Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

Прежде чем ответить другу, мистер Кэмпион разлил коктейль по бокалам.

– А что насчет показаний, которые ты давал? – спросил он, протягивая Майку бокал. – Полагаю, они допрашивали тебя на основании твоих первоначальных показаний, записанных коронером?

– Цепляются к каждому слову! – снова выкрикнул Майк. – Меня мурыжили более десяти раз, и Джину тоже. Я уж не говорю про бедную мисс Керли и несчастную пигалицу, обнаружившую тело. Полицейские являются к нам каждый день. Этим утром они пустили допрос по новой колее. – Майк выпил коктейль, не почувствовав вкуса, и с беспокойством посмотрел на Кэмпиона. – Они без конца спрашивают, но сами ничего не рассказывают. Сегодня их любопытство целиком касалось вечера четверга. «Можете ли вы вспомнить, что делали в минувший четверг вечером? Нет, не вчера, а неделю назад?»…

– В четверг вечером? – навострил уши Кэмпион. – И они расспрашивали всех подряд?

– Само собой! Я сел на хвост Пиллоу. Забавный он парень. С виду – старший садовник какого-нибудь семейства из среднего класса, а уж никак не бобби. Так вот, я его спросил, установили ли они время смерти. Он не ответил. Только загадочно улыбнулся.

Мистер Кэмпион присел на краешек другого кресла.

– Вечер – понятие растяжимое. Они тебя спрашивали о каком-то конкретном отрезке времени?

– Да. О времени между восьмью и девятью часами. С такой тягомотиной я еще не сталкивался. Ответить должен был каждый. Джон вообще не помнил, где находился неделю назад. Бедняга Керли чуть не свихнулась: ей пришлось переворошить все деловые календари с расписанием встреч и обзвонить его более памятливых друзей и знакомых. Выяснилось, что Джон находился в клубе «Гусиное перо» на обеде в честь психолога Лютцова. Тамошний секретарь вспомнил, как Джон появился там без десяти восемь и пробыл до одиннадцати или даже до двенадцати ночи. Сама Керли ехала в метро по Морденской линии. Я гулял до без десяти девять. Джина сидела дома одна и ждала Пола. Вполне заурядные дела, но, когда тебя вдруг спрашивают о них, память буксует. Если честно, почему столько тумана вокруг обстоятельств смерти нашего парня? Ведь причина вполне ясна. В стальную комнату проник угарный газ, и Пол умер от удушья. И у двери, запертой снаружи, тоже есть простое объяснение. Я так и сказал Пиллоу: должно быть, Пол вошел в стальную комнату, а ключ оставил снаружи торчащим в замке. Потом кто-то из сотрудников увидел ключ, запер дверь и отнес ключ на обычное место. Поскольку полиция и так давит на нас, этот человек не решается признаться.

– Как сержант Пиллоу воспринял твою версию с ключом? – немного подумав, спросил мистер Кэмпион.

– Ты сам знаешь, что за публика эти полицейские, – пожал плечами Майк. – Они же такие умницы. Пиллоу пообещал разобраться, а вместо этого продолжал мучить меня вопросами.

– А как твой брат относится ко всему этому?

– Ты про кого спрашиваешь? Про Джона? – Майк усмехнулся. – Ведет себя просто фантастически. Такое ощущение, что он не понимает происходящего вокруг. К полицейским относится так, будто они – литературные агенты, о которых он прежде не слышал. В свободное время сочиняет короткие туманные сообщения для газет, объясняя перенос похорон. Джон думает только о «Барнабас лимитед». Он слишком долго верил в святость репутации фирмы и потому не замечает назревающего скандала. Пока что обязал всех сотрудников надеть траурные повязки и распорядился об очень камерной и респектабельной церемонии в крематории «Голдерс-Грин» на следующий день после слушаний.

Кэмпион снова наполнил бокал Майка.

– Насколько понимаю, миссис Бранд совсем не возражает, что ей самой не приходится заниматься всеми этими хлопотами, – предположил Кэмпион.

– Джина? Ничуть не возражает, – с горечью подтвердил Майк. – Думаю, Джина всегда сознавала, что Пол в гораздо большей степени принадлежит фирме, чем ей. Он… сам знаешь, с каким безразличием он к ней относился. Когда вспоминаю, поверить не могу. – Опустив глаза, Майк несколько раз чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету.

Мистер Кэмпион хранил молчание, и через какое-то время его гость заговорил снова:

– Пол вообще не отличался утонченностью души. У него была отвратительная привычка лихорадочно гоняться за всем красивым, получать желаемое и тут же начисто забывать. Он и к людям так относился. Не умел ценить то, что у него есть.

– Так, как умеешь ценить ты? – тихо спросил мистер Кэмпион, вороша угли в камине.

Он весьма удивился, поймав на себе пристальный взгляд Майка.

– И в этом-то вся беда, – так же тихо ответил Майк.

– И далеко это зашло? – полюбопытствовал мистер Кэмпион.

– Слава богу, нет! – с жаром отреагировал Майк. – Я ее не очень-то и интересую. Просто я всегда был под боком. Естественно, мы вместе куда-то ходили, и не более того. Кэмпион, ты не понимаешь Джину. И никто не понимает. Я искренне надеюсь, что мы сумеем уберечь ее от всех этих дрязг.

Мистер Кэмпион молчал. Оказывается, жизнь владельцев «Барнабас лимитед» лишь на поверхности выглядела спокойной, а внутри скрывались противоборствующие силы. Кэмпион знал: скоро настанет «время откровений», одни из которых окажутся ужасными, другие – благочестивыми, а третьи – фантастически неожиданными. Человеку, сидящему напротив, и не снилось, что однажды полицейско-газетный прожектор окажется направленным на его жизнь и жизнь его близких, и тогда уже ничего не скроешь и не утаишь, а интимные мелочи, попавшие под слепящий луч, высветятся с неестественной четкостью.

Вслух Кэмпион сказал другое:

– Майк, тебе давным-давно следовало жениться.

– Я чертовски рад, что не женился. – Гость передернул плечами. – В моей жизни и без того сложностей хватает. Давай больше не заикаться об этом. Даже не знаю, зачем я пришел к тебе и разболтал о моих невинных тайных отношениях, когда хватает других бед, в которых надо разбираться… А это еще кто к тебе пожаловал?

Из прихожей доносился женский голос. Дверного звонка они не слышали, и, когда Лагг открыл дверь, впустив в комнату женщину в черном, ее появление застало друзей врасплох.

– Джина? Что ты здесь делаешь?! – Майк вскочил на ноги и направился к ней.

Вся его недавняя нервозность исчезла. «Парень умеет владеть собой», – одобрительно подумал мистер Кэмпион.

Джина едва взглянула на Майка и, даже не поздоровавшись, стремительно обратилась к Кэмпиону:

– Надеюсь, ты не против моего прихода? А то я уже с ума схожу, сидя одна в квартире и пытаясь угадать мысли полиции. Я даже посылала за доктором Роу, но он не пожелал мне ничего рассказать. Альберт, что они намерены устроить во вторник?

– Болтать час за часом и записывать всю эту болтовню в особую тетрадь, – насмешливо ответил Майк. – Раз уж ты здесь, располагайся в богатом с виду кресле и позволь Кэмпиону угостить тебя порцией «Белой