Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– Вчера после задержания мы сразу допросили Гу Лэя. Он сознался во всех преступлениях. Это он убил Гун Ямэй и Ся Ци, и это он подсыпал яд в куриный суп.

Су Сяотун молчала, уставившись на носки своих туфель.

– После признания Гу Лэя Фань Кэ не мог больше отпираться. Они познакомились полгода назад, когда Гу Лэй искал подработку в интернете и написал в одном посте: «Возьмусь за любую работу, лишь бы платили». Ты знала об этом?

– Нет. – Су Сяотун покачала головой.

– Ся Ци поделилась с Фань Кэ, что Гун Ямэй планирует разделить наследство между всеми членами «Большой семьи». Как Ся Ци об этом узнала? Фань Кэ рассказал, что она подарила Гун Ямэй статуэтку с вмонтированным «жучком». Через него она подслушала разговор о завещании с адвокатом Фэном. Ся Ци не была жадной. Ей и девятой доли наследства было достаточно. К тому же она не знала о долгах Фань Кэ. Он понимал, что Ся Ци никогда не пойдет на убийство ради денег, поэтому искал другого сообщника. Им стал Гу Лэй с его постом «Возьмусь за любую работу». Они тайно общались через левые телефоны, поэтому никто, в том числе ты, не знал об их преступных планах.

Су Сяотун вздрогнула:

– Он предложил мне поехать в Лиши развеяться, а потом заговорил о покупке жилья… Я и подумать не могла, что это часть плана. – Она тяжело вздохнула. – Но как Фань Кэ и Гу Лэй могли быть уверены, что Гун Ямэй включит нас в завещание?

Тань Юн объяснил:

– Во-первых, вы купили квартиру на одном этаже с Ли Сюэли. Зная ее характер, она непременно пригласила бы вас в «Большую семью». Даже если бы вы не встретились случайно, Гу Лэй бы все устроил. Во-вторых, Фань Кэ хорошо знал свою мать. Он понимал, что Гун Ямэй оценит такого «идеального семьянина», как Гу Лэй, и пожалеет умственно отсталого Гу Сяоляна. Она обязательно включила бы вас в завещание – как месяцем раньше включила Юань Дуна и Шэнь Фэнся. Это Ся Ци выяснила с помощью «жучка». Гун Ямэй так быстро включала новых членов «Большой семьи» в завещание, потому что боялась: из-за гипертонии ее сердце могло остановиться в любой момент. К тому же она не хотела конфликтов в группе, поэтому распределила наследство поровну между всеми.

– Значит, через месяц после нашего переезда в Лиши Гун Ямэй, проникшись симпатией к нам, и особенно к Гу Лэю, решила сделать нас наследниками, – медленно проговорила Су Сяотун. – Она позвонила адвокату Фэну. Ся Ци подслушала их беседу через «жучок» и сообщила о ней Фань Кэ, а тот – Гу Лэю. И тогда Гу Лэй решил, что цель достигнута и можно убивать Гун Ямэй?

– Именно так.

– Чья это была идея – убить ее?

– Гу Лэя. Каким бы жестоким ни был Фань Кэ, на убийство собственной матери он не пошел бы. Он знал о ее слабом здоровье и рассчитывал дождаться ее естественной смерти, а потом уже устранить с Гу Лэем остальных наследников. Но Гу Лэй не стал медлить…

Су Сяотун ненадолго замолчала.

– Значит, Гу Лэй убил Гун Ямэй по собственной инициативе, не посоветовавшись с Фань Кэ? – спросила она.

– Да.

– И Фань Кэ ничего не предпринял? Позволил ему убить свою мать?

– После смерти Гун Ямэй Фань Кэ, конечно, заподозрил Гу Лэя. Но тот не признался, а у Фань Кэ не было доказательств – пришлось смириться. Гу Лэй знал: даже если Фань Кэ его подозревает, он ничего не сможет сделать и уж точно не пойдет в полицию. Если Гу Лэя арестуют, план Фань Кэ рухнет, и он не получит наследства. Да и объективно смерть Гун Ямэй была ему выгодна.

– Как Гу Лэй заманил ее в беседку у залива? – спросила Су Сяотун.

– План ее убийства он продумал давно. Гу Лэй неоднократно контактировал с Фань Кэ, они много раз разговаривали по телефону. Он потратил кучу времени, чтобы имитировать его голос и манеру речи. У Фань Кэ низкий голос – подделать его было несложно. В ту ночь, когда вы с Ся Ци, Хань Лэй и остальными пошли в бар, Гу Лэю выпал идеальный момент. Он замаскировался, вышел из жилого комплекса, специально выбрал шумное место и, выдав себя за Фань Кэ, позвонил Гун Ямэй с левого номера. Сказал, что приехал в Лиши и хочет увидеться с матерью. Хотя Гун Ямэй когда-то и разорвала с ним отношения – какая мать совсем не скучает по сыну? Услышав его голос, она сразу бросилась к месту встречи – к той самой беседке. Но вместо сына ее ждал Гу Лэй. Тогда он и столкнул ее в воду.

Сяотун закрыла глаза, нахмурив брови.

– А про инцидент с отравлением куриным супом ты сама все знаешь. Гу Лэй купил таблетки фуросемида и подмешивал их тебе в напитки, чтобы обезопасить. Конечно, Гу Лэй тоже принимал этот препарат.

– Нет… – Су Сяотун покачала головой. – Он практически каждый день приносил мне чай или воду. Я даже подумать не могла, что он добавлял туда антидот.

Ли Бинь, до этого момента молча слушавший их разговор, наконец заговорил:

– Су Сяотун, вчера Лао Тань лишь обмолвился о плане по поимке Гу Лэя с твоей помощью. Но он не объяснил, как ты сама догадалась, что он убийца. Мне очень интересно – не могла бы ты рассказать?

– На самом деле, я начала сомневаться после слов Шэнь Фэнся, – ответила Су Сяотун. – Ее опасения были обоснованны: мы прожили в Лиши меньше месяца, когда все случилось, а мои симптомы оказались слабее, чем у других. Но в тот день я съела не меньше куриного супа, чем все остальные. И тогда я задумалась – почему так вышло? Вспомнив, что именно Гу Лэй привез меня в Лиши – якобы на экскурсию и просмотр квартир, – я впервые почуяла неладное. Зная Гу Лэя, я была уверена – он ни за что не допустил бы, чтобы со мной что-то случилось. Поэтому я заподозрила, не купил ли он заранее противоядие. Когда он уснул, я разблокировала его телефон и проверила платежи в «Вичате» и «Алипэй». И действительно – недавно Гу Лэй потратил в аптеке больше ста юаней на лекарства. Он был достаточно умен – купил не только фуросемид, но и более привычные лекарства. В истории платежей «Вичата» не отображается список приобретенных товаров, только сумма. Но Гу Лэй явно не ожидал, что я начну разнюхивать. Все было просто: я проверила домашнюю аптечку, записала ее содержимое, затем пошла в ту самую аптеку сверить цены. Оказалось, не хватало ровно