Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

так, чтобы она видела ее толщину, намотал тонкую красную резинку на палец и снял сотню сверху, положил ее рядом с вазой, Франклином наверх, потом скрутил пачку, надел резинку и убрал рулончик в карман.

— Просто улыбнитесь швейцару, — посоветовал он, взяв бутылку, когда Клэр встала. — Гарантирую, он ничего не заметит.

Они болтали о пустяках, неторопливо взбираясь на холм. Клэр, сложив руки на груди, держала бокал. Их свидание, как вино, перелилось через край и потекло в Город, где на каждом углу поджидали сложности. Параллельно в голове Дуга шел разговор с самим собой — словно бесконтрольная радиоболтовня. «Зачем ты все это делаешь, черт возьми?» Ответ повторялся словно мантра: «Всего одно свидание. Всего одно свидание».

— А ты? — спросила она. — Ты здесь живешь?..

— Всю жизнь, да. А ты раньше где жила?

— После окончания колледжа в разных районах Бостона. А выросла в Кантоне.

— В Кантоне. Это Синие Холмы, да? Там еще каток есть, рядом с шоссе. Я там катался несколько раз.

— Ага. «Понкапоаг», кажется.

— Значит, пригород?

— Да, именно. Пригород.

Дуг поднял чью-то упавшую урну, которая валялась на дороге и поставил ее на место, к двери. Изо всех сил стараясь быть галантным.

— А чем на жизнь зарабатываешь?

— Занимаюсь банковским делом, — ответила Клэр и добавила: — Обалдеть!

— Что такое? — Дуг удивленно огляделся.

— Ну просто фраза такая. «Занимаюсь банковским делом». Не знаю, зачем я это сказала — чтобы тебя поразить или чтобы тебе скучно стало. Я управляю отделением «ЗаливБанка». В принципе почти то же самое, что заведовать продуктовым магазином. Только я не еду продаю, а деньги туда-сюда перевожу. А ты?

— Чем я занимаюсь? Ну… это зависит от многого. Мы еще пытаемся друг друга поразить?

— Само собой. Дерзай.

— Я очищаю небо.

— Ого! Ты победил.

— Я занимаюсь взрывными работами. Взрываю горную породу, дома сношу. Небо очищаю. Когда сравниваешь с землей высокое здание, открывается пространство. И получается, что — оп! — небо появилось.

— Мне нравится, — решила Клэр. — И всякие там старые гостиницы и стадионы, еще по телевизору показывают, как они складываются стопочками — это ты их так?

— Не, я все больше руками работаю. Вот мультик «Флинстоуны» видела? Вот, это я. Раздался свисток, я скатился по шее бронтозавра — и вперед.

По улице Банкер-Хилл они поднялись на самый верх холма, таким образом перебравшись с девяти на почти одиннадцать, если по-прежнему смотреть на Чарлзтаун как на часы. Дуг провел Клэр по освещенной газовыми фонарями магистрали к началу Жемчужной улицы. В его голове начал вырисовываться план.

Все мысли о том, чтобы переодеться, мгновенно улетучились, когда он увидел достойный сноса дом матушки Джема на уходившей вниз улице. Огнемет, принадлежавший Джему подержанный «Понтиак Транс-Ам», синий с голубыми языками пламени, прорисованными по бокам и на капоте, стоял на дороге, словно сигнальный огонь, предупреждая Дуга об опасности.

Его собственный «Каприс Классик» отделяли три другие машины.

— Секундочку, — сказал Дуг, вытащил ключи и открыл дверцу.

Клэр осталась на тротуаре, глядя на видавшую виды белую машину с выгоревшей голубоватой крышей.

— Это твоя машина?

— Нет. — Дуг запустил руку под велюровое сиденье, задев освежители воздуха с мускусно-апельсиновым запахом, висевшие на прикуривателе. — Я этому придурку одолжил несколько дисков. — Он пощупал голубой коврик, ища их, выпрямился и помахал коробочками, но Клэр не успела прочитать названия.

Они вернулись на улицу Банкер-Хилл, в свете газовых фонарей прошли три квартала к западу, к Высотам, остановились на вершине холма у церкви святого Франциска с ее пирамидальной башней.

— Пришли.

Здесь стоял чистенький трехэтажный домик из песчаника с эркерами и подвешенными на них огненно-красными кадками с буйно разросшимися цветами. Черные двери с потертыми латунными кольцами, ручками и окантовками. Дуг поднялся на порог из искусственного мрамора, отпихнул новеньким ботинком несколько коробок с логотипом «ФедЭкса».

— Ты здесь живешь? — опасливо спросила Клэр, все еще стоя на тротуаре.

— Никоим образом. — Протянув руку, Дуг ощупал раму внутренней двери. — Нет, тут один мой приятель заправляет. — Он выудил ключ, показал девушке и повернул его в скважине. — Просто воспользуемся тутошней лестницей, чтобы подняться наверх. Что скажешь?

Боязливо оглянувшись, Клэр вошла следом за ним.

Крыша была ребристой, из прорезиненного шифера, обрамленная со всех сторон кирпичными зубцами в полметра высотой. Заброшенная решетчатая голубятня не закрывала вид на город — он будто сошел с открытки. Бостон — от башен финансовых корпораций до зеркальной Башни Хэнкока и небоскреба Пруденшл-Центра — лежал внизу, словно на иссиня-черном шелке. И все это обвивала сверкающая лента загруженного шоссе.

Клэр стояла на южном краю крыши, со стороны большого города, и смотрела на Чарлзтаун, словно женщина, застывшая на высоком мосту с пустым бокалом в руке.

— Ух ты!

Крыши, окружавшие их с обеих сторон, напоминали ступени, поднимавшиеся к небу, на многих были устроены деревянные площадки с пластиковыми столами, стульями и даже барбекюшницами. Колючки старых телеантенн торчали вперемежку со спутниковыми тарелками, которые обращали свои полные надежды лица к югу. Налево, к востоку от Флагманской Верфи, принадлежащей военно-морскому флоту, из темноты неба, словно звезды на нитке, выныривали огни реактивных самолетов. Другие воздушные суда кружили в вышине по заданной схеме, ожидая посадки, словно вращающееся созвездие.

Гул Города поднимался вверх. Держа свободную руку в кармане, Клэр вернулась к стулу, рядом с которым стояла бутылка вина.

— Это небо очистил ты?

Дуг внимательно осмотрелся.

— Ага, я.

— Особенно мне нравится, как ты поработал со звездами.

— Мы их импортируем. Слушай… ты заказывала что-нибудь из телемагазина? Ну, после ночной рекламы?

— Нет. Но если бы решила заказать, выбрала бы вакуумную машинку для стрижки волос.

Дуг показал ей два диска.

— «Золотые хиты». Музыка всех времен и народов, попробуйте послушать в течение месяца. Через каждые четыре-шесть недель мы будем высылать остальные, можете отказаться от рассылки в любое время.

Старый переносной проигрыватель «Саньо» без отделения для кассет был прикован велосипедным замком к столбу голубятни. Дуг поставил первый диск и запустил его.

— Ах, боже мой! — узнала она. Запели «Карпентерс».

— Погоди, пусть тебя захватит. Для меня это серьезный шаг.

— Что именно? Признаться всему миру, что ты — фанат «Карпентерс»?

— Позволь тебя сразу же поправить. Я уж точно не фанат «Карпентерс». Тут дело в общем воздействии музыки, той, что была в семидесятых, до появления диско. Не все песни в этом сборнике я одобряю — некоторые просто ужасны. Однако тут есть «Любовь ондатров».[205] Что мне нравится — так это ощущение радиотрансляции. Как будто поймал радиосигнал, который плутал где-то двадцать лет.

Клэр взяла у него коробочку и стала ее