Школьные Воины. Том 2 - Сергей Булл

Он был выстроен максимально хитро.

Мы действительно получали акции, но на деле это было меньше одного процента от общего пакета всей компании, ещё и с важными нюансами. Чем-то это было похоже на облигации. Стоимость самой компании уже превышала несколько сотен миллионов долларов, что было указано в приложенном финансовом отчёте. Но пока компания всё ещё оставалась не публичной, так что её стоимость была оценочной.

Мы даже не могли получить с них дохода, но компания обязывалась их выкупить по окончании контракта по их рыночной стоимости. Что даже при таком раскладе сулила весьма внушительные возможности.

Ли Джон опять смотрел на нас.

— Я думаю, что молодые люди весьма подкованы в финансовых вопросах, и прекрасно понимают от чего зависит, конечная сумма, которые они смогут заработать.

Про агентство и речи не было. Думаю, что для Джей Си и её юристов подобный контракт не первый случай.

— Мы специально выбрали восходящих звёзд сети, потому что хотим показать реальный рост на вашем примере и с участием нашего приложения, — улыбнулся он, возвращая взгляд к Джей Си и юристам.

Дальше начался раунд переговоров, в котором мы участвовали, только в качестве слушателей. Что-то без стеснения я тут же смотрел в интернете.

Юристы с редкими уточнениями от Джей Си обсуждали детали, засыпая мне формулировки вроде «фантомные акции с правом Put-опциона». То, что и делало их похожими на облигации. Только в отличие от облигации, где ты гарантированно получал заранее оговорённую сумму, здесь мы могли, как и заработать миллионы, так и по итогу получить почти что «фантики» с мизерной ценой.

Когда обе стороны пришли к единому мнению, за нами осталось подписание договора с одобрения юристов. Договоры были подготовлены на высшем уровне, так что никаких корректировок банально не требовалось. И мы с Юной их подписали неожиданно для меня, став амбассадор-парой.

— А теперь, — включилась Мин Джин, которая до этого находилась в помещении, словно тень. — Прошу наших моделей пройти со мной в павильон для съёмок.

Наш сопровождающий — водитель, который ждал снаружи, тоже двинулся следом. Мы спустились на первый этаж, где нас уже поджидал менеджер Ким, и в таком составе двинулись к месту съёмки.

Высокотехнологичный павильон билдинга представлял собой стерильное двухъярусное пространство, спроектированное по последнему слову техники.

В его центре возвышался гигантский полукруглый экран-циклорама высотой более восьми метров, собранный из бесшовных панелей с ультрамалым шагом пикселя.

Потолок павильона также состоял из светодиодных матриц, которые вместе с основным экраном создавали замкнутый световой купол, способный мгновенно имитировать любое окружение.

От полуденного солнца до неоновой ночи Сеула.

По всему периметру потолочных ферм были рассредоточены десятки инфракрасных камер захвата. Они непрерывно сканировали съёмочную зону, считывая микродвижения людей.

Пол павильона был выполнен из идеально ровного матового углепластика графитового цвета, который полностью поглощал любые блики и скрывал встроенные датчики пространственного трекинга.

В глубине помещения, за пределами светового радиуса, располагалась зона пультов управления — «мозг» павильона. Там, за длинными столами с десятками изогнутых мониторов, работала команда визуальных инженеров и уже стояли представители компании Future Learning.

Сюда нас и привела Мин Джин, передав в руке молодому парню, который выступал в роле режиссёра. Он воодушевлённо накинулся на нас, сначала восторгаясь нашими аккаунтами и достижениями в сети, а потом приступил к прогонке.

В отличие от Неста или утренней съёмки атмосфера здесь была более расслабленная и непринуждённая. Менеджер Ким с нашим водителем, помощником остались в стороне, пока мы погрузились в изучения сценария. Помимо быстрого речитатива режиссёра нам почти сразу выдали планшеты, на которых мы в более щадящем режиме смогли изучить наши роли и суть всего происходящего.

Дальше началась съёмка. Прошла она также не расторопно. И несмотря на несложное исполнение, некоторые сцены несмотря на наши старания приходилось переснимать по несколько раз. А потом мы ещё ждали, пока ответственные за визуальные эффекты оформят всё в конечный продукт. В это время я подошёл к менеджеру Киму и поинтересовался.

— С такими технологиями, почему не сделать всё при помощи искусственного интеллекта, ну или могли бы снять наши аватары и заставить их плясать как нужно.

— В том и суть Хва Джин. Несмотря на бум ИИ, который по-прежнему не стихает, здесь стоит сделать важную оговорку «у инвесторов» для обычных людей всё наоборот. Доверие к ИИ продуктам падает. Именно поэтому было так важно ваше участие, — менеджер Ким говорил спокойно, со знанием дела, явно он этот вопрос хорошо изучил. — Поэтому такие компании, как FL и прибегают к помощи моделей, а вы с Сивиллой это вообще идеальный вариант. Авана не попала сюда, потому что нам нужна была пара. Свою синергию вы продемонстрировали в Несте. Утром же её закрепили. Не говоря уже о том, — он стал тише. — Что это был личный выбор Джей Си. Ваша задача пока простая — показать вовлечённость и привлечь новую аудиторию в их приложение. Это была первая съёмка в сентябре, когда будет учёба и ваши учебные графики нормализуются, будет ещё несколько съёмок.

Работа над монтажом ролика и обработкой заняла около часа. В это время павильон был в нашем распоряжении. Нам предоставили место для отдыха и небольшой перекус по требованию менеджера Кима.

— Наконец-то! Готово! — довольно воскликнул режиссёр. — Всем внимание на экран.

Теперь циклограмма превратилась в объёмный кинотеатр, где мы увидели себя со стороны.

Кадр открылся в звенящей тишине.

В центре бесконечного зеркального пространства, залитого приглушённым, почти монохромным светом, на гладком бетоне сидела Юна. Она была окружена циклопической стеной из парящих в воздухе полупрозрачных страниц старых учебников — метафора давящей, бесконечной рутины традиционной зубрёжки. На её лице достоверно читалась усталость. Но вот она подняла глаза, взгляд стал решительным, и она сделала один резкий, красивый взмах ладонью, словно смахнула невидимую преграду.

В ту же секунду пространство вокруг неё взорвалось глубоким кобальтовым и мягким фиалковым неоном. Пронзительный, вдохновляющий эмбиент с кинематографичными басами вытеснил тишину, а миллионы страниц вокруг Юны с тихим цифровым шелестом рассыпались на мириады сияющих искр из нулей и единиц.

По центру перед ней появилась иконка приложения, добавленная, при помощи графики, и когда она коснулась её рукой, из светящегося облака прямо перед ней сплелась гигантская интерактивная 3D-модель ДНК. Юна поднялась во весь рост, её лицо озарил неоновый свет. Она мягко коснулась светящейся спирали, и та послушно развернулась, подстраиваясь под её мимолётное прикосновение.

Камера стремительно нырнула, увлекая зрителя вглубь цифрового вихря, через бесшовную склейку из микромира она вылетела и поймала меня.

Я стоял посреди футуристического хаоса.