Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

всего этого. Но теперь Клэр стала его козырем против Макрея. И этим нельзя было не воспользоваться. Он сунул запечатанный конверт обратно под мышку. Его работа — ловить грабителей банков, а не спасать управляющих от них самих.

— Вы точно в порядке? — осведомился он.

Клэр снова сложила руки на груди и кивнула, стоя практически на одной ноге. Она видела мрачные тучи, сгущавшиеся на горизонте, но отказывалась верить, что они предвещают бурю.

— Да, — сказал Фроули. Клэр ждала, чтобы он поскорее ушел. И он заставил ее подождать. — Да. Ну что же… — Агент надел солнцезащитные очки и направился к двери, остановился рядом с ней, снова пораженный ожерельем. Легонько прижал кончик указательного пальца к ямке между ключицами девушки, касаясь сверкающего шарика, впитывая ее неловкость, ее напряжение. — Ну ладно, — наконец произнес он и вышел.

Глава 32

Каток

Четверо парней в футболках, джинсовых шортах до колен и черных коньках, надетых на толстые хлопковые носки, слегка спущенные на мускулистых икрах, в середине июня обедали на крытом катке. Они были одни. Вентиляторы холодильных установок, словно моторы грузовиков, шумели за ограждениями, а четверка на коньках вилась вокруг двух коробок с символикой пиццерии «Папа Джино», поставленных на пьедестал из молочного ящика.

— Ну чего, — сказал Джем, жадно глотая «Хайнекен» и призывая собрание к порядку. — Кто-то где-то налажал.

Бросив корочку в открытую коробку, Дуг мастерски объехал Джема и, схватив свою бутылку «Дью» со льда, плавно проехал задом наперед.

— И мы до сих пор не знаем, как именно, — продолжил Джем. — Я даже не знаю, кому ноги оторвать.

Дез нечаянно качнулся в сторону — на роликах он чувствовал себя увереннее, чем на обычных коньках.

— Не повезло, что машина не до конца сгорела, — добавил он.

Глоунси допил «Хайнекен» и затормозил, чтобы поставить пустую бутылку назад в картонную коробку из-под пива.

— Да пошел ты на хер, ты сам там был.

Дуг посмотрел на ряды сидений. Ему вспомнились крики и топот дальних рядов. И как фанаты рифмовали его фамилию: «Макрей — бодрей!» Им всегда казалось, что для принимающей команды победы слишком мало — только если все здание вспыхнуло бы, эта толпа утолила бы свою жажду крови.

Он как сейчас видел рекрутера «Медведей», парня в клетчатой бело-черной шляпе и шерстяных перчатках без пальцев, сидевшего на краю среднего отсека пятого ряда. Он что-то судорожно писал в своем блокноте, а сестрички Мартин, сидевшие рядом с ним, выкрикивали: «Дуг! Дуг!» В его итоговом отчете, который Дугу показали после перехода в «Медведей», говорилось, что Дуг — «драчун с задатками высококлассного игрока», результативный защитник с высоким потенциалом, соединяющий традиционно силовой хоккей семидесятых с ловкостью восьмидесятых.

Но теперь это все было только эхом. Дуг поймал себя на том, что касается шрама на своей брови, и, разозлившись, отдернул руку. Вот поэтому ему и не нравилось возвращаться на лед.

— Никаких явных проблем с этим делом не было, — объяснял Джем. — По крайней мере, никто не жаловался. Так чего же мы, когда сюда ехали, пол-утра проверяли, нет ли за нами хвоста? Чего это вдруг к нам такое внимание со стороны копов?

Когда Дуг утром вышел из «Лори-Энн» со стаканом чая, полицейских нигде видно не было. Но все равно казалось: что-то не так. Словно на Городе сломали защитную печать. И теперь полицейские могут поджидать его где угодно: в машине, по месту жительства, у дома мамы.

— Да все просто, — вмешался Дуг, подъехав за добавкой; он резко затормозил, а потому обдал ящики ледяной крошкой. — Они следили за нами и раньше. А мы продолжали подготовку и суетились, несмотря на них.

— Да ни фига мы не суетились, — возмутился Джем. — Но и сиднем не сидели, дожидаясь, пока они нас упекут.

— Нет, не сидели, — согласился Дуг. — Это уж было бы совсем безрассудством.

— О, наш умник выдал свое мнение. Ладно, гений, давай тогда, расскажи нам. Когда и где все это говно не туда потекло?

— Для этого нам придется перенестись в морозный декабрьский день шестьдесят третьего года.

Джем нахмурился, уловив намек на дату своего рождения. Он повернулся к Дезу, единственному, кого не было в кинотеатре.

— Дугги разозлился, потому что я там немного развлекся.

— Ах, вот как это называется? — удивился Дуг. — Развлекся, значит?

Джем злобно улыбнулся.

— Да это было самое легкое дело из всех. Как два пальца обоссать.

— Легкое, — повторил Дуг.

— По правде говоря, Дуглас… Это ж было дело для пидорасов. Просто легкотня. Другого и не скажешь.

Замедлив ход, Дуг подкатил к ящикам.

— Так, давайте разберемся. Дело пошло слишком гладко для тебя. Маловато лажали. А ты ведь любишь налажать, тебе так веселее.

— Да это вообще был не налет. Как будто палатку с лимонадом ограбили. На нашем месте и три девчонки справились бы, провернули бы без проблем.

— Это была чудесная добыча, легкая, как перышко.

— Так, всё, придурки, хватит, — встрял Глоунси, пытаясь успокоить страсти.

Но Джем плевать на него хотел.

— Дело ж не в том, как ты зарабатываешь, — он отъехал от постамента с пиццей поближе к Дугу. — А в том, как ты бабло в дом приносишь.

— В том, что ты его приносишь. Точка, — отрезал Дуг. — Ты слишком стар, чтобы умереть молодым, Джеммер. Момент упущен.

— О, наш сраный доморощенный философ! У тебя вдруг появилось, что терять?

Хитрый взгляд Джема намекал на Клэр Кизи, но у Дуга не было настроения пререкаться с ним.

— Тут дело в том, что надо быть профи и работать соответственно. Делать все хорошо и правильно. Вот так.

— Нет же, Дугги, пойми — это у тебя вот так. Ты все планируешь, больше никто. И что потом — я должен следовать твоим правилам и инструкциям? Я, что ли, твой наемный работник? — Джем, описав дугу, медленно подкатился к приятелю, уперев руки в бока. — А мои правила вот такие: замутить на деле, мордобой устроить. Я же, черт возьми, преступник.

Джем проехал мимо Дуга, запах пива пристал к нему, словно стая мух.

Дез и Глоунси, перестав жевать, остановились по ту сторону пьедестала с пиццей и ждали, как двое детей, наблюдающих за ссорой родителей.

— И вы тоже так думаете? — спросил их Дуг. — Хотите, чтобы я вас защищал от опасности? Или подвергал ей?

Джем вернулся, описав очередной круг, он немного прибавил скорость, размеренно переставляя ноги.

— А на фига нам осторожничать? Мы же грабим банки, чувак. Мы бандиты. Заходим, забираем все, выжимаем максимум. В руке у нас стволы, а не гребаные портфели.