Школьные Воины. Том 2 - Сергей Булл

на уровне глаз, ловя безупречную геометрию оверсайз-жакета. Она не смотрела в объектив, а её холодный, слегка надменный взгляд был устремлен куда-то сквозь кирпичные стены Сонсу-дона.

Она двигалась ленивой, гипнотической походкой сытой львицы, едва касаясь пальцами ржавых перил пожарной лестницы.

Вдруг она остановилась и резко обернулась, бросив пронзительный взгляд в камеру. Один-единственный мимолётный прямой взгляд из-под ресниц, слегка приподнимая подбородок.

В финале Юна села на краю бетонной кадки с бамбуком, изящно скрестив ноги в грубых дизайнерских ботинках. Солнечный блик мягко очертил её идеальную «стеклянную» кожу.

— Снято! — показал большой палец оператор.

Менеджер Ким одобрительно кивнул и добавил, когда Сивилла проходила мимо.

— Юна, ты как всегда на высоте.

Отчего Авана вздохнула, надув губы.

— Вот всегда так. А где моя похвала?

Сивилла приблизилась к нам с едва заметной улыбкой.

— Для начала её надо заслужить, — но тут же резанул подругу ещё глубже, почти бесшумно, так что смогли услышать только мы двое. — Только зачем? Ты всё ещё требуешь похвалы… Разве тебе за это деньги платят?

— Ащщ. Молчи ты, — огрызнулась Авана, с Сивиллой она редко вступала в конфронтацию.

Пусть они и были одного возраста, но доминирующую позицию всегда занимала Юна. Мы уже уткнулись на экран ноутбука, где творилось чудо монтажа.

Ролик вышел коротким, без лишних движений. Сначала проходка, резкий разворот, идеальный статичный портрет под эстетичный, качающий бит. Чистый минимализм с выгодными ракурсами, который заставит четверть миллиона её сабов судорожно искать в комментариях бренд её одежды.

— Вопрос для новичка? — посмотрела на меня Сивилла. — Что это было?

У меня ответ нашёл быстро. Я не погружался глубоко в изучения модельных веяний и тенденций, зачем, ведь для этого у меня есть Ганним. С их программой я ознакомился. А вот основные направления, по самым верхам изучил.

— Дыхание тихого люкса! — твёрдо ответил я.

Девушки взглянули на меня по-другому. Аване не удалось скрыть удивление. Это был тот самый случай, когда говорят мало, но по делу. Моя тактика и стратегия строились на простом принципе «наблюдай и вникай». Если «непонятно» задавай вопросы. И пока мне всё было понятно, судя по их реакции.

Даже аджума посмотрела на меня с нескрываемым любопытством, бросив монтажёру:

— Отлично, — она указала в центр двора, где проходила основная съёмка. — Но давай взглянем на тебя в кадре. Теория и практика очень часто расходятся.

— Перерыв десять минут, — обозначил буднично менеджер Ким. — Хва Джин переодеваться.

Дизайнер хищно посмотрела на меня.

— Одежду тебе уже подготовили.

Я направился в кабинку для переодевания, где на отдельном небольшом рейле был подобран мой лук. Честно, облачаясь в эту странную одежду, ощущал себя немного странно. И вскоре предстал перед моими «судьями».

— Великолепно! — хлопнула в ладоши аджума довольная своим выбором.

Я не мог с ней согласится. Но и в Несте не все наряды были мне по душе. Что поделать. Работа.

На фоне вековой кирпичной кладки Сонсу-дона я выглядел пришельцем из цифрового будущего, облачённым в оверсайз-куртку из технологичного нейлона, которая под утренним солнцем переливалась, словно шкура хамелеона от ядовито-лаймового до глубокого кобальтового оттенка.

Под ней угадывалось тяжёлое худи цвета мокрого асфальта со свисающими до колен чёрными шнурами, плавно переходящее в широкие графитовые карго со сложными тактическими стропами.

Венчал «этот дерзкий» образ, по мнению дизайнера, пара массивных футуристичных ботинок на толстой рельефной платформе, чьи салатовые рефлективные шнурки то и дело вспыхивали неоновыми искрами, когда они ловили лицом скользящий луч сеульского солнца. От этого я стал настоящим великаном и возвышался над всеми.

Ещё десять минут менеджер выделил мне на работу с оператором, с которым мы бегло пробежались по сценарию моего короткого видео с расстановкой всех ключевых моментов.

— Время, — подогнал нас менеджер Ким. — Не отстаём от графика.

Мы переглянулись с оператором и заняли стартовые позиции. Он жестом дал отмашку.

Я сделал первый шаг из тени, погрузившись в процесс. Уже понял, что мне досталось тело с невероятным природным даром. Я обладал тем редким, животным магнетизмом, который невозможно отрепетировать перед зеркалом.

Объектив камеры для меня был не угрозой, а послушным собеседником.

Хорошая память, позволила воспроизвести в голове только что бегло пройденный сценарий. Тело стало послушным, ювелирно настроенный инструментом, идеально вписываясь в геометрию кадра.

Я двигался по наливному бетону с кошачьей, обманчиво ленивой грацией, безупречно контролируя каждый сантиметр своего тела от наклона головы до мимолётного движения пальцев. На ходу менял траекторию шага ровно в тот момент, когда неоново-лаймовый нейлон куртки ловил самый сочный, пронзительный луч солнца, заставляя ткань вспыхнуть бензиновым глянцем. Слегка вёл плечом, и тяжёлые чёрные шнуры худи взлетали в воздух, прорисовывая в динамике безупречную амплитуду, словно я всю жизнь тренировал этот жест для высокобюджетной съёмки.

Камера кружится вокруг, но она не теряла ось. Мой взгляд скользил по объективу привычно холодно, без вызова, но с такой обезоруживающей, уверенностью, что оператор забывал дышать.

Замер у ржавого станка, плавно перенося вес на одну ногу, и графитовые карго со сложными стропами сложились в идеально выверенный, ломаный силуэт.

Не было натужного пафоса, а только чистый, абсолютный контроль над пространством и моментом.

И даже сейчас в процессе съёмки обратил внимание на моих сонбэ. Сивилла и Авана у монитора удивлённо переглядывались, понимая, что я прямо сейчас за секунды съёмки забираю себе эту локацию.

— Снято! — наконец, глубоко вздохнув, проговорил оператор.

— Идеально! — меня удостоила похвалы дизайнер.

— Не расслабляемся! — тут же вклинился менеджер Ким, он посмотрел на девушек. — Пока монтажёр обрабатывает черновик, готовим следующие наряды.

На видео всё получилось, даже лучше, чем мне казалось. Мы сделали ещё несколько проходок, сменив наряды. А аджума всё это время подбирала нужный нам лук для групповой съёмки.

Для финального группового видео бренд сменил палитру. Теперь это был «Темный Сеул» в эстетике ночного города, собранный из матового чёрного нейлона, светоотражающих элементов и хромированных деталей.

На Сивилле был асимметричный кроп-топ с длинными рукавами-перчатками и плиссированная юбка из плотной экокожи. Авану одели в футуристический комбинезон со светящимся кантом вдоль молний. Мне же достался текстурированный жилет-бронежилет поверх рваного лонгслива и брюк со скрытыми рефлективными вставками.

Нас обступили оператор с режиссёром, а безмолвным надзирателем выступал менеджер Ким. Брифинг получился плотным, с попутной расстановкой и проходкой актов нашего совместного видео.

Принцип всё тот же, как и говорил менеджер Ким, склейка кадров, но видео должно казаться непрерывным.

— Ты будешь задавать динамику в общем кадре, — сразу же обозначил мою роль режиссёр. — Твой безупречный контроль тела задаст ритм девушка и заставит всю вашу троицу двигаться как единый, идеально отлаженный механизм.

Авана