Весна возмездия - Андреас Грубер

— Есть кто? — крикнул он.

Если Коринна собиралась устроить ему ловушку, на подготовку у неё было полчаса. Не так уж много. К тому же теперь, когда он предупреждён, на внезапность она рассчитывать не могла.

Он прошёл мимо гардероба в театральный зал. Мрачное помещение освещали лишь несколько свечей в чугунных стойках.

И всё же он разглядел свежевыкрашенные стены. Деревянный потолок, стулья, столы и сцена в дальнем конце зала тоже были новыми. Повсюду стоял запах свежего дерева.

Из прохода рядом со сценой, чуть запыхавшись, вышла Коринна.

— Здравствуйте!

Волосы она подвязала пёстрым платком, на ногах у неё были резиновые сапоги. Синий комбинезон, как и лицо, покрывали белые брызги краски.

— Откуда вы вдруг появились? — спросил он.

Она указала наверх.

— Работаю на верхнем этаже: покрываю дерево морилкой, крашу перегородки. Раньше там были квартиры. Теперь будут комнаты для труппы, с которой театр откроется осенью.

— Смело с вашей стороны — расставлять повсюду свечи после того, как всё это уже однажды сгорело, — заметил он.

— Электрику ещё нужно протянуть несколько новых линий, потом поставят новые щитки — один наверху, другой внизу, — объяснила она.

— Временного распределительного щита нет?

— Нет. Пока я хотела работать наверху с несколькими лампами и бензиновым генератором, но эту чёртову штуковину никак не могу завести. Вот и выкручиваюсь со свечами.

— Всё равно опасно. Особенно если вспомнить, что случилось с вашим отцом.

— Я не собираюсь повторять его ошибки, — слегка задетым тоном сказала она. — Во-первых, здесь ещё будет противопожарная система.

Она показала на потолок, потом на сцену.

— Во-вторых, я расширила путь эвакуации. И, в-третьих, оформила действительно хорошую страховку от пожара и слежу, чтобы все взносы вносились вовремя.

Он впечатлённо кивнул.

— И как вы всё это профинансировали? Подработкой в «Книжном лисе»?

— Да, конечно. Именно ею. — Она рассмеялась. — Нет, я получила субсидии от города и от федеральных властей. Всё-таки старый фахверковый дом находится под охраной как памятник. Фасад и весь верхний этаж нужно было восстановить в точности такими, какими они были прежде. Я занимаюсь этим уже четыре года. Друзья помогают.

— Сегодня тоже?

— Нет. — Она усмехнулась. — Сегодня у них другие дела. Хотите посмотреть, над чем я сейчас работаю?

— За этим я и приехал.

Шутки ради он сделал вид, будто закатывает рукава.

Смеясь, она пошла впереди и с гордостью показала ему весь нижний этаж: кухню, новый туалетный блок, гардероб и закулисную часть.

Наконец Коринна прошла мимо сцены в широкий коридор, ведущий назад. Он был ясно обозначен как путь эвакуации.

У Пуласки неприятно засосало под ложечкой, и он вдруг пожалел, что Фло не поехал с ним.

Там, в глубине, она могла приготовить для него бог знает что. Но пока он не знал, когда и как захлопнется ловушка, ему придётся подыгрывать.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 68

Вода к этому времени затопила уже целые улицы, и Фло, отказавшись и от мотоцикла, и от такси, поехал на метро — оно, к счастью, ещё работало без перебоев.

От станции «Кеттенбрюккенгассе» он зашагал через Нашмаркт, что тянулся между Линке и Рехте Винцайле почти на полкилометра в сторону центра. В обычные дни здесь из-за толчеи едва удавалось двигаться черепашьим шагом, но в такую погоду большинство лавок стояли закрытыми. Дождь гнал по опустевшей площади бумажные пакеты, овощные очистки и мусор. Немногие развёрнутые маркизы вздулись от воды и грозили вот-вот лопнуть.

Промокший до нитки, Фло добрался до нужного дома. Так вот где обитает наш актёр. Что ж, под стать хозяину: старое здание с пёстро расписанным фасадом и высокими окнами и впрямь смотрелось обиталищем художника.

Людей Касема, похоже, ещё не было. Фло подошёл к подъезду; массивная деревянная дверь поддалась без усилий.

На лестничной клетке стояла сырость. Мусорные баки, выстроенные вдоль стены длинной шеренгой, почти все были переполнены через край. Лифта не оказалось, и Фло поднялся по узкой, истёртой каменной лестнице на самый верх. Там, рядом с невысокой железной дверцей, ведущей, по всей вероятности, на чердак, виднелась всего одна квартирная дверь.

«Даниэль Фогт — актёр, драматург и режиссёр» — напыщенно гласила табличка под звонком. Фло вдавил большим пальцем кнопку, но не услышал ни звука. То ли сломан, то ли света нет. Он постучал. За дверью отозвалось гулкое эхо.

Через несколько секунд Фогт открыл. На нём были серые фланелевые брюки, клетчатая рубашка с подвёрнутыми рукавами и чёрная безрукавка с торчащими нитками. Такой Фло не видел уже давным-давно — и где только хозяин её раздобыл?

Если не считать старомодного наряда, Фогт выглядел точь-в-точь как на фотографии. Высокий, с нечёсаной шевелюрой, тёмной окладистой бородой и в очках «под Бертольта Брехта» с заляпанными стёклами. Идеальный образчик того сорта старосветских художников, что вполне сошли бы за своих в эпоху венской кофейной литературы fin de siècle, — хотя этому человеку было от силы тридцать.

— Вы Флориан Цокке? — спросил Фогт.

— Цок, — поправил Фло. — Можно войти?

Фогт отступил в сторону, давая ему дорогу. Фло повесил куртку на крючок рядом с плащом и чёрной стёганой курткой. На уголке флаера, торчавшего из надорванного бокового кармана, виднелось: «Mantour». Похоже на название какой-нибудь современной группы — то, что меньше всего вяжется с обликом Фогта.

В квартире пахло деревом, масляной краской и — как в старых городских библиотеках — каким-то залежалым картоном.

— Можете не разуваться. — Фогт в пояснение указал на собственные ноги. Он и сам был обут.

— Спасибо, но не буду вас мучить. Они у меня прямо хлюпают при каждом шаге.

Фло выскользнул из насквозь промокших ботинок и обнаружил, что даже носки слегка отсырели.

— Как угодно. — Фогт повёл его в гостиную. — Прошу прощения, я уже несколько дней воюю с протечками.

Фло огляделся. С неутеплённого, голого чердака капало в целую вереницу мисок, расставленных по всей комнате. Из мебели — лишь стол, стулья да диван; остальное пространство вытянутого помещения было заставлено мольбертами, вешалками-стойками, театральным реквизитом и недоделанными частями декораций. Похоже, Фогт не только сочиняет пьесы, но и сам мастерит к ним оформление.

На большом картонном щите красовалась покосившаяся ветряная мельница с длинными чёрными крыльями, стоявшая на холме.

— «Дон Кихот»? —