Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю

Африка оплакивала смерть Манделы и праздновала его жизнь. Почтить его память приехали люди со всего мира. На поминальной службе в Йоханнесбурге небеса разверзлись и непрестанно лил дождь. Мы слушали отрывки богослужения по радио в нашем офисе. Там было жарко и сухо, мы сидели неподвижно и слушали, а вентилятор знай себе вращался. Президент Танзании напомнил, что в Африке дождь – это самое большое благословение. Осадки выпадают, когда появляется вождь. Вождь Мандела отправился в мир иной, и на небесах праздник.

– Знаете, его бабушка была из местного племени сан, – сообщила Джесси. – Бушмены знают, как вызвать дождь.

Во время речи Барака Обамы Джесси расплакалась, и даже Хэтти промокала платочком уголки глаз. Я уже выплакалась. А Джесси меня удивила, надо же, как растрогана. Она совсем молодая, откуда ей знать Манделу? Но он был из тех людей, чья история и мечты простираются сквозь века. И, как Мандела и Обама, Джесси всей душой стояла за справедливость.

Нам всем понравились строки, процитированные Обамой, они много лет помогали Манделе держаться на плаву в тюрьме: «надо быть капитаном своей души».

День похорон стал неофициальным государственным праздником. Даже в Ледисмите сделали выходной, чтобы почтить память Нельсона Холилалы Манделы. Двадцать лет назад не только белые, как моя мама, но даже многие цветные видели в нем террориста. Но Манделе и при жизни, и после смерти удалось завоевать их сердца. Он напомнил всем нам о добре, какое есть в нас самих и друг в друге.

Я встретилась с Джесси и Хэтти в отеле «Ледисмит», в баре собралось много людей, смотревших похороны на большом экране. В отеле бесплатно подавали кофе с печеньем, поставили много белых пластиковых стульев рядом с обычными деревянными. Задернули шторы, и происходившее на телеэкране было хорошо видно.

Банковский менеджер в костюме сидел рядом с цветным стариком, который просит милостыню у супермаркета. Молодые чернокожие полицейские пили кофе с пожилыми белыми дамами из мебельного магазина. Все сидели вместе, как старые друзья, что не часто увидишь в Ледисмите.

Когда выносили гроб с телом Манделы, я с трудом сдержала слезы. Джесси, Хэтти и я сидели, высоко подняв головы. Может быть, дух Манделы как-то останется с нами?

Глава десятая

На следующий день мы вернулись в наш офис, и жизнь потекла по прежнему руслу. Хотя мне казалось, что отныне все в Южной Африке будут относиться друг к другу с уважением и добротой. К сожалению, я ошибалась…

Я просматривала новую порцию писем. Вентилятор под потолком вращался все быстрее и быстрее. Это напоминало духовку с термовентилятором. Джесси, Хэтти и я сидели за своими столами и равномерно пропекались.

На Джесси была ее обычная черная жилетка, пальцы вихрем носились по клавиатуре, кажется, мыслям за ними было не угнаться. Гекконы на руках слегка покачивались, следуя за печатающими пальцами. Хэтти сидела за компьютером в льняной рубашке персикового цвета с короткими рукавами и юбке в тон. Льняная, но все равно без единой складки.

– Тебе пять электронных писем, Мария, – сказала Хэтти. – Разве это не чудесно?

Телефон Джесси запел «Мой чернокожий президент». Эту песню Бренда Фасси написала в честь Манделы. Но я не поднимала глаз, сосредоточилась на лежавшем передо мной письме. Пробежала кончиками пальцев по надписи на конверте. Я могла узнать о человеке многое, еще не открывая письма. Автор писал заглавными буквами и слишком сильно нажимал ручкой, видимо, сообщение было очень важным. Адрес был написан, как пишут на африкаанс: сначала название улицы, а потом номер. «Эландстраат, 7». Слова письма были втиснуты в разлинованный лист бумаги черной шариковой ручкой:

ТАННИ МАРИЯ. БОЮСЬ, ЧТО МУЖ МОЕЙ ПОДРУГИ ХОЧЕТ ЕЕ УБИТЬ. ОН СЛОМАЛ ЕЙ РУКУ. ОН ДУМАЕТ, ЧТО ОНА УХОДИТ ОТ НЕГО, И СКАЗАЛ, ЧТО УБЬЕТ ЕЕ. ОНА НЕ ХОЧЕТ ЗВОНИТЬ В ПОЛИЦИЮ. ГОВОРИТ, ЧТО Я НЕ ДОЛЖНА ПРИХОДИТЬ К НЕЙ ДОМОЙ. ЕСЛИ Я УБЬЮ ЕГО, ЗАЩИЩАЯ ЕЕ, БУДЕТ ЛИ ЭТО САМООБОРОНОЙ? ЕСЛИ НЕТ, НА СКОЛЬКО МЕНЯ ПОСАДЯТ В ТЮРЬМУ?

Я обхватила голову руками.

– Эй, танни, что там у вас? – спросила Джесси.

Я передала ей письмо. Она прочитала его за три секунды.

– Боже, Мария, на тебе лица нет, – сказала Хэтти. – Сделать тебе чай? – Я кивнула. – Что в письме?

– Еще один ублюдок, не дающий житья своей жене, – сказала Джесси, протягивая Хэтти письмо. – Грозится ее угробить. Йислайк. Придумали бы для них, что ли, какие-нибудь мощные инсектициды. ДДТ, чтобы распылять с самолета.

– Это про твою другую даму, – предположила Хэтти, пробежав глазами письмо. – У которой муж – последняя скотина.

– Да, – подтвердила я. – Утиная леди. Вернее, леди без уток.

– Этот ублюдок их застрелил, да? – спросила Джесси.

– Недавно от нее пришло еще одно письмо, – сказала я. – Пишет, что решила от него уйти. Похоже, автор этого письма – подруга утиной леди. Которая их ей подарила.

– Обратного адреса нет? – спросила Хэтти.

Я покачала головой.

– Почти все письма анонимные, – сказала я. – Но штамп Ледисмита.

– Это не обязательно она, – усомнилась Джесси. – Каждую четвертую женщину в Южной Африке колотит муж или сожитель.

– Не думаю, что это кто-то другой. Нутром чую, это моя утиная леди. Она писала о близкой подруге. Я посоветовала ей уйти от мужа. И теперь он может ее убить.

– Что за бред, – сказала Хэтти, ставя чашку чая мне на стол. – Не надо нагнетать страсти. Этой женщине надо сразу ответить. Ты наверняка сумеешь ей помочь. Разместим твой ответ на нашем сайте, отправим его для доски объявлений в «Пармалат», а завтра напечатаем у себя.

– Ага. Действовать надо быстро, – поддержала Джесси. – У меня есть номер телефона «Граждане против жестокого обращения с женщинами». – Она смотрела на свой блэкберри. – Это серьезно. Каждый день в Южной Африке от рук своих партнеров гибнут как минимум три женщины. Давайте перешлем ей телефоны «Приюта для женщин – жертв насилия», «Линии жизни» и «Юридической помощи».

Джесси записывала номера телефонов на листке бумаги, а я, попивая чай, старалась думать не обо всех избитых, изнасилованных и убитых южноафриканках, не о моих годах с Фэни, а только об этой женщине и ее подруге. Они просят меня о помощи. Как им помочь прямо сейчас?

– Одно я знаю точно, – заявила Джесси, протягивая мне листок с номерами. – Если убьешь кого-то, защищая подругу, – это с точки зрения закона не самооборона. Женщина, которую избивают, может получить охранный ордер и ордер на арест мужчины. Если он это постановление нарушит, полиция его арестует. Жена должна с этим обратиться к властям сама. Подруга может