Над темной водой - Алексей Викторович Макеев

— Что предлагаешь?

— То, что мы уже обсуждали. У меня есть данные неофициально. MAC-адрес, который светился в районе склада, — A4:E8:4A:A1:B3:C0. Устройство — портативный 4G-роутер Huawei E8372. Подключался к сети ресторана три раза: в 16:12, 16:45 и 17:20. Сессии короткие, по две-три минуты. Координаты сигнала грубые, но они тянутся от ресторана к складу на Дубравной, 15, строение 3. Я уже проверил по базам: склад арендован ООО «Кулинар-Логистик». Фирма зарегистрирована полгода назад, уставной капитал десять тысяч, директор — некий Сергей Викторович Молчанов, который, как выяснилось за пять минут, числится безработным в Мытищах и понятия не имеет о своей директорской должности. Классическая однодневка.

Гуров слушал, быстро оценивая. Крячко работал на опережение, рискуя. Неофициальные данные нельзя было класть в дело, но они указывали направление. И теперь, имея на руках ордер, они могли легально проверить эту информацию.

— Хорошо. Но нам нужна легальная привязка этого MAC-адреса именно к тому складу. Без этого любое дальнейшее действие — самоуправство.

— Понимаю. Поэтому, пока мы с тобой разговариваем, наш человек в техподдержке провайдера уже формирует ответ на твой официальный запрос. В него будут включены данные по адресу A4:E8:4A:A1:B3:C0 с привязкой к местоположению базовых станций. Формально это ответ на судебный запрос. Фактически мы получим его на час раньше, потому что я попросил знакомого ускорить обработку. Это серая зона, но не черная. Данные те же, просто быстрее.

Гуров помолчал. Он стоял на ступенях суда, мимо него проходили люди, и он чувствовал, как внутри его борются два принципа. Один требовал ждать строго по регламенту. Другой — действовать, пока улики не исчезли. Второй побеждал.

— Где ты сейчас?

— В машине, в пяти минутах от тебя. Подъезжаю.

— Забирай меня. Едем к провайдеру. Я хочу получить эти данные лично в руки и сразу, как только они будут готовы. А по дороге расскажешь про фирму-однодневку подробнее.

— Будет сделано.

«Форд Транзит» подъехал через три минуты. Гуров открыл дверь, впустил внутрь струю холодного воздуха и сразу ощутил знакомую атмосферу мобильного штаба. На раскладном столике стоял открытый ноутбук, рядом лежали распечатки, папки. Крячко, без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами, жестикулировал, разговаривая по телефону. Увидев Гурова, он кивнул и завершил разговор.

— …да, спасибо, Михаил. Жду. — Он положил трубку. — Это наш человек у провайдера. Говорит, через пятнадцать минут будет готовый пакет с координатами и детализацией. Сядь, покажу, что накопал.

Гуров сел, снял пальто. Машина тронулась, плавно вливаясь в поток.

— Вот, смотри, — Крячко развернул ноутбук. На экране была карта Москвы с наложенными слоями. — Красная точка — ресторан. Желтая зона — приблизительный район, где ловился сигнал от нашего MAC-адреса. Синяя точка — склад на Дубравной, 15с3. Все сходится. Устройство двигалось от ресторана в сторону склада. В 17:20 сессия была уже ближе к складу. Потом связь оборвалась. Роутер либо выключили, либо уехали из зоны покрытия.

— Ты говорил, фирма-однодневка. Кто ее регистрировал?

— Вот это самое интересное, — Крячко переключил вкладку. На экране появилась сканированная выписка из ЕГРЮЛ. — ООО «Кулинар-Логистик». Учредитель и гендиректор — тот самый Молчанов. Но юрисконсульт, который подписывал документы при регистрации… Андрей Викторович Потапов, партнер «Правовед-Консалт».

Гуров почувствовал, как в сознании щелкнул очередной замок. Потапов — слабое звено в цепи Макарова, тот самый юрист, который вел его дела и, вероятно, знал слишком много. И теперь его подпись стояла под документами фирмы-однодневки, которая арендовала склад в двух кварталах от места преступления.

— Это уже не совпадение, — тихо сказал Гуров. — Это связь. Прямая и документально подтвержденная.

— Именно. И у меня есть еще кое-что. — Крячко достал из папки лист бумаги. — Запрос в Росреестр. Склад арендован на три месяца, с оплатой вперед. Деньги перечислены с расчетного счета «Кулинар-Логистик». А на счет этой фирмы неделей ранее поступил перевод с офшорного счета, который мы уже отслеживали в рамках другого дела Макарова. Круг замкнулся. Деньги Макарова → фирма-однодневка → аренда склада → MAC-адрес в сети ресторана → следы лабораторной чистки в кладовой. Это уже не цепочка, это сеть.

Гуров взял лист, изучил. Все было четко, документально, логично. Его интуиция, которая еще в темной кладовой подсказала ему, что микрочастицы — это след «полевой лаборатории», теперь получала алгоритмическое подтверждение. Не магическое озарение, а результат кропотливой работы: цифровой след, выловленный Крячко из океана данных, стыковался с материальным следом, найденным им на месте. Интуиция и алгоритм. Два разных метода, дополняющих друг друга. Он посмотрел на Крячко. Тот сидел, ожидая оценки, с характерным для него выражением — смесью усталости и азарта.

— Хорошая работа, Стас, — сказал Гуров, и это была не формальная похвала, а констатация факта. — Ты нарушил примерно полдюжины внутренних регламентов, чтобы добыть эту информацию неофициально. Но… ты был прав. Официальный путь занял бы еще сутки. За эти сутки склад могли очистить. Ты ускорил процесс, и, возможно, это решило все.

Крячко кивнул, немного смущенно. Он редко слышал от Гурова прямую похвалу, тем более за такие методы.

— Просто сделал то, что нужно было сделать. Бумажки бумажками, но иногда нужно просто брать и делать.

— Именно это я и имею в виду, — сказал Гуров, возвращая лист. — Но теперь нам нужно легализовать эти данные. И сделать это быстро. Как скоро будет ответ от провайдера?

— Через десять минут будем на месте. Зайдем через черный ход, заберем пакет и сразу едем на склад. Параллельно я уже вызвал группу обыска — ребят из ОБЭП и нашего криминалиста Смирнова. Они будут через час. Этого достаточно, чтобы провести предварительный осмотр и, если что, заблокировать объект до получения ордера на обыск.

Гуров задумался. Действовать нужно было стремительно, но без нарушений. У них уже был ордер на выемку данных. Данные эти указывали на конкретный адрес. Они имели право приехать по этому адресу для «проверки информации» — это оперативно-разыскное мероприятие, не требующее санкции суда. А если на месте обнаружатся признаки преступления — могли инициировать осмотр места происшествия, а затем и обыск. Все по закону. Сложно, с риском процессуальных ошибок, но возможно.

— Действуем по схеме: проверка информации, — сказал Гуров. — Прибываем на место, устанавливаем, что объект существует и связан с фигурантами дела. Если будут основания — проводим осмотр. Ордер на обыск запрашиваем параллельно, по факту обнаружения улик. Главное — не дать им ничего вывезти.

— Понял. Я уже предупредил ребят: без шума, без мигалок. Подъезжаем, как будто проверяем пожарную безопасность.

Машина неслась по Садовому кольцу. Гуров смотрел