Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

Некоторое время девушка отсутствующим взглядом смотрела в окно.

— А остальные ваши сотрудники? — продолжил Фроули. — Может быть, кто-то был недоволен? Не кажется ли вам, что кто-нибудь из них мог слить внутреннюю информацию о принятом распорядке, процедурах работы в хранилище?..

Клэр покачала головой, не дослушав агента до конца.

— Даже нечаянно? Может, кто-то просто болтлив? Или у кого-то заниженная самооценка и ему хочется добиться расположения окружающих? Или приятное кому-то сделать?

Девушка по-прежнему качала головой.

— Хорошо. Может быть, кого-то шантажировали или иным образом вынуждали давать информацию?

Она отняла одну руку от лица, печального, но сухого, и исподлобья посмотрела на фэбээровца.

— Вы спрашиваете про Дэвиса?

— Я спрашиваю про всех.

— Дэвис считает: из-за того, что он гей… Глупости, конечно, но он считает, что это мешает его карьере. А я ему сказала: оглянись, половина мужчин, работающих в банках, живут в Саутэнде.[187] Он спросил, что я собираюсь делать на День святого Валентина. Я сказала: да ничего особенного, возьму в прокате «Умереть молодым» и буду смотреть в одиночестве, что ж еще? Ему тоже не с кем было праздновать, ну вот мы и пошли вместе развлечься, чтобы дома не киснуть. В бар «Хорошая жизнь» выпить по коктейлю «космополитен». Отлично время провели. С тех пор дружим.

— В жизни господина Бернса не появлялись новые знакомые? Может, в отношениях что-то не заладилось?

— Откуда мне знать? Я с его друзьями не знакома. Он со мной о таком не говорит. Мне было с ним весело. Приятно, когда есть мужчина, который заметит, если у тебя новая стрижка.

— То есть вы не знаете, были ли у него связи?

— Послушайте… они его избили, не забывайте. Он не виноват.

Фроули почувствовал, что Клэр в нем разочаровалась, и задумался над тем, не скрывается ли что-то за этой вспышкой гнева. За тем, как она произнесла «не виноват».

— Значит, он был амбициозен, хотел продвижения по службе?

— Он учился на вечернем в бизнес-школе. — Клэр начала защищаться. Встала на сторону Бернса.

— А вы нет.

— Я? Не-е-ет.

— Почему?

— Бизнес-школа? — переспросила она, словно говорила с умалишенным.

— А что такого? Карьера. Развитие. Четверо замов, которых вы обучали, обскакали вас и ушли на повышение в головной офис. Что за радость сидеть в отделении по работе с физлицами?

— Мне предлагали. — Ага, в тоне проскользнуло чувство собственного достоинства. — Программа развития и повышения квалификации руководителей.

— И?

Клэр пожала плечами.

— Только не говорите, что вам очень нравится работать управляющей отделением.

— В основном меня от этого тошнит.

— Так что же?

Девушка растерялась.

— Это ведь тоже работа. Зарплата хорошая, даже очень. Никто из моих друзей столько не зарабатывает. Сверхурочных нет, в выходные не дергают. Домой работу брать не надо. Вот мой отец — он банковский человек. Я нет. Никогда не хотела работать в банке. Просто… мне хотелось наслаждаться молодостью. Чтобы не было сложностей.

— Но теперь это кончилось?

Клэр едва заметно расслабилась.

— Вот взять моих подружек, да? Они собирались устроить праздник тем вечером. У меня был день рождения. Три и нолик. Ура-ура! Они взяли напрокат лимузин — глупо, да? А я, вся такая тухлая была, потому что еще в себя не пришла, ну и сказала им: девчонки, у вас есть лимузин — развлекайтесь без меня. Они приехали на следующий день и без конца тараторили про ужин и симпатичного официанта с татуировками на костяшках пальцев, и про парней, которые их угостили выпивкой, и про то, как ехали по улице Тремонт и орали песню Аланис Мориссетт, высунувшись в люк на крыше, и про то, как Гретхен у бара «Меркурий» целовалась взасос с копом не при исполнении. А я подумала: Господи, я тоже такая, что ли? Была такой же, как они?

Фроули улыбнулся своим мыслям. Уязвимость Клэр привлекала его. Эта растерянная девушка, раскрывшая ему душу, пыталась разобраться в себе самой. Но он решил: ничего личного, работа есть работа. Он ищет Бандитов с бумажными пакетами, а не добивается свидания с Клэр Кизи.

— Я должна чувствовать себя паршивее, да? — продолжала она. — Кому ни скажу, все такие глаза делают: «Ужас!» Как будто удивляются, что я не в реанимации лежу.

Фроули поднялся и выключил диктофон. Создалось ощущение, что разговор окончен.

— Произошло ограбление. Вы — невольный участник. И не надо искать каких-то подтекстов.

Клэр выпрямилась, забеспокоившись, что он уйдет.

— Моя жизнь вдруг оказалась такой странной. Ко мне приходят агенты ФБР. Знаете, я вас с трудом узнала, когда вы утром пришли. Ну то есть… когда мы в прошлый раз разговаривали, я была настолько далека от всего. Казалось, что кругом туман.

— Я же вам сказал, это нормально. Отходняк после ограбления. Спите хорошо?

— Только вот сны эти, прости господи. Бабушка моя — она три года назад умерла. Сидит на краю кровати и плачет. А на коленях у нее пистолет.

— Это все кофеин. Говорю же, бросьте пить кофе.

— Так вы еще никого не арестовали?

Фроули замер у двери. Она задерживает его, чтобы выведать какую-нибудь информацию? Или он сам ее интересует? Или она просто не хочет оставаться наедине со своими стариками?

— Пока никого.

— А версии есть какие-нибудь?

— Пока ничего такого, о чем стоило бы рассказать.

— Я читала про сгоревший фургон.

Фроули кивнул.

— Мы действительно реквизировали сожженный фургон.

— А денег внутри не было?

— Прошу прощения — я не могу ответить.

Клэр улыбнулась и кивнула, догадавшись, что надо заканчивать расспросы.

— Я просто… хочу разобраться, понимаете? Понять почему. Но тут нет никакого «почему», да?

— Деньги. Вот оно «почему». Проще простого. Вы тут ни при чем.

Фроули сунул вещи под мышку.

— Вы тут еще поживете?

— Шутите? Если я сейчас отсюда не выберусь, так на всю жизнь тут и останусь.

— Вернетесь в Чарлзтаун?

— Сегодня вечером. Жду не дождусь.

Фроули хотел пошутить, что она возвращается в рассадник банковских грабителей, но решил, что только испугает ее.

Фроули ехал на служебной машине, матово-красном «Шевроле-Кавальер», мимо маленьких особнячков с холеными лужайками, вылизанными до отвращения, и искал, как выбраться из жилого комплекса «Круглый стол».

— Да она чиста, не придерешься, — говорил Фроули в трубку. — Вот только врет о чем-то.

— Ага, — выдохнул Дино. — И ты только из-за этого вокруг нее вертишься?

— Я не верчусь, — отрезал Фроули, вспомнив, как Клэр его остановила.

— Тогда чем ты там занимаешься в пятницу, после шести вечера?

— Я еду домой. Кантон мне по дороге.

— Все до единого города на южном побережье Массачусетса тебе по дороге, Фроул. Ты по три часа в