Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

сменились пять помощниц по хозяйству… В таких условиях трудно привязаться к человеку. Папа и сам присутствовал лишь время от времени. Он, конечно, старался как мог, но работа в офисе отнимала много времени.

— Понимаю.

— В общем, по словам моей жены, у Валерианы не было стабильной опорной фигуры, которая должна создавать чувство защищенности, необходимое ребенку. Поэтому она взрослела, никому не доверяя, избегая эмоциональной близости… Впрочем, как только появилась возможность, она сбежала! Предпочтя интернат родному дому.

— Вы имеете в виду тот год, когда она училась в лицее Богоматери Всех Скорбящих?

— Не только! Когда Валериана вернулась в Артиглув, она попросила, чтобы ее отдали в лицей-интернат Жака-Моно в По. Хотя лицей находился почти рядом с домом.

— Окей. А вам известно, почему Валериана не осталась в Андае?

Роман Дюкуинг долго не отвечал. Наконец он сказал:

— По правде сказать, понятия не имею. Я только помню, что в тот период она начала сильно меняться. У нее появился новый имидж: черный макияж, черные волосы, черная одежда. Она и прежде не отличалась общительностью, а тут вообще замкнулась в себе и выглядела очень печальной. Мрачное было зрелище.

— Постарайтесь вспомнить: не могло ли какое-нибудь событие спровоцировать это изменение? Несчастная любовь, смерть любимого существа, чье-то влияние?

— Мне трудно сказать. Я уехал на учебу в Тулузу. И виделся с Валерианой нечасто, в те редкие выходные, когда приезжал домой. И естественно, я был слишком занят своей собственной жизнью, чтобы по-настоящему интересоваться младшей сестренкой, — виновато признался он.

— Вы сами были еще слишком молоды, — утешила его Луиза. — Нет смысла себя упрекать.

Она замолчала, собираясь с мыслями. Судя по всему, Ромен Дюкуинг мало что мог рассказать о прошлом сестры.

— Возвращаясь к настоящему, что вы знаете об уходе Валерианы из Института судебной медицины в Бордо?

— Я узнал о решении Валерианы, когда в прошлом году мы собрались на ее день рождения в доме у матери. Она сообщила об этом двумя словами между закуской и основным блюдом… Тогда же она спросила меня: «Тебе не помешает, если я перееду в Саруй?» Этот дом — наше общее наследство, — уточнил он. — И поскольку все смотрели на нее, ничего не понимая, она прибавила: «Я уволилась из Института и решила уехать из Бордо, чтобы отдохнуть и сменить обстановку».

— Понятно. А оглядываясь назад, у вас есть какое-нибудь объяснение этому уходу? Конфликт? Соперничество? Может быть, проблемы в личной жизни? — допытывалась Луиза.

— Нет-нет, мне ничего об этом неизвестно. Как я вам уже объяснил, Валериана всегда была очень скрытной.

Луиза вздохнула и решила зайти с другого конца:

— А чем, по-вашему, Валериана могла спровоцировать кого-то на гнев или ненависть?

— Спровоцировать на ненависть?

— Я пытаюсь понять, могла ли ненависть быть мотивацией нападавшего, — объяснила она.

Ромен Дюкуинг задумался. После чего ответил виноватым тоном:

— Простите, мадам, сколько ни думаю, ничего не приходит в голову.

Несмотря на разочарование, Луиза заставила себя продолжать:

— Ваша сестра уволилась восемнадцать месяцев назад, и с тех пор вы ни разу не общались?

— Нет, почему же, после того дня рождения я ей несколько раз звонил. Я сделал три или четыре попытки и в конце концов оставил голосовое сообщение. Спустя несколько дней она мне ответила просто текстом: «Не волнуйся, мне нужно время и покой, но я знаю, куда иду. Целую», — с волнением процитировал он. — Я понял смысл сообщения и больше не пытался с ней связаться.

– 9 –

Двадцать лет назад: сентябрь 2001 года

Лежа на кровати в наушниках, Клара слушает The Smashing Pumpkins[30]. Ее мысли бродят между вечерней тренировкой, с которой она смоталась, и первой встречей с Александром, ее школьным куратором (сокращенно «ШК») — местной версией «старшего брата» в городских кварталах[31]. Александр Шаффер. Он учится в выпускном классе. Настоящий кумир лицея. Красивый парень. Капитан школьной мужской команды по плаванию. Имеет за плечами отличные выступления и многочисленные титулы на национальном уровне, что дает ему шанс попасть в сборную Франции на чемпионате мира 2003 года. Но это только шанс. Александр с тем же успехом может получить травму, или несколько раз показать плохой результат, или просто сойти с дистанции… таков суровый закон спорта. Клара насмешливо улыбается. «ШК» ничем ее не зацепил. Его скромность фальшива, и он слишком красивый, чтобы быть честным, слишком лощеный, слишком расслабленный, слишком милый, все слишком… «Идеальный бойфренд из мыльной оперы!» — сказал бы Тибо.

Клара улыбается этой предполагаемой реплике: ей не хватает едкого юмора лучшего друга, не хватает его внимания, не хватает его привязанности… Ей не хватает всего Тибо! Но с началом учебного года напряженная жизнь оставляет ей мало свободы, ограничивая минуты общения… «Минуты общения»! Это же надо! Ведь с самого детства они проводили вместе все свободное время! Клара шумно вздыхает. А что, если ли эти близкие отношения, такие душевные и согревающие, мешают возникнуть другим, романтическим? Разве не надеялась она на то, что этот переход в другую школу, отъезд из дома, жизнь в интернате придаст их дружбе новый характер? Ей немного стыдно, но приходится признаться: да, она на это надеялась. И когда Тибо сказал, что поедет вместе с ней в Андай, она почувствовала себя словно в ловушке… Клара снова вздыхает, она всегда злится на себя за такие мысли. В памяти всплывают слова отца: «Странно, что такая независимая и бесстрашная девушка, как ты, зациклилась на одном-единственном приятеле». Он сказал это вскользь, в конце разговора. Он не стал задерживать на этом внимания. Потому что знал ее! Он знал, что она ненавидит, когда вмешиваются в ее дела! На лице Клары появляется нежная улыбка. Отец… Эта мысль тут же тянет за собой другую: сегодня среда, а она еще не позвонила домой! Черт! Она смотрит на часы: 20:30. Еще есть время. Правда, она совершенно разбита. И у нее нет никакого желания вылезать из кровати. Надевать что-то приличное. Спускаться на три этажа в холл. И выстаивать очередь перед двумя телефонными кабинами, на которые расщедрился лицей! Но таков уговор, и она не может его нарушить спустя две недели после начала учебного года! Хуже того, если она не позвонит, папаня будет пилить ее весь следующий уик-энд. Клара устало улыбается. И вынув наушники, кладет их рядом с плеером на тумбочку.

В