Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

– О, простите! – закричал Дэвид. – Пожалуйста… Я не хотел…

Из гостевого дома выше по лестнице выскочил молодой блондин с гладкой прической в белых мокасинах, белых плавках и такой же белой толстовке на молнии, расстегнутой на голом мускулистом торсе. Он бросился вперед и перегнулся через перила, глядя вниз.

Девушка больше не визжала, а звала на помощь.

– Там извращенец! – крикнула она.

Этажом выше на балкон солярия вышел мужчина постарше в расстегнутой гавайской рубашке и брюках, с коктейлем в руке. Дэвид узнал Джейсона Булстроуда.

Поставив бокал на стол, тот поправил очки и стал свирепо вглядываться в незваного гостя. Дэвид не стал ждать, пока близорукий Джейсон узнает его, включил зажигание, оживляя двигатель «Нептуна», и крутанул руль, чтобы развернуться.

– Гидеон, хватай этого извращенца! – заревел позади Булстроуд.

Молодой человек уже бежал вниз по лестнице к пристани. Поначалу Дэвид принял его за супруга загорающей красотки, но теперь было похоже, что он тут работает. Еще один из бесконечного штата здешней охраны?

– Проверь, нет ли у него камеры! – продолжал орать Булстроуд. – Зак! Зак!

Дэвид снова оглянулся. Теперь разъяренный хозяин окликал кого-то из глубины дома.

– Черт побери! – пробормотал Дэвид, держа курс к далеким очертаниям Порт-Изала. – Только этого мне не хватало!

Двигатель «Нептуна» скрежетал на максимальных оборотах, и все же казалось, что лодка почти не движется. Позади, тревожно близко, раздался утробный рык пары моторов куда мощнее.

Глава 31

– Вы хотите написать о Джеймсе Линче в книге о важных персонах Эссекса? – удивилась Максин Малгрейв, директор тюрьмы Ее Величества Бранкастер, отвечая по телефону накануне вечером.

– Это звучит более легкомысленно, чем есть на самом деле, – начал объяснять Норман. – Когда я работал в отделе новостей газеты «Эссекс Экзаминер»…

– Я хорошо знаю, кто вы и чем занимались, мистер Харрингтон, – собеседница говорила медленно и таким строгим тоном, что он чувствовал себя провинившимся учеником. – Чего я не понимаю, так это почему автор статей о поп-звездах и знаменитых поварах вдруг заинтересовался серийным убийцей.

– За долгие годы я успел взять интервью у самых разных героев новостей, в том числе у людей с трудной судьбой. Вот, к примеру, был актер Чарльз Булфорд, знаете, тот, что едва не пропил свою карьеру, а затем снова пробился к славе и богатству, когда ему было уже за семьдесят. Или Дэнни Рикетсон, футбольный нападающий, который начал в Саутенде, перешел в Ливерпуль, а когда попал в сборную Англии, уже через месяц получил тяжелую травму и перестал выходить на поле. Такие люди могли рассказать немало интересного…

– При всем уважении, мистер Харрингтон, эти люди, хоть и переживали тяжелые времена, оставались на правильной стороне закона. Никто из них даже отдаленно не принадлежал к той же категории, что Джеймс Линч.

– Случается всякое, директор Малгрейв. В Эссексе, как и в любой другой части страны, есть хорошее, плохое и уродливое. Джеймс Линч занимает свое место в нашей истории, нравится это кому-то или нет.

– Джеймс Линч известен как Медуэйский потрошитель, большинство убийств он совершил в Кенте.

– Не считая тех двух, что произошли в Эссексе. Да и сам Линч родился в Харлоу…

Тот факт, что на электронное письмо ответили уже на следующий день, воодушевил Нормана. Это означало, что администрация тюрьмы, по крайней мере, заинтригована перспективой его визита, и Норман понимал причину.

– Моим читателям также может быть интересно, – сказал он, – если я поговорю с Линчем о его опыте жизни в заключении. Репутация у тюрьмы Бранкастер устрашающая, и все же мало кто имеет хоть малейшее представление о том, что там на самом деле происходит внутри.

Собеседница молча слушала.

– Даже по самым высоким стандартам, здесь отбывают наказание худшие из худших, и, соответственно, режим их содержания не может не быть суровым. Что я мог бы, возможно, исследовать, так это – насколько суровым? Например, я не думаю, что условия внутри вашего учреждения даже близко столь плохи, как утверждают некоторые сплетники. Полагаю, учитывая, что все ваши заключенные осуждены пожизненно, в ваших интересах сохранять беспристрастие, ведь в конце концов вам приходится жить с ними рядом.

Теперь Норман напряженно ждал, надеясь, что не выставляет слишком очевидную приманку.

Тюрьма Ее Величества Бранкастер, или Гулл-Рок, пользовалась жутковатой славой. В Великобритании нет смертной казни, но у большинства обитателей тюрьмы не было никакой надежды на освобождение. Помимо пожизненного заключения, во многих случаях им назначались такие минимальные сроки отбытия наказания, как тридцать лет, сорок лет, даже пятьдесят, а в некоторых особых случаях условно-досрочное освобождение вообще исключалось. Повсюду ходили ужасные истории о том, что проклятые души, заключенные в Гулл-Роке, страдают, как ни в одной другой тюрьме Великобритании.

Резкое жужжание вывело Нормана из задумчивости. Он поднял взгляд на внушительные плиты из клепаной стали, из которых состояли внутренние ворота тюрьмы Бранкастер.

Он поплотнее запахнул куртку, не очень защищавшую от дождя, и раздраженно взглянул на низкие тучи, тускло подсвеченные зигзагами молний. Подумать только, всю дорогу на север от Колчестера он видел лишь голубое небо и летнее солнце. Как быстро, по мере приближения к месту назначения, все изменилось.

Тяжело клацнул замок, и одна из секций ворот открылась внутрь.

Журналист шагнул в полумрак. Голые кирпичные стены по обеим сторонам, мокрые каменные плиты под ногами. Он откинул капюшон и расстегнул куртку. Из боковой двери вышли двое неулыбчивых охранников, проверили его портативным металлоискателем, а затем тщательно обыскали. Ему уже советовали не брать с собой блокнот и ручку, так как и то и другое все равно отберут. Вместо этого Норман вооружился диктофоном, к которому, несмотря на заранее полученное разрешение, суровые стражи отнеслись крайне подозрительно, но который в конце концов вернули без комментариев.

Один из охранников удалился, а другой повел Нормана за собой. Под грохот ливня они прошли по крытому коридору, где сквозь высокие окна-бойницы виднелись отблески движущихся прожекторов.

– Этим путем и заключенных приводят? – поинтересовался журналист.

Охранник, высокий, угловатый и угрюмый, казалось, удивился, что к нему обращаются.

– Нет, их привозят с заднего входа, на специальном транспорте, – ответил он. – Эту сторону здания они видят только при освобождении… что не случается почти никогда.

– Значит, все это… – Норман пытался говорить беззаботно, – только для посетителей?

Охранник выдавил улыбку.

– Каких посетителей?

Они подошли к другой стальной двери, которая распахнулась, когда офицер набрал кодовый ключ.

– Сюда, сэр. Сдайте ценные вещи, и вас сопроводят в секцию особого надзора.

– Это что такое?

Вопрос остался без ответа: охранник уже возвращался на пост.

Войдя в дверь, Норман оказался в небольшом помещении с низким потолком, рядом стульев слева и серой кирпичной стеной справа. Впереди за стойкой сидел еще