Последний вздох - Эмма Пиньятьелло

постоянно забывал об этом. Он проживал день, не нагружая ее, не думая о ней, но потом одно неловкое движение бросало его в водоворот мучительной боли. Никогда раньше его не тянуло так сильно назад. В какое-то уже знакомое место. К кому-то.

Но Джетт знал – это пройдет. Кость срастется. И эта боль – ничто в сравнении с той, которую он бы испытал, оставшись и увидев, как Нелла выходит замуж за кого-то другого – за подходящего человека, которого Том и вся семья примут как брата. За того, кем они все будут гордиться. Это также ничто по сравнению с болью, которую он причинил бы ей, оторвав от семьи из-за своих проблем. Нет, уж лучше снова и снова разбивать собственное сердце, чем быть для нее обузой.

Джетт смял в кулаке пластиковую бутылку и бросил ее в желтый контейнер для переработки. (Кевин был ярым поборником ресайклинга, и Джетт однажды видел, как он с гаечным ключом в руке гнался за двадцатилетним выпускником, ставшим помощником менеджера в «Мастерской Кева», за то, что тот не помыл стакан из-под айс-кофе, прежде чем бросить его в контейнер для переработки. Позже Кевин утверждал, что про ключ он просто забыл.) Сегодня Джетт заканчивал пораньше, чтобы отвезти группу пожилых дам, включая тетю Кевина, Ингрид, на игру в бинго в соседний городок. Не находя покоя по вечерам и поймав себя на том, что все равно гоняет по дорогам без всякой цели, Джетт стал неофициальным таксистом для жителей города.

Дополнительные деньги были кстати. Он отвлекался и меньше думал о Бинди-Бинди, когда Ингрид кричала с заднего сиденья на Лауру Ноттингем по поводу абсолютно несъедобного десерта «Павлова» Гертруды Смит. («Киви и ни одной клубники, Лаура, ты можешь такое представить?»)

– Я ухожу, – сказал он Алексу, тому самому выпускнику, который совершил роковую ошибку со стаканчиком айс-кофе.

Алекс согласно кивнул, довольный, наверно, тем, что Джетт не угрожает ему инструментами. В следующую секунду оба обернулись, услышав вдалеке характерный рокот мотора.

– Ждешь кого-то? – Джетт приставил ладонь «козырьком» к глазам.

– Никого. Ого… – присвистнул Алекс, когда автомобиль подъехал ближе.

Сердце Джетта замерло при этом звуке. Восьмицилиндровый двигатель. Блок из алюминиево-кремниевого сплава, алюминиевые головки, влажный цилиндр-лайнер из чугуна, эксклюзивные половинные чехлы с отделкой из нержавеющей стали. Элегантные, классические формы. Король автомобилей. «Роллс-Ройс».

Модель «Корниш I». Классическая красота, сложное и замысловатое устройство. Только тот, кто по-настоящему понимает «Корниш», заслуживает права владеть им, водить его, любить…

Черт возьми, это точная копия того, над которым он работал с…

Нет.

Этого не может быть…

Но номерной знак…

Невозможно. Это было бог знает когда. Найджел наверняка забыл его. Дверца автомобиля открылась, и оказалось, что он прав. Из машины вышел не Найджел.

– Колеса что надо, мэм, – протянул Алекс, убедительно изображая грубоватый деревенский говорок, который вывел Джетта из ступора.

– Спасибо, малыш, – сказала Нелла. Определить направление ее взгляда за огромными черепаховыми очками было невозможно.

Алекс, после того как его назвали «малышом», сник и шмыгнул обратно в мастерскую.

Джетт сглотнул. Они остались вдвоем. Два астронавта, притянутые гравитацией одинокой пыльной планеты.

– Прежде чем ты что-то скажешь, – начал Джетт. Боже. Хорошо, что он выпил воды, иначе не смог бы говорить. Послеполуденный ветерок откинул волосы с ее лица, и ткань рубашки облепила каждый изгиб, мучительно напоминая о том, что было, о теле, призрачные очертания которого он мысленно обводил пальцем каждый раз, когда закрывал глаза. – Два вопроса.

Она скрестила руки на груди.

– Всего два?

– Первый. – Он закрыл глаза. – Ты ведь приехала сюда не одна за рулем, да?

– Одна.

Он снова открыл глаза и потер переносицу.

– Второй. Это та машина, о которой я думаю?

Улыбка осветила ее лицо.

– Да.

– Но как… нашла ее в сети или?..

– Я взяла ее у Найджела.

– У Найджела? – Джетт покачал головой. – Не может быть. Найджел бы даже не вспомнил меня. Господи, он вообще еще жив? Ему ведь должно быть почти восемьдесят…

– Он абсолютно здоров, спасибо. – Нелла как будто даже обиделась из-за его предположения, что Найджел может быть не жив. – Он все в том же доме. К сожалению, Венди скончалась пять лет назад от рака, но он остался на месте. У него четверо внуков, а эту машину он держал у себя в гараже для тебя. Но ты так и не вернулся.

Джетт заставил себя поднять глаза к солнцу, но в горле уже стоял ком. Он не заметил, как она подошла, но сквозь запах пота и машинного масла вдруг пробился аромат розы и ванили. Его криптонит. Его Нелла. Он уткнулся лицом в ее волосы. Венди, которую он больше никогда не увидит. Найджел, который сохранил эту дурацкую машину, который ждал его, который верил, что он вернется, верил, что он не тот ущербный неудачник, уличный отброс, каким его видели все остальные.

Или?..

Может, так было проще? Предположить, что весь мир видит его таким, каким видел отец Эмили? Было ли это, как сказала Нелла, легким решением? Той суперсилой, которая позволяла ему избегать обязательств, трудных разговоров?

– Ты оставляешь след, Джетт. Не только на мне. Что бы ты себе ни говорил, как бы ни старался, ты влияешь на людей. Твой свет слишком ярок, чтобы его никто не видел.

Он не смог ответить. И даже не знал, сможет ли когда-либо снова заговорить. Он вцепился в нее, как в сваю причала, а вокруг бушевали волны, стараясь утащить его в океан.

– Ты для меня важнее всего, – прошептала она ему на ухо, и ее голос прозвучал, как рокот океана в раковине. – И если ты хочешь жить здесь, я буду жить с тобой полмесяца, а потом уезжать домой в другую часть страны. Я буду девушкой-вахтовиком. – Она тихо рассмеялась. – У нас может быть десять разных домов. Мы можем жить в двадцати разных странах. Это неважно. Потому что мой дом – там, где ты.

– Я не хочу, чтобы ты была девушкой-вахтовиком, – с трудом, дрожащим голосом выговорил он. – Я хочу быть с тобой. Каждый день. Дома.

– Дома? – Она произнесла это слово медленно, будто он сказал его неправильно.

– Дома. В Бинди-Бинди. Я сниму что-нибудь в городке, как Макс…

– Макс осталось жить там недолго, – сказала Нелла. – Они помолвлены. Мне позвонили, когда я ехала сюда от Найджела.

Джетт фыркнул от удивления. Макс и Грей помолвлены? И он это пропустил? Не увидел потеющего от волнения Грейсона? Что еще произошло в период его отсутствия?

– Я не хочу, чтобы ты ломал свою жизнь ради меня.

Он потянулся рукой к ее лицу, но остановился, увидев, что пальцы испачканы серой смазкой. Нелла заметила его нерешительность, и сама прижалась