноги.

Повисла тишина, которая была необходима каждому в гараже. И если братья Вавиловы молчали, переваривая услышанное, то Владимир, прерывисто дыша, продолжил:

– Надеюсь, ему… достанется больше… чем мне…

И кажется, что сама Судьба решила сыграть с ними в интересную игру. Потому что в этот момент зазвонил телефон Давлата. На экране высветилось имя Александра.

– Мне есть что показать, – послышалось в динамике, без всяких приветствий. Голос Александра был напряжён. – Это запись с видеокамеры, что Ратмир установил у двери в квартиру Миры.

– Хм… – Давлат посмотрел на притихшего Руслана, который не отрывал от него взгляда, а затем коротко произнёс, обращаясь и к Александру, и к младшему брату. – Мы едем.

Принимай настоящее во всех его оттенках. Научись не бояться быть собой и стойко отражать удары Судьбы.

«Предначертанная 2» | Глава 17

Глава 17

– Я не приеду на помолвку, – сказал Алан спокойным, но категоричным тоном.

На другом конце телефона затараторил женский голос.

– Нет, – повторил он и, отключившись, положил телефон на стол.

Мира завтракала, а точнее, пыталась завтракать, с трудом запихивая в себя еду. Перед глазами раз за разом возникали обрывки смутного сна.

Алан с утра пребывал не в самом радужном настроении, и, хотя по его лицу сложно было понять, какие чувства его одолевали, было видно, что он находился в напряжении.

– Речь о помолвке твоей сестры Дили и хирурга Микаэля?

Алан поднял на Миру глаза, не сразу вспомнив, откуда она могла знать об этом. После небольшой паузы он коротко ответил:

– Да.

– И ты не хочешь идти? Почему?

– Тебе не кажется, что с утра ты слишком разговорчива?

Мира поставила чашку с чаем на стол и слегка склонила голову на бок, заглянув в глаза Алана.

– Ты что, боишься их?

Алан посмотрел на неё исподлобья, желая прожечь её испепеляющим взглядом. Но Мира мало того что продолжала смотреть на него под непривычным углом, так ещё и терпеливо ожидала ответа.

– Не угомонишься? – грубо произнёс Алан, видя, что та будто забавлялась.

Он собирался встать из-за стола, но резко остановился, когда Мира выпрямилась на стуле:

– Мне кажется, что ты слишком долго прячешься от мира.

С губ Алана сорвался то ли злорадный смешок, то ли раздражённый рык, но с места он так и не сдвинулся.

– И что ты мне предлагаешь сделать? – спросил он ледяным тоном. – С этим рыцарским лицом явиться на вечер, где будет чуть ли не весь город? Или же отправиться на день рождения отца, где он соберёт своих близких?

– Да. Именно, – подтвердила Мира, выдержав прямой взгляд Алана. – Именно с этим лицом, с этим телом и с этим сердцем ты, Алан, младший сын Мурада Давидовича и сводный брат Дили, должен явиться на её помолвку и напомнить всем, что ты есть. А ты, Алан, есть!

– Ты дура или прикидываешься? – Алан шумно и демонстративно задвинул стул за стол. – Я правда до сих пор не могу понять этого.

Мира улыбнулась. Удивительно, но ни его слова, ни его тон не задели её за живое, а Алан, скорее всего, только этого и добивался.

– Учитывая, что я нахожусь под твоей крышей, догадайся с первого раза.

– Храбрая Мира, – недовольно пробурчал Алан и вышел из кухни.

Улыбка Миры угасла, стоило ей заметить край белого конверта, что торчал из её сумки, которая висела на спинке стула.

* * *

Алан, как обычно, притормозил у шлагбаума на дороге, ведущей в коттеджный посёлок. Мира, холодно попрощавшись с ним, вышла из машины и направилась по привычному пути, который вёл к центральной улице, а по ней – уже к одному из красивейших домов в округе.

Пребывая в своих мыслях, Мира вскоре прошла во двор мимо серебристого Lexus и на мгновение замедлила шаг. Внутри неё что-то замерло. Как бы Махира ни настаивала, она не примет этот подарок. Хоть у неё и были водительские права, она не возьмёт то, что ей не принадлежало. С этими мыслями Мира направилась к крыльцу дома.

Входная дверь приоткрылась, и из неё показалась маленькая фигура Аиши. Девочка, увидев Миру, выбежала ей навстречу. Её большие, невероятно красивые серо-зелёные глаза светились радостью, распущенные кудрявые волосы развевались на ветру.

Мира улыбнулась. Как можно было не обрадоваться, глядя на это маленькое прелестное создание? Девочка выглядела довольно хрупко, да и младше своих шести лет, но эти сверкающие глаза и сладкие ямочки на щеках покоряли с первого взгляда.

Аиша подбежала к Мире, девушка присела на корточки и протянула к ней руки ладонями вверх. Девочка радостно ударила по ним своей маленькой ладошкой. Прозвучал тихий звук хлопка.

– Ну привет, мой домовёнок. Как ты? Мы вчера не виделись, и я уже успела соскучиться!

Аиша прильнула к ней, и Мира приобняла её, чмокнув в лоб. А потом коснулась её тёмных завитушек и слегка потянула один из локонов вниз.

– Господи, какие же красивые кудри! Не налюбуюсь!

Девочка засияла.

Мира поднялась на ноги и протянула ей руку.

– Пойдём в дом? Думаю, твои бабушки Махира и Нина ждут не дождутся, когда накормят нас. И я, кстати, проголодалась, а ты?

Но в этот момент взгляд девочки устремился куда-то поверх её плеча. Мира проследила за ним и поняла, что Аиша почему-то смотрела на балкон третьего этажа. Сердце в груди Миры судорожно сжалось.

– Ты что-то заметила? – неожиданно спросила она, сама не понимая, почему задала малышке столь странный вопрос. Хотя нет, Мира вспомнила, что когда в первый раз приехала в дом Ибрагима Асадовича, то заметила тень на балконе. А потом узнала, что там находится комната Лейлы.

Аиша посмотрела на Миру молчаливым взглядом, а затем вновь устремила свои глаза вверх.

Мира ещё раз проследила за направлением детского взгляда. Холодок пробежался по её спине. Значит, так оно и было.

В попытке отогнать тревожные мысли, Мира протянула руку Аише.

– Пойдём, домовёнок.

Аиша взялась за её руку и последовала за ней, больше не оглядываясь на балкон.

* * *

Мира и Аиша прошли на кухню, откуда доносился аромат свежеиспечённых шоколадных кексов. Манящий сладковатый запах чувствовался уже в коридоре.

На столе в отдельных мисках лежали нарезанные овощи и разделанная курица, печь была включена – видимо, Нина