Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Почему он сжег его в том же самом месте, где убил Уильяма? — спросил Джо. — Криминалистическая бригада, должно быть, едва уехала оттуда, когда он вернулся на это место.

— Потому что он с нами играет?

— Быть может, этот район ему хорошо знаком?

— Может. В любом случае я собираюсь осмотреться, чтобы понять: нет ли чего-нибудь слишком очевидного, что мы упустили. Сообщи, если в твоей странной башке проявится что-нибудь знакомое.

— Сообщу.

Бекка завершила звонок и повернулась, всматриваясь в обшарпанные здания вокруг. Крыши из гофрированного железа, сгнившие деревянные рамы окон и заколоченные двери свидетельствовали, что все эти строения заброшены вот уже много лет. Тут и там торчали выгоревшие на солнце щиты «Продажа» и «Аренда».

Бекка вытянула руки, покрутила шеей из стороны в сторону, чтобы ослабить напряжение в мышцах, и направилась к бетонному дворику, за которым тянулся ряд зданий. Она вернулась домой поздней ночью, когда ее мать и Мэйси уже давным-давно спали, и уехала на работу еще до того, как они проснулись. Бекка в очередной раз отогнала прочь чувство вины и пообещала себе, что возместит им свое отсутствие, когда это расследование будет завершено.

Она подергала за ручки две двери, ведущие в пустое здание. Обе были заперты. Бекка посмотрела сквозь треснувшее оконное стекло и увидела на полу внутри обломки крыши и пятна дневного света, падающего сквозь проломы в потолке. По рваному линолеуму были разбросаны остатки мебели, на стенах тут и там виднелись граффити.

Бекка шла вдоль ряда строений, пока не достигла того, которое располагалось ближе всего к месту обнаружения машины «неотложки» и тела Бёрджесса. Окна отблескивали, мешая заглянуть внутрь, но через уголок, где солнцезащитное покрытие отклеилось, Бекка смогла рассмотреть отпечатки подошв на пыльном полу. Ей стало любопытно, и она обошла здание сбоку, пройдя через пролом в ограждении, через заросший пустырь, который полиция уже осмотрела. На поросшей сорняками парковке лежали разбитые деревянные поддоны и металлические бочки из-под смазки. Бекка осознала, что все задние двери зданий заперты на висячие замки, кроме одной — двери пожарного выхода на втором этаже.

Она вскарабкалась по лестнице, толкнула дверь и, включив карманный фонарик, осмотрелась по сторонам.

Здание было поделено на несколько помещений; все они были пусты, с верхнего полуэтажа можно спуститься вниз, на первый. Здесь также не было никакой мебели, не считая пустых пластиковых стоек и каталожного шкафчика, опрокинутого набок. Все в этой комнате было грязным — кроме окна. Бекка спустилась вниз по лестнице, чтобы взглянуть поближе.

Окно было заклеено зеркальной пленкой, позволяющей смотреть наружу, но никому не дающей заглянуть внутрь. На этой пленке не было пыли, что заставляло предположить: ее наклеили недавно. В самом центре помещения, за спиной у Бекки, стояло старое пластиковое кресло, с которого открывался идеальный вид на место убийства. Вокруг кресла тоже виднелись следы — тот, кто сидел в нем, смотрел в окно, невидимый снаружи, но способный увидеть все, что происходит там. А в тупике, затерянном в лабиринтах этой заброшенной промзоны, происходило лишь одно событие, достойное подобного внимания.

— Ты был здесь, — сказала Бекка вслух. — Ты убил Бёрджесса, а потом сидел здесь и наблюдал за нами.

* * *

Детектив-инспектор Нихат Одедра и старший суперинтендант Кэролайн Уэбстер ждали Бекку на месте убийства пожарного, пока она мчалась через весь Лондон так быстро, как только позволяли утренние субботние пробки.

Бекка позвонила Нихату, чтобы объяснить, что она нашла в пустом складском помещении, потом ждала, пока два офицера полиции обеспечат охрану участка до прибытия экспертов-криминалистов. Вернувшись в Воксхолл, сержант припарковалась в конце той части улицы, которая все еще была оцеплена полицейским кордоном, протиснулась мимо репортеров и телевизионщиков и бросилась к коллегам. Уэбстер, Нихат и Брайан стояли перед длинным рядом домов в окружении белых полицейских фургонов без опознавательных знаков. Бекка предположила, что — или кто — находится в этих фургонах.

— Прошлой ночью он наблюдал за нами, а может быть, наблюдает и сейчас, — сказала Бекка. — Он спланировал все так тщательно, что хотел проследить за каждой смертью до конца, от момента, когда обездвиживает жертву препаратом, и до того, как труп увозят в машине «Скорой помощи». — Она бросила взгляд на окружающие дома. — Наверняка на одно из этих окон наклеена точно такая же зеркальная пленка, чтобы снаружи мы ничего не увидели.

Нихат посмотрел на свою планшетку для записей и проверил список имен и адресов, который полиция составила во время обхода квартала.

— Только в двух домах нам никто не открыл, — сообщил он. — Дом номер семьдесят — соседи полагают, что те уехали отдыхать куда-то на природу. А из дома номер тридцать три жильцы съехали примерно месяц назад. — Он указал на здание на противоположной стороне улицы, за три дома от места убийства.

— Он хочет видеть все, что произойдет после убийства, потому выбирает самый лучший из возможных наблюдательных пунктов, — произнесла Бекка. — Скорее всего, номер тридцать три.

Она повернула голову, чтобы получше разглядеть упомянутый дом. Его местоположение позволяло убийце почти без помех наблюдать за ними как с верхнего, так и с нижнего этажа. Нихат и Уэбстер вслед за Беккой подошли к одному из двух окон, расположенных на первом этаже, и она заглянула внутрь.

— Пленка, — тихо произнесла Бекка. — Он был здесь.

Все три офицера вернулись к дороге, по пути Нихат отдавал распоряжения по рации. Боковые двери двух фургонов распахнулись, и дюжина вооруженных офицеров в бронежилетах и касках спрыгнули на тротуар. Четверо бегом обогнули дом с тыльной стороны, другие заняли позиции по бокам от окон и парадной двери. По приказу Нихата один из них с силой постучал в переднюю дверь и представился; потом, скоординировав свои действия с теми, кто зашел с обратной стороны дома, офицеры пустили в ход таран, чтобы разом выбить переднюю и заднюю двери и ворваться внутрь.

Сердце Бекки колотилось вдвое чаще обычного; она скрестила пальцы и молилась о том, чтобы они застигли подозреваемого в доме. Прошли две самые длинные минуты в карьере Бекки, и Уэбстер наконец получила сообщение о том, что все чисто и можно войти. Дом был пуст.

В гостиной Бекка увидела ту же самую композицию, что и на складе, — отражающая пленка, наклеенная на стекло, и кресло, на этот раз полотняное, которое было установлено напротив окна так, чтобы обеспечить наилучший вид на место преступления.

— Черт! — разочарованно рявкнула Бекка и ударила ладонью